В плену отчаяния (СИ)

29.
Дворец встретил одинокую девушку гнетущим безмолвием. Двери отворил дворецкий и замер, потирая заспанные глаза кулаками.
— Буди Маркуса, — угрожающе произнесла, гордо расправляя худые плечики.
— С чего бы? — не дружелюбно буркнул мужчина. — Спит его…
— Буди! — рыкнув перебила. — Скажи, к нему пожаловала графиня Мира Уайт. — бросила высокомерный взгляд на открывшего рот дворецкого.
— К-кто?
— Быстро! — рявкнула и мужчина попятился задом к лестнице. Начался переполох, как и хотела девушка. На втором этаже послышались возмущенные возгласы и хлопанье дверей. Ей показались вечностью те десять минут, что пришлось прождать в холле.
— Вас ожидают, — наконец появился вновь на лестнице дворецкий. — Следуйте за мной.
Мира величественно подхватив юбки, поднялась на верх и последовала в небольшой зал на втором этаже. Перед ней отварили двери и девушка, переступив порог оказалась в полутемной комнате. Маркус даже не переодел свою спальную рубаху, просто заправив ее в не первой свежести штаны. Лицо мужчины обрюзгло и заросло темной щетиной. Заплывшие жиром глазки внимательно буравили ее тело. Поза была расслабленной и вальяжной.
— Так значит Мира Уайт… — медленно протянул он, потирая жирными пальцами необъятный живот.
— Да! — гордо произнесла, встав напротив него. — И я требую вернуть все то, что принадлежало моим родителям.
— Требуешь? — противно хохотнул Маркус. — Уверена, что можешь требовать? — выпрямился в кресле.
— Уверена!
— Насколько я помню, ты убила своего брата, — опять откинулся на спинку и зевнул всем своим видом показывая свое пренебрежение к девушке.
— А вы в этом уверены? — зло сузила свои темные глаза и делая шаг вперед. — Мои дорогие дядя с тетей убили Чарли еще в первую ночь как привезли нас к себе домой. Затем пытались убить меня, но мне повезло: Карл нашел меня, когда я почти отошла в иной мир и вылечил мое тело.
— Мне интересно как ты собираешься доказывать, что ты действительно Мира Уайт, — опять хохотнул. — Ради чего ты подняла меня в столь раннее время? Ты думаешь, меня волнуют твои проблемы и претензии на имущество? — взбешенно затряс кулаком в воздухе.
— Вы же теперь правитель, — вкрадчиво начала девушка. — Вас должны волновать проблемы ваших подданых, — и деланно поклонилась, не отводя глаз от лица самозванца. Маркус довольно улыбнулся:
— Сообразительная крошка, — в его голосе сквознули похотливые нотки. — Я думаю, мы могли бы найти общий язык в более удобном месте…
Мира ощутила, как к горлу подступает тошнота. Он что хочет затащить ее в постель? Надеется, она ради денег отдастся ему? С огромным трудом заставила себя улыбнуться и продолжить начатую игру.
— Я думаю, что для начала надо обрадовать моих бывших опекунов. Они ведь не знают, что я осталась жива, — вкрадчивым голосом обволокла уши Маркуса. От этого чувственного тембра мужчина почувствовал нестерпимое желание, которое в последнее время не часто его посещало. Похоть заволокла его глаза.
— Давай позовем их, раз ты так желаешь этого, а после… — потер свои руки и звякнул колокольчиком, вызывая прислугу.
— Корнуэлов сюда! — рявкнул появившемуся дворецкому.
Девушка не шелохнулась, продолжая неотрывно смотреть в лицо самозванцу, тот в свою очередь расценил это по-своему и опять похотливо улыбнулся ей, обнажая пожелтевшие зубы. За дверью послышался визгливый голос Елизаветы:
— Точно самозванка! — и дверь открылась, впуская ненавистных мучителей. Мира даже голову не повернула в их сторону, оставаясь с непроницаемым лицом, хотя внутри все болезненно сжалось. Перед глазами пронеслось видение, где тетка после изощренных пыток сношается с Томасом Корнуэлом. Рубцы, казалось, отозвались болью на внезапно нахлынувшее воспоминание.
— Здравствуй Елизавета, — бесцветно слетело с губ. Женщина заметно вздрогнула и быстрым шагом обошла Миру, вставая напротив девушки, которая устремила свой взор в ненавистное лицо вновь пришедшей. — Соскучилась по своей племяннице? — делано улыбнулась и чуть наклонила голову в бок.
 
