Зеркало любви
Часть 76 из 113 Информация о книге
– Завтра. И только завтра, сегодня для нее здесь слишком опасно. И завтра тоже… Барист поклонился и ушел, пряча документ. – Ну, и что это за дама? – насмешливо поинтересовался Остеон. Рид развел руками и тут же сморщился от боли в плече. – Моя супруга, Ост. – КТО?! – Я сегодня женился. Видимо, сегодняшние потрясения уже закалили короля, потому что уточнял он вполне мирно: – На ком? – На герцогессе Домбрийской, – признался Рид. – Хм-м… Джель мне рассказывал о ней. Давно вы знакомы? – С утра, – рассмеялся Рид. – И если бы Малена узнала о моей ране, ее бы ничего не остановило. Она бы уже была здесь. – Вы с ней были знакомы? Не знал… – Я о ней до сегодняшнего утра даже не знал, – честно признался Рид. – А когда увидел… я ее никуда не отпущу. Это – моя женщина. Моя судьба. Я ее никому не отдам. Никогда. Остеон вздохнул. – Ладно. Благословляю, даю разрешение и рад за тебя. Рид расцвел в улыбке. – Я знал, что ты так скажешь, Ост. – А теперь о делах. И начнем с самого важного – с Найджела. Теперь пришла очередь Рида печально вздыхать. Лицо его исказилось то ли от душевной, то ли от физической боли… – Он мой племянник, Ост. – И мой сын. А еще… это моя последняя возможность продолжить нашу династию. – Ты еще молод, ты можешь… Остеон прервал брата коротким смешком. – Что могу, Рид? Что? Умереть с достоинством? Мне сорок пять лет, я на двенадцать лет старше тебя, а чувствую я себя так, словно мне все девяносто. Я поговорил с мальчишкой… не знаю, куда делся наш придворный лекарь, может быть, тоже в Эрле, но мальчик сознался мне, что яд… я могу умереть в любой момент. Сегодня, завтра, через три дня… Джель – мой единственный и законный наследник. – Отцеубийца, – скрипнул зубами Рид. – Да. Я не виню тебя за этот шум, но сегодня ты уничтожил все возможности как-то посадить его на трон. Ты это понимаешь? Рид кивнул. И – не удержался. – А ты считаешь, он должен править? Такой ценой? – Нет. И… я рад, что Лиданетта не видит, кем стал наш сын. Каким он стал. Тем не менее… ты мог бы удержаться на престоле, но при условии правильного брака. Рид скрипнул зубами вторично. – Дилера Эларская? Или Шарлиз Ролейнская? Спешу тебя огорчить, вторая носит ребенка от кагана. А мне такой наследничек не нужен. – Вот как… это мы обдумаем чуть позже. Нет, я имел в виду Дилеру. Взяв ее в жены, ты мог бы править, но ты ведь не откажешься от Домбрийской? – Можешь и меня повесить, – даже не стал сомневаться Рид. Остеон задумчиво кивнул. Было бы у него время, он бы попробовал переиграть эту ситуацию. Было бы время, возможность… их не было. А потому… – Тогда у нас остается лишь одно решение, Рид. Регентство. – Вот как? – прищурился маркиз Торнейский. – И как ты это себе представляешь? Остеон опустил глаза долу. – Гадко, Рид. Гадко, гнусно, но другого выхода у нас нет. И, выслушав его, Рид полностью с этим согласился. – Ты уверен, что сможешь их заставить? – Я – нет. Я почти мертв, Рид. Выполнять этот чудовищный план придется тебе, Тальферу, Аллийскому, Иллойскому… вам, и только вам. Рид в третий раз скрипнул зубами, понимая, что такими темпами они сотрутся до кости. Но выбора у них не было. Ни у кого. Гадко, гнусно… все эти слова еще не отражали мерзости составленного ими плана. Им придется подличать, шантажировать, предавать, убивать – все ради сохранения стабильности в стране. Стоит оно того? Боги рассудят. А им теперь остается только делать что до`лжно. И пусть свершится, чему суждено свершиться. * * * – Жуть какая-то. Я бы все отдала, чтобы располагать своим временем более свободно. – Как я тебя понимаю. Матильда переживала и нервничала. Барист Тальфер, принесший известия из дворца и долго заверявший маркизу (да, уже маркизу), что все в порядке, все живы, ее муж тоже жив, все будет хорошо, главное, не путайтесь у взрослых дяденек под ногами, совершенно ее не успокоил. И будь воля Матильды, она бы немедленно помчалась к Риду. Остановило простое соображение – скоро уже вечер. Ночью она просто свалится на руки маркизу в состоянии анабиозной тушки. Мало ему своих забот – еще ее где-то пристроить? А случись что, она даже не сможет себя защитить, она же как бревно будет. Пришлось остаться дома. Расхаживать по комнате, ругаться и злобно выставлять всех за дверь. Не попала под раздачу одна Ровена. Когда ей доложили, что герцогесса сегодня раздает всем, кто попал под руку, и вовсе не монеты, Ровена даже не колебалась, а просто пошла и постучалась в двери покоев Марии-Элены. – Ваша светлость, я могу вам чем-то помочь? – Ребенком занимайся! – рявкнула Матильда. – Ребенок у няньки, – отозвалась Ровена. – Так что? – Все в порядке, – огрызнулась Матильда, даже и не думая отворять дверь. – Не переживайте за меня, я еще всех переживу. Это Ровену чуток успокоило. – Ваша светлость, я точно не могу вам ничем помочь? – Точно! Займись ребенком! – рыкнула Матильда, которой вовсе не хотелось, чтобы кто-то стал свидетелем ее разговоров с Марией-Эленой, или того, как девушки мечутся по комнате, или… да мало ли? Нервы – не казенные. Отказ, разве что чуть более вежливый, услышали и Ардонские. А Лорену, которой стало просто интересно, послали далеко и образно. Да так, что Матильда сама собой восхитилась. Лорена не восхитилась, но задумалась, что такое «антисоветчик», какая «Чукотка» по ней плачет и кто такой «Волдеморт», за которого ей посоветовали выйти замуж. И временно отвязалась. А девушки продолжали нервничать настолько, что не спустились даже к ужину. И с радостью нырнули в забытье сна. В одном Рид был полностью прав. Узнай супруга о его ране, ее бы точно ничего не остановило. Матильда Домашкина Как известно, здесь – не лучше, чем там. Плюс этого «здесь» только в том, что на работе плакать некогда. Да и работала в основном Мария-Элена, Матильда только подсказывала. Как стать специалистом?