Я и беременный босс

— Рабочая командировка? — возмутился Гриша. — Ты уже должна быть в декретном отпуске!.. У тебя не шеф, а изверг!.. Значит, так...

Я отодвинула телефон от уха, ещё раз взглянула на дисплей, проверяя телефонный номер. Гриша ли мне звонил?.. Гриша.

— ... как только ты вернёшься! — услышала я окончание фразы.

— Что-что?

— У ребёнка должен быть отец! — решительно заявил Гриша.

Мама с папой твердили мне то же самое. Они так часто мне этого говорили и даже грозились сосватать меня за какого-то знакомого. Мол, Савелию немного за тридцать, не женат, серьёзен и очень хочет иметь семью. Знаямаминых с папой знакомых, сплошь педагогов, осмелюсь предположить, что Савелий — тридцатилетний девственник, живущий с мамой и носящий брюки с подтяжками... Так что Савелия мне рядом видеть совсем не хотелось.

— Я хочу быть отцом! — напористо заявил Гриша. — С твоей стороны будет неправильно лишать меня права видеть, как растёт наш... ребёнок.

— Хм... Гриша... Ты меня удивил.

— Анель, у нас всё было хорошо. В самом начале. Пока я всё сам не испортил. Позволь мне сейчас всё исправить? Я хочу семью... Выходи за меня?..

— Такие разговоры не решаются по телефону, Гриша!.. — осторожно сказала я.

И почему вместо того, чтобы представить семейное утро втроём, я вдруг подумала, что уже всё-всё распланировала. И появление Гриши в эти планы никак, ну никак не входило!..

— Солнышко, возвращайся скорее... Я уже купил обручальные кольца... И ты же знаешь, что у меня папина сестра работает в ЗАГСе. Если ты скажешь «да», родная, нас распишут... Едва ли не завтра! Пожалуйста!.. — взмолился Гриша.

— Дай мне время подумать? — попросила я.

— Здесь не о чем думать... Хочу видеть тебя своей женой! Мы будем счастливы, вот увидишь!..

— Давай мы встретимся и всё обсудим?.. А сейчас, извини, надо ещё кое с чем разобраться.

— Солнышко, береги себя. И поцелуй нашего малыша, — ласково попрощался Гриша.

Поцелуй малыша? Как, интересно?.. Я, конечно, хожу на йогу для беременных, но выполнить этот трюк не смогу.

Гриша, ну ты и вертопрах!.. Я отложила телефон в сумочку и вытянула ноги перед собой.

Гриша меня огорошил. И не очень-то я горела желанием... сочетаться с Гришей браком так внезапно. От его напора я немного ошалела. Надо будет увидеться с ним и всё обсудить.

А пока... сниму туфли... У меня ноги ныли от каблуков.

Я освободила ноги из тесного плена туфель и блаженно зажмурилась: какое счастье!..

— Вот вы где!..

Я приоткрыла один глаз: Филпппок собственной персоной.

Анель

Босс перевёл взгляд на мои ступни.

— Не комментируйте, ради всего святого, — простонала я, обмахиваясь ладошкой.

— И не собирался, — съехидничал Филипп Борисович. — Вы рано ушли. Сейчас надо будет крутить барабан...

— Какой барабан? — поморщилась я.

— Лотерея среди тех, кто покупал билеты, — фыркнул босс. — Победителям лотереи будут вручать чайники, тостеры и замечательные хренорезки за три копейки.

— Так прокрутите его сами, — попросила я.

— Я буду крутить, вы будете доставать билетики. Всё, как всегда... Когда билетики достаёт красивая девушка, возмулцённых в проигрыше значительно меньше. К тому же вы в положении... Это умиляет.

— Без меня никак не обойтись? — взмолилась я, пошевелив затёкшими пальцами ног.

— Никак. Нас уже внесли в программу, — непреклонно заявил босс.

Филипп Борисович скривился и сказал чуть более миролюбиво.

— Анель, милая, вам, конечно, нелегко сейчас. Но неужели вы думаете, что я получаю удовольствие от этого цирка?.. Это необходимость, не более того!.. Так что взбодритесь, припудрите носик и вперёд!.. Вертеть барабан...

— Да я этот барабан, знаете, на каком месте вертела бы? — пробурчала я, всовывая припухшие ноги в осточертевшие туфли.

— Ну же, Анель! Где моя везде успевающая и неунывающая секретарша? — внезапