Клок-Данс

– Садится на ступеньку, затем пересаживается на следующую, и так – до самого верха. На ногах пока не рискует, – сказала Уилла, умолчав о том, что этот способ подъема освоен уже довольно давно.

Она опять задерживалась, но вины за собой не чувствовала, поскольку выяснилось, что Дениза еще не готова вести машину. Да и просто в передвижениях по дому и переноске чего-то увесистого ей пока что требовалась помощь.

– Но уже виден свет в конце тоннеля, – сказала Уилла. – Скоро она будет справляться сама.

– Так позвони Роне, пусть забронирует билет.

– Ладно. Только еще чуть-чуть подожду.



Уилла готовила ужин, когда следующим вечером пришли Ричард и Барри. Услышав звонок, Шерил с криком «Я открою, я открою!» кинулась в прихожую, следом за ней поспешил Аэроплан. Девочка провела гостей в кухню, где Уилла нарезала хлеб, а Дениза расставляла тарелки.

– Это ж надо! – воскликнул Ричард. – Она уже сама разгуливает!

– Скорее, ковыляю, – сказала Дениза.

Нынче Ричард был в джинсах и рубашке поло, но папка под мышкой придавала ему деловой вид. Барри, не изменивший своим просторным штанам на завязках, держал в руке огромную рулетку.

– Мы по делу, – сказал Ричард. – Хотим глянуть вашу туалетную комнату.

– Зачем это? – спросила Дениза.

– Миссис Минтон продает свой дом, я занимаюсь оформлением бумаг. Цена значительно вырастет, если там сперва оборудовать туалетную комнату.

– Миссис Минтон переезжает? – удивилась Шерил.

– Да. На первом этаже у нее нет туалета, представляете?

– Боже мой, как же она обходится? – спросила Уилла.

– Понятия не имею. Барри хочет глянуть на ваш туалет, здесь такая же планировка.

– Валяй, – разрешила Дениза.

Барри вернулся в прихожую, было слышно, как он открыл одну дверь, потом другую.

– Любопытно! – крикнул Барри. – Здесь туалет не под лестницей, а в нише напротив.

– Под лестницей у меня платяной шкаф, – сказала Дениза.

– Я уже понял, – откликнулся Барри. Голос его звучал глухо, вжикнула рулеточная лента.

– Куда она переезжает? – спросила Дениза.

– Кажется, в Нью-Джерси, – сказал Ричард.

– Ты бы выиграла лишних два фута, если б устроила туалет под лестницей! – крикнул Барри.

– Я ничего не устраивала! – ответила Дениза. – Наверное, это хозяйка. Тут все так и было, когда мы въехали. – Она захромала в прихожую, все потянулись следом. Через плечо Барри Дениза оглядела туалет. – А что на этом месте в доме миссис Минтон?

– Ничего, только древний комод. Да, Ричард?

– Ага, застеленный полудюжиной кружевных салфеток.

Барри защелкнул рулетку.

– Интересно, где твоя хозяйка раздобыла такую махонькую раковину?

– Пойдемте с нами, сами увидите, – пригласил Ричард всю компанию. – Лучшее место для туалета, конечно, под лестницей, если туда подведена канализация.

– Шерил будет скучать по миссис Минтон, – сказала Дениза. Гурьбой они двинулись к выходу. – Правда, милая? Знаете, Уилла, она всегда мечтала о бабушке.

Уилла ответила дежурной улыбкой, но сердце ее чуть-чуть сжалось.

Сходя с крыльца, Дениза оперлась на руку Барри. Аэроплан, не колеблясь, направился к дому миссис Минтон, словно прекрасно понимал цель похода.

– И кустарник здесь нужен новый, попригляднее, – сказал Ричард.

Сейчас задушенные сорняком кусты представляли собой невзрачные заросли. Дорожка к дому была вся в трещинах и щербинах.

– Возможно, домом заинтересуются молодожены, – предположил Барри. – В смысле первого семейного жилья.

Как это грустно, подумала Уилла. Дом, в котором у кого-то прошла целая жизнь, для молодой пары – всего лишь первый временный вариант.