— Ты… — яростно захлебнулась женщина. — Это она нас похитила! — завизжала, указывая трясущейся рукой на Миру. — Эта тварь нас похитила и хотела мучить!
— Я тоже тебя рада видеть, — опять улыбнулась.
— Елизавета, она утверждает, что является Мирой Уайт, — подал наконец голос Маркус.
— Мирой? — переспросила женщина и стала буравить лицо девушки, а потом откинула голову и загоготала. — Да какая она Мира? Та несчастная тронулась разумом, убила брата и сбежала на болото, где утонула! Мы так хотели помочь бедным сироткам, но не заметили, что у девочки поехала крыша от горя…
— Мы даже пытались спасти девочку не смотря на содеянное ею, — вклинился в разговор Томас и тоже стал напротив Миры. В его взгляде девушка успела прочитать страх и замешательство.
— А помнишь дядя, как ты издевался надо мной в вашем подвале? — вкрадчиво начала Мира и тетка с мужем заметно побелели. Все они вспомнили! — Помнишь, как ты радовался, что я так долго продержалась? — сделала шаг вперед девушка. — Помнишь наш последний день, когда ты говорил, какая я хорошая девочка… как лишил меня…
— Что ты несешь? — визг Елизаветы резанул уши девушки, а через миг на ее лицо прилетела ладонь тетки, взрывая искры в глазах. Щека запылала, но Мира не дрогнула, лишь бросила яростный взгляд и тихо продолжила:
— Как Елизавета психанула и воткнула нож мне в сердце…
— Замолчи! — не унималась женщина, брызжа слюной.
— Меня спасло лишь то, что в порыве ярости она промахнулась! Помнишь дядя Томас?
— О чем она говорит? — спросил Маркус, явно заинтересовавшись происходящим.
— Она… она… — Томас сильно нервничал и трясся, пытаясь спрятаться за спиной жены.
— У меня есть люди, которые подтвердят, что я Мира Уайт! — вскинула голову девушка. — А мое тело подтвердит то, что вы со мной творили! — ярость прорвалась наружу. Мучители как-то поникли и затрясли головами, отрицая все сказанное. Не то, чтобы они боялись раскрытия правды перед Маркусом. Сам факт ее появления возмущал и злил.
— Вранье! Это все вранье! — завопила Елизавета, выставляя перед собой руки в защитном жесте.
— Уверена? — Мира сделала еще шаг в их сторону, но тут послышались из холла крики и грохот со звоном метала.
— Грей… — прошептала девушка, резко повернувшись к двери с надеждой ожидая его появления. В тот же миг ей заломили руку за спину и горячее не свежее дыхание опалило шею, вызвав приступ тошноты и отвращения:
— Крошка решила разыграть комедию, отвлекая меня? — Маркус впечатался животом в ее хрупкое тело. — Посмотрим, нужна ли ты ему также сильно как он тебе, — и потащил ее к столику, где лежал нож для разрезания фруктов с налипшей яблочной кожурой на лезвии.
— Сучка! — Елизавета не сдержалась и плюнула ей в лицо. — Надо было дорезать тебя в тот раз, — шепнула на ухо, бросая злобный взгляд, полный ненависти.
Холодный металл опалил кожу на шее, но Мира не чувствовала испуга, напротив как-то отстранилась и со спокойствием приняла происходящее:
— Давай, Маркус, — прошипела, упираясь ногами, когда мужчина потащил ее к двери. — Убей меня! Ну же! — выкрикнула, но он только сильнее задрал ее руку, причиняя резкую боль.
— Что так вдруг? Я еще не наигрался. Ты сама затеяла заварушку, так давай помогу тебе быть в первых рядах, — открыл дверь и выволок в коридор, прикрываясь как щитом.
— С чего ты взял, что ему есть дело до меня? — шипела как дикая кошка, пытаясь спровоцировать Маркуса на непоправимое. — Он женится на Леноре — дочери Кларенса, так давай! Убей меня! — выкрикнула, пытаясь ударить в колено, но мужчина неожиданно ловко для своих габаритов увернулся и ударил локтем под ребра от чего девушка чуть не задохнулась.
 
— Зачем тебя сейчас убивать, — провел языком по шее, вызывая волну отвращения. — Не нужна ему, значит будешь моей, пока не наскучишь.
— Пошел ты, — опять попыталась вырваться, но оказалась лишь сильнее прижатой к мужчине и с ужасом ощутив, что он желает ее. Сейчас! Когда внизу идет сражение. Когда решается его участь. Он точно совсем слетел с катушек.