Зеркало любви
Часть 22 из 113 Информация о книге
– У меня, ваше вели… высочество… – Называйте просто – сир, – благородно решил не перегружать дамский ум лишними тонкостями Найджел. – Сир, у меня нет, сир. А у короны наверняка найдется. – Хм-м… и вы так просто об этом говорите, герцогесса? Матильда скривила рожу. Принц поморщился, но не шарахнулся. Храбрый юноша. Тут главное – не переиграть, чтобы все-таки не решил «облагодетельствовать». – Сир, позвольте мне быть откровенной? – Ну… пожалуйста. – Могу ли я рассчитывать на глубокую и искреннюю любовь, такую, как пишут в романах? С моей-то… Матильда глубокомысленно замолчала и обвела свое лицо. Принц вздохнул. Вот как тут быть? Жестоким по отношению к дамам Найджел отродясь не был и вломить в лицо девушке, что если ее на огороде выставить, то вороны за тот год урожай вернут, просто не мог. По счастью, девушка это и сама понимала. И развела руками. – Я не глупа. И все понимаю, сир… может быть, найдется кто-то, кто оценит мой ум, а не только внешность? Ага. Сразу же, после дождичка в четверг. И оценщики, и опробщики в очередь выстроятся, надо только про приданое рассказать. Найджел задумался. – Что ж, это в любом случае дело не одного дня. – Тогда, сир, можно пока назначить наследницей меня, а когда я выйду замуж, оговорить с супругом, что наследником будет наш первый или второй сын, а мы будем местоблюстителями… Идея была неплохой. – Да, пожалуй. – О сир! Благодарю вас! В порыве восторга Матильда всплеснула руками и бросилась на колени, восхвалять ум его высочества. Крохотная сумочка, висящая на поясе, оторвалась и раскрылась. Из сумочки во все стороны полетели игральные карты. Сама лично рисовала, взяв за основу колоду «Тобаго» художника Бориса Митина. Уж очень выразительная и в духе эпохи, а рисовать умели и Матильда, как внучка архитектора, и Малена, как аристократка. Да, не цветочки, ну и что? Кому тут нужна ботаника? Матильда покраснела и, бормоча извинения, принялась их собирать. – Колода… – задумался его высочество, помогая растяпе. – Вы играете в карты, герцогесса? – Разве что в «Блеф», – потупилась Матильда. – «Блеф»? Не слышал о такой карточной игре. И карты странные… – Сир, позволено ли мне будет рассказать и показать? Скука развеялась как дым. – Пожалуй, герцогесса. * * * Доверенный слуга поскребся к Баристу Тальферу под вечер. – Господин… – Да? – Его высочество собирался дать аудиенцию герцогессе Домбрийской. Да, Барист был в курсе. – И что? – Вы приказали доложить, когда все закончится… – Закончилось? – Нет. Герцогесса до сих пор у его высочества. Приказывали подать обед на двоих, слугу выставили… У Бариста челюсть отвисла. – До сих пор? – Да, господин. Интересно, это какие же позы герцогесса в монастыре изучила?.. Пошлую мысль Барист задавил в самом зародыше. Взамен явилась вторая. А Найджел точно еще жив? – Ладно. Надеюсь, голову мне сегодня не отрубят. И Барист направился к покоям его высочества. Не доходя, свернул в коридор, коснулся завитушки. Кто сказал, что во дворце нет тайных ходов? И что при должном умении и опыте их нельзя вычислить? Для человека, который привык копаться в финансовых отчетах, это несложно. Чего бы один умник ни накрутил, другой всегда в состоянии распутать будет. А уж кто там крутил, бухгалтер или архитектор, – неважно. Барист собрал на пузо три килограмма пыли и паутины, но до глазка добрался. И услышал… – Шесть виноградин сверху. – Отвечаю. И еще три. – Принимаю. И еще пять. – Вскрываемся. – Три десятки. – А у меня каре! – Опять вы выиграли, сир. Лишаете бедную девушку винограда… Ответный смешок Найджела был таким довольным, что Тальфер успокоился. Но все же… Барист выполз наружу, почистился и решительно направился к покоям его высочества. Слуги послушно доложили о его приходе. Что самое поразительное, встретили Тальфера аж два недовольных взгляда. – Что случилось? – капризно поинтересовался Найджел. Герцогесса Домбрийская… это – она? О боги! Барист даже не сразу опознал это чудовище. Что-то жутковатое, лиловое, прилизанное, но… довольное? И принц доволен? А что у них в руках? И что тут вообще происходит? – В-ваше высочество, сопровождающая герцогессы, графиня Ардонская, очень волнуется… Матильда вздохнула. – Это моя вина. Его высочество объяснял мне правила новой игры. И мы совсем забыли о времени. Он такой умный, такую интересную игру придумал… а я все никак не могу выиграть. Найджел расплылся в довольной улыбке. – Я вам дам шанс отыграться, герцогесса.