На 50 оттенков темнее

— Как прошел твой день? — интересуется Кристиан.
— Хорошо. А твой?
— Спасибо, хорошо.
Его широкая до комизма ухмылка отражает мою. Он опять целует мои пальцы.
— Ты отлично выглядишь, — говорит он.
— Ты тоже.
— Твой босс, Джек Хайд… он хороший работник?
Ого! Неожиданная смена темы. Я хмурюсь.
— А что? Это имеет какое-то значение? Влияет на дальность струи?
Кристиан фыркает.
— Парень хочет залезть тебе в трусики, Анастейша.
У меня отваливается челюсть. Я краснею и нервно кошусь на Тейлора.
— Ну, мало ли что он хочет… Зачем вообще говорить об этом? Ты ведь знаешь, что он мне неинтересен. Он просто мой босс.
— В этом все дело. Он посягает на то, что принадлежит мне. Мне нужно знать, хороший ли он профессионал.
— Пожалуй, да.
Я пожимаю плечами. Зачем ему это надо?
— Ну, пускай он оставит тебя в покое, иначе в два счета вылетит на улицу.
— Ой, Кристиан, что ты говоришь? Он не сделал ничего дурного…
Нет, он стоял слишком близко ко мне.
— Если хоть раз попробует, скажи мне. Это называется грубое попрание общественной морали или сексуальное домогательство.
— Мы просто пили пиво после работы.
— Я не шучу. Одна попытка, и он вылетит.
— У тебя нет такой власти. — Честное слово, я так и сказала. Но тут же понимание ударило меня с силой мчащегося грузовика. — Или есть, Кристиан?
Вместо ответа Кристиан опять загадочно улыбается.
— Ты покупаешь фирму, — в ужасе шепчу я.
— Не совсем, — говорит он с улыбкой.
— Ты уже купил ее. Уже.
— Возможно, — уклончиво отвечает он.
— Купил или нет?
— Да.
Что за черт? Это уже слишком.
— Зачем? — пораженно спрашиваю я.
— Потому что я могу себе это позволить, Анастейша. Ради твоей безопасности.
— Но ведь ты сказал, что не будешь вмешиваться в мою карьеру!
— Я и не буду.
Я вырываю руку из его ладоней.
— Кристиан… — У меня нет слов.
— Ты злишься на меня?
— Да. Конечно. Злюсь. Разве в серьезном бизнесе так делают? Разве так принимают решения? Под влиянием трахания?
Я опять нервно кошусь на Тейлора, но он нас стоически игнорирует.
М-да, пора ставить фильтр между мозгами и языком.
Кристиан открывает было рот, но тут же закрывает и хмурится. Мы злобно сверкаем глазами друг на друга. Атмосфера в салоне, только что теплая и радостная, делается ледяной от невысказанных слов и потенциальных обвинений.
К счастью, поездка быстро заканчивается. Тейлор тормозит у моего дома.
Я пулей вылетаю из салона, не дожидаясь, когда кто-то откроет мне дверцу.
Я слышу, как Кристиан говорит вполголоса Тейлору:
— Пожалуй, подожди меня здесь.
Я роюсь в сумочке, нашаривая ключи. Он подходит и встает у меня за спиной.
— Анастейша, — осторожно говорит он успокаивающим тоном, словно я дикий зверек, загнанный в угол.
Со вздохом я поворачиваюсь к нему лицом. Я так страшно злюсь, что мой гнев хоть пальцами трогай — темное чудище, схватившее меня за горло.
— Во-первых, я давно тебя не трахал — уже целую вечность. Во-вторых, я давно собирался войти в издательский бизнес. В Сиэтле четыре компании этого профиля, из них SIP — самая прибыльная, но сейчас она оказалась на пороге стагнации. Ей нужно расширяться.
Я холодно щурюсь на него. Его глаза глядят пронзительно, даже грозно, но адски сексуально. Я тону в их стальной глубине.
— Так, значит, ты теперь мой босс, — рычу я.
— Технически я босс босса твоего босса.
— И технически это грубое попрание общественной морали — факт, что я трахаюсь с боссом босса моего босса.
— В данный момент ты с ним пререкаешься, — усмехается Кристиан.
— Потому что он такой осел.
Кристиан отшатывается. Вот черт… Я зашла слишком далеко?
— Осел? — бормочет он, и неожиданно на его лице появляется веселое изумление.
Проклятье! Я злюсь на тебя, я не хочу смеяться!
— Да. — Я цепляюсь за остатки своей злости.
— Осел? — повторяет Кристиан. На этот раз его губы вздрагивают от подавляемой улыбки.
— Не весели меня, когда я на тебя злюсь! — кричу я.
А он улыбается, ослепительной, белозубой улыбкой американского парня, и я сдаюсь. Я тоже улыбаюсь, сначала неохотно, потом от души. Да и как можно не испытывать радость при виде такой улыбки?
— Не придавай значения моей дурацкой улыбке — я все равно зла как черт, — бормочу я, пытаясь не захихикать. Впрочем, я никогда не умела так заразительно хихикать, как мои однокурсницы, промелькнула в голове горькая мысль.
Он наклоняется ко мне, и я жду, что он меня поцелует. Но он лишь утыкается носом в мои волосы и с чувством вдыхает их запах.
— Вы неожиданны, как всегда, мисс Стил. — Откинувшись назад, он глядит на меня; в его глазах пляшут смешинки. — Так ты приглашаешь меня к себе? Или я поеду, чтобы реализовать демократическое право американского гражданина, предпринимателя и потребителя на покупку всего, что взбредет мне в голову?
— Ты говорил об этом с доктором Флинном?
Он смеется.
— Так ты пустишь меня к себе или нет?
Я хмурю брови и кусаю губу — но потом улыбаюсь и отпираю дверь. Кристиан оборачивается и машет рукой Тейлору. «Ауди» уезжает.
Как странно видеть Кристиана Грея в моем жилище. Мне кажется, что ему тут тесно.
Я все еще зла — его активность не знает границ. Теперь я понимаю, откуда он знал, что моя почта в SIP просматривается. Впрочем, он знает о SIP больше моего. Эта мысль меня не радует.
Что я могу сделать? Зачем ему понадобилось меня опекать? Слава богу, я взрослый человек — ну, типа того. Как убедить его в этом?
Я гляжу на его лицо, пока он расхаживает по комнате, словно тигр в клетке. И моя злость проходит. Мне радостно видеть его здесь, у меня дома, ведь еще вчера я думала, что мы разбежались навсегда. Да что там — радостно! Я люблю его, и мое сердце наполняется восторгом. Он оглядывает комнату, оценивая мою среду обитания.
— Приятная квартирка.

— Ее купили для Кейт родители.
Он рассеянно кивает, его самоуверенный взгляд устремлен на меня.
— Э-э… хочешь чего-нибудь выпить? — бормочу я, зардевшись и нервничая.
— Нет, спасибо, Анастейша. — Его глаза темнеют.
Почему я так нервничаю?
— Чем ты хочешь заняться, Анастейша? — тихо спрашивает он, направляясь ко мне — дикий, неприрученный тигр. И тихо добавляет: — Я-то знаю, чего хочу.
Я пячусь и пячусь, пока не упираюсь в кухонный островок.
— Все-таки я сердита на тебя.
— Знаю.
Он улыбается, криво и виновато, и я таю… Ну, может, не совсем таю, но несколько смягчаюсь.
— Хочешь есть? — спрашиваю.
Он медленно кивает.
— Да. Тебя, — мурлычет Кристиан.
Все, что лежит к югу от моей талии, то есть ниже ее, заходится в сладкой истоме. Меня совращает уже один его голос, а уж если к этому добавить взгляд, голодный, жадный — хочу-тебя-немедленно… — о боже!
Он стоит передо мной, не касаясь, и смотрит с высоты своего роста мне в глаза. Я купаюсь в жаре, исходящем от его тела. Я вся горю, не чую под собой ног, я опьянела от темного желания, наполнившего мое тело. Я хочу его.
— Ты ела сегодня что-нибудь? — бормочет он.
— Сэндвич во время ланча, — шепчу я. Мне не хочется говорить сейчас о еде.
Он щурится.
— Надо есть.
— Я, честное слово, не хочу сейчас… есть.
— Чего же вы хотите, мисс Стил?
— Вероятно, вы догадываетесь, мистер Грей.
Он наклоняется, и я опять думаю, что он меня поцелует. Но нет.
— Хочешь, чтобы я поцеловал тебя, Анастейша? — шепчет он мне на ухо.
— Да, — на выдохе говорю я.
— Куда?
— Везде.
— Говори конкретнее. Я уже сказал, что не дотронусь до тебя, пока ты не попросишь меня об этом и не скажешь, что я должен делать.
Я растерялась; это нечестная игра с его стороны.
— Пожалуйста, — шепчу я.
— Пожалуйста — что?
— Трогай меня.
— Где, малышка?
Он стоит так соблазнительно близко, его запах сводит меня с ума. Я протягиваю руку, и он тут же отступает назад.
— Нет, нет! — В его глазах внезапно появляется тревога.
— Что? — «Нет… вернись…»
— Нет. — Он качает головой.
— Совсем? — Я не могу убрать тоску из голоса.
Он неуверенно смотрит на меня, и я, осмелев от его колебаний, шагаю к нему. Он отступает, выставив перед собой руки, как бы для защиты. Но улыбается.
— Смотри, Ана. — Это предостережение, и он с отчаяньем приглаживает волосы.
— Иногда ведь ты не против, — жалобно напоминаю я. — Может, я найду маркер, и мы отметим те места, которые не надо трогать?
Он поднимает брови.
— Идея интересная. Где твоя спальня?
Я киваю в сторону моей комнаты. Он нарочно меняет тему?
— Ты приняла таблетку?
Ох, блин! Таблетка!
При виде моей растерянности он мрачнеет.
— Нет, — лепечу я.
— Ясно, — говорит он и плотно сжимает губы. — Ладно, давай что-нибудь поедим.
— Я думала, что мы ляжем в постель! Я хочу!
— Знаю, малышка. — Он улыбается и внезапно бросается ко мне, хватает за запястья, обнимает, прижимается ко мне всем телом.
— Тебе надо поесть, да и мне тоже, — бормочет он, пожирая меня горящими глазами. — К тому же предвкушение — ключ к соблазнению, и сейчас я наслаждаюсь отложенным удовлетворением.
Хм, с каких это пор?
— Я уже соблазнилась и хочу получить удовлетворение немедленно. Ну, пожалуйста. — Мой голос звучит жалобно.
Он нежно улыбается.
— Ешь. Ты слишком худенькая. — Он целует меня в лоб и разжимает руки.
Значит, это игра, часть какого-то коварного плана. Я смотрю на него исподлобья.
— Я уже и так злюсь на тебя за приобретение издательства, а теперь к этому добавляется то, что ты заставляешь меня ждать, — бурчу я, надув губы.
— Маленькая, злая мадам, ты подобреешь, когда хорошенько поешь.
— Я знаю, после чего я подобрею.
— Анастейша Стил, я шокирован. — В его тоне звучит легкая насмешка.
— Перестань меня дразнить. Это нечестно.
Он подавляет усмешку, закусив нижнюю губу. А выглядит просто умопомрачительно… игривый Кристиан, манипулирующий моим либидо. Будь я более опытной соблазнительницей, я бы знала, что делать. Но сейчас меня бесит, что я не могу к нему прикоснуться.
Моя внутренняя богиня щурит глаза и задумывается. Нам нужно над этим поразмыслить.
Пока мы с Кристианом глядим друг на друга (я — распаленно, с досадой и мольбой, а он — со спокойной улыбкой), я вспоминаю, что в доме нет ни крошки еды.
— Я могу что-нибудь приготовить — вот только нам придется купить…
— Купить?
— Да, что-нибудь.
— У тебя тут вообще нет ничего? — ужасается он.
Я качаю головой. Ни фига себе, похоже, он рассердился.
— Тогда пошли в супермаркет. — Он резко поворачивается, идет к двери и распахивает ее передо мной.
— Когда ты в последний раз был в супермаркете?
Кристиан выглядит здесь пришельцем из иных миров, но послушно следует за мной с металлической корзинкой.
— Не помню.
— Продукты покупает миссис Джонс?