Тихоня

— Что бы ты ни собиралась со мной сделать. — Он бешено шарил по дверце машины, пытаясь найти ручку и разблокировать ее.

— И это вся твоя благодарность? — Я водрузила на нос очки, завелась, и машина выехала на проезжую часть. — Пожалуйста, обращайся в любое время.

— А что ты сделала с моими туфлями? — потребовал ответа Логан, глазея на свои голые ступни.

— О нет, только не это! Боже, ты помешан на своих туфлях — ты в курсе?

Спустя минуту мы выехали на главную дорогу и покинули заброшенный промышленный район, и тут я, следя за тем, чтобы ни одна машина за нами не увязалась, ясно увидела впереди дорожный знак, указывающий путь к центру города.

— Куда ты меня везешь?

— Это ты мне скажи: в прошлый раз, когда ты со мной разговаривал, ты не мог вспомнить название своего отеля. Сейчас есть какие-то мысли?

Он нахмурился. Икнул.

— Нет.

— Помнишь хоть, как он вообще выглядел?

— Он очень большой…

Я закатила глаза в ответ.

— И еще, если это поможет, там серебряный дельфин в лобби. И…

— Ни слова больше, знаю, это «Кейп Маджести».

Я по навигатору построила маршрут до набережной Виктории и Альфреда[5], где находился этот супершикарный отель. Логан просидел в молчании несколько минут, икая время от времени.

Когда он заговорил, его голос звучал смущенно:

— Э-э, извини, я был немного груб несколько минут назад. Я очень испугался — из-за этого кладбища и вообще всего. Я Логан Раш.

— Я знаю, — сказала я, улыбнувшись ему.

— Да, но… э-э? — Он посмотрел на меня вопросительно.

— Ох, да, извини. Я Розмари Морган.

— Очень, очень приятно… и, э-э, почему я в твоей машине?

— А ты помнишь, что случилось?

Он нахмурился, прищурился и покачал головой. От чего, кстати говоря, стал выглядеть суперкруто.

— Я помню вечеринку и потом… я и впрямь пошел поплавать?

— Можно и так сказать.

— И затем были те визжащие девушки…

— Ага.

— И пингвин!

— Похоже, память к тебе возвращается.

— А мои ту…

— Логан, — перебила я его, — клянусь, если ты еще раз упомянешь слово на букву «т», я лично скормлю тебя львам.

— Каким львам?

— Ты же в Африке. Львы здесь всегда где-нибудь поблизости, — сказала я с угрозой в голосе, сильно покривив душой. По крайней мере, это отвлекло его от пропавшей обуви.

Он потряс головой, словно хотел прояснить мысли, затем вздрогнул и поднес руку ко лбу.

— У тебя там вспухает супершишка, — сообщила я ему.

Логан торопливо опустил солнцезащитный щиток, откинул со лба волосы и впился встревоженным взглядом в зеркальце на щитке.

— Проклятье! — Он изучал шишку с разных сторон и попытался закрыть ее локоном волос.

— Да, вся твоя красота испарилась, — пошутила я. Ни у одного другого парня нет такого самолюбования, как у него. Зеб до колик будет смеяться, когда я ему расскажу.


— Они меня просто убьют. — Логан вернул солнцезащитный щиток в прежнее положение и тяжело опустился на свое сиденье, виновато сгорбившись.

— Кто? — спросила я, пока мы пробирались ко въезду в огромный туристический комплекс на набережной, где трендовые рестораны, клубы и бутики почти полностью маскировали грузовые пристани Кейптауна, вокруг которых были построены.

— Делать макияж, подбирать свет… и все это непрерывно. Силла! — Он простонал последнее слово.

— Силла?

— Моя немезида[6] и бессменный предводитель. Царица преисподней. Если им придется переснимать, она сожрет меня живьем и косточек не оставит!

— Кем же тебе приходится эта женщина?

— Мой режиссер. — Логан вдруг сел прямо и выругался, затем бросил на меня виноватый взгляд. — Я прошу прощения. Мат — один из моих пороков.

В реальной жизни его акцент звучит живее, ритмичнее, чем в кино, — отчетливо слышно, что он родом с американского Юга, и это совершенно очаровательно, хотя порой чуточку заметно, что он глотает окончания слов. Видно, что он еще слегка навеселе.

— Я должен был устроить все так, чтобы она знала, что со мной все в порядке. Она будет очень сильно беспокоиться. — Он похлопал себя по карманам. — Ну, может, она не будет беспокоиться, а просто взбесится и выйдет на тропу войны.

— Ты сказал, что оставил для них записку.

— Правда? — казалось, он восхитился своей предусмотрительностью.

— И мне кажется, что с твоим телефоном…

— …можно попрощаться, да, — Логан вытащил из кармана гладкий черный смартфон. На его соединительном шве показались капельки воды, а потом оттуда вылился целый ручеек. — Какого дьявола я устроил ночью? Отправился поплавать в смокинге?

— Очень похоже на то. Знаешь, говорят, что если в памяти провалы, то это значит, что ты перебрал с алкоголем.

— Я это делаю нечасто, — сказал он, защищаясь.

— Вот мы и приехали — «Кейп Маджести», — сказала я, когда мы затормозили у помпезных ворот с высокими колоннами, за которыми из шикарного автобуса высаживалась орда туристов.

Я уже свернула на короткий подъездной путь, ведущий к пункту, где разрешалось высаживаться гостям отеля и где стояли в ожидании парочка швейцаров в высоких шапках и золотистых ливреях, когда увидела их. Я пригнула голову Раша свободной левой рукой:

— Скорее пригнись, твои поклонники!

Логан свернулся калачиком на пассажирском сиденье моей машины, но, чтобы быть абсолютно уверенной в том, что он невидим для неистовых фанатов, я накинула полотенце ему на спину и голову. Я пронеслась со свистом мимо ошарашенных швейцаров, которые уже выступили, чтобы нас поприветствовать, втиснулась в узенькую щелку, оставленную шикарным автобусом, и продолжала ехать. В одно движение девушки-служащие на воротах просканировали мою машину, обнаружили, что она не проходит по департаменту знойных красавцев, и со скучающим видом вновь уставились на дорогу, по которой машины подъезжали к отелю.

Мне необходимо было придумать способ доставить Логана в отель и не всполошить стаю его поклонников.

— И что теперь? — Голос Логана глухо прозвучал из-под полотенца.

Несколько минут я напряженно размышляла. Я наслаждалась всем этим: то был самый волнующий день с самого… ну, самый волнующий день в моей жизни, ладно уж.

— У меня есть план, — сказала я и пулей помчалась к многоэтажной парковке, скрытой от посторонних глаз, что была пристроена к отелю «Маджести» сзади. — Можешь сесть прямо.

— Я прощу прощения, что повторяюсь, но где мы?

— С парковки в отель должен быть прямой вход, — сказала я, ведя машину вверх по пандусу на верхние уровни парковки. — Скорее всего, тут почти никого не будет.

Так и оказалось. Я припарковала машину в уголке прямо у входа, мы вышли из машины, и я окинула Логана оценивающим взглядом. Он выглядел неопрятно в своем влажном и измятом смокинге. Галстук-бабочка съехал набок, волосы всклокочены, и, естественно, босой. Но к сожалению, в нем безошибочно можно было узнать кинозвезду Логана Раша.

— Вот, — сказала я, доставая из сумки солнцезащитные очки и протягивая ему. — Надень-ка это.

— И? Как я выгляжу? — Он держал руки поднятыми вверх в жесте вуаля! словно демонстрировал мне идеальную маскировку.

— Ты немножко меньше похож на Логана Раша.

Ну, на полпроцента меньше, примерно.

— Как насчет твоей маскировки? — спросил он.

— Мне она ни к чему: я не знаменитость.

— Я не хочу быть единственным, кто выглядит как придурок, который надел солнцезащитные очки ночью.

— Ладно. — Я схватила линялую бейсбольную кепку из своей сумки с одеждой в машине и напялила ее. — Теперь доволен?

Он повернул козырек кепки вбок и кивнул. Я в жизни не носила кепку набок, словно какая-то отсталая, мечтающая о карьере рэперши. Но нам нужно срочно попасть в отель, так что я не хотела терять время на препирательства.

— Давай возьмемся за руки, — предложил Логан. — Мы можем сделать вид, что мы парочка, у которой медовый месяц. Или, — он постучал по своим темным очкам, — я могу быть слепцом, а ты — моим «Зорким глазом»[7]… э-э, поводырем.

Я кинула на него подозрительный взгляд и увидела, как уголок его рта приподнялся в усмешке. Даже если он поддразнивает меня, я не буду возражать. Еще несколько минут — и мы разойдемся в разные стороны, и я больше никогда его не увижу вживую, а только в фильмах. Будущая я будет бережно хранить воспоминание о том, как Логан Раш однажды попросил меня взяться с ним за руки.