За сетчатой дверью миссис Минтон разговаривала с Беном.

– А, вернулись, – сказала она, заметив Барри и Ричарда. – Вам Бенов кот не попадался, нет? Ой, Дениза! Гляди-ка, ты уже без костылей!

– У Денизы туалет расположен в нише, что слева от кухни, – сообщил Ричард. – А под лестницей у нее платяной шкаф.

– Я и без него обходилась, – сказала миссис Минтон. – Гости вешали пальто на лестничные стойки.

Стуча ходунками, она повела компанию в сумрачное нутро дома. Пустота под лестницей смотрелась странно. Прихожая казалась обитой войлоком, впечатлению способствовал толстый темно-красный ковер, издававший удушливый шерстяной запах, от которого свербело в носу.

– Вот если б удалось достать маленькую раковину, как у Денизы, можно было бы в нише оборудовать туалет, а под лестницей устроить чуланчик, – сказал Ричард. – Чуланчики покупателям нравятся.

– А что там в Нью-Джерси, миссис Минтон? – спросила Уилла, немного страшась услышать о какой-нибудь богадельне, но старуха, просветлев лицом, сказала:

– Дочка у меня там, Мари. Во дворе у нее прелестный гостевой домик, совершенно отдельный, но рядышком с главным домом.

– Ой, как хорошо! Жаль, у меня нет дочки. – Слова эти выскочили сами собой.

– Я готова стать вашей дочерью, Уилла, только позовите, – сказала Дениза.

Уилла растрогалась и уж совсем расчувствовалась, когда Шерил обхватила ее за талию и уткнулась головой в грудь.

– Моя-то обо мне беспокоится, – с гордостью сказала миссис Минтон. – Давно уж к себе зовет.

– Вон как вам повезло! – порадовалась Уилла.

– Так и ваши дети о вас, наверное, заботятся.

– Ну да…

– Уилла, вы богатая? – спросила Шерил.

– Что? Да нет, не особо.

– Что за вопросы, Шерил Карлайл! – одернула ее Дениза.

– Я просто подумала, не сможет ли Уилла построить гостевой домик в нашем дворе, – сказала девочка.

Уилла ласково прижала ее к себе.

– И неважно, что об этом скажет Пол, – пробурчал Бен.

– Кто? – в один голос спросили Дениза и Уилла.

– Ну, Пол… или как там его… Питер… муж ее.

Расслышав пренебрежение в голосе Бена, Уилла окинула его любопытным взглядом.

– Я долго сопротивлялась, – сказала миссис Минтон. – Ценю, знаете ли, независимость. Да еще боялась, что переезд плохо скажется на собаке. Пес-то уже старенький, у него свои привычки. А потом думаю – была не была! Почему, думаю, не пожить рядом с Мари? Одной-то все тяжелее и тяжелее.

– Могу представить, – кивнула Уилла. – Как же вы сама-то в туалет поднимались?

– О, это пустяки. Хватаешься за перила и этак себя подтягиваешь. А там на площадке заготовлены вторые ходунки. Позволила я себе этакую роскошь. По страховке-то выдают только одни. Но дело, понимаете, не в том. Ради чего жить – вот главная проблема в моем возрасте.

Повисло неловкое молчание, потом Уилла, не сдержавшись, спросила:

– И ради чего вы живете?

– Оказалось, в старости на все уходит уйма времени. Помыться, отсчитать таблетки, закапать глазные капли… Вы не поверите, как это заполняет день.

– А-а. – Уилле, пока что не утратившей резвости, это вряд ли могло пригодиться.

– Но, бывает, все жутко надоест. Понимаете? Ну вот одеваешься и думаешь: опять эти приевшиеся цвета, хоть бы что-нибудь новенькое. Но их, новеньких, на свете не существует. Или овощи – все одно и то же: шпинат, помидоры, кукуруза… Почему не придумают какой-нибудь новый овощ? А то я, похоже, все уже перепробовала.

– Брокколини, – вдруг сказала Шерил, выпустив талию Уиллы.

– Что, милая?

– Это новый овощ.

– Ах, вон как.

– А ради чего живете вы, Уилла? – спросил Бен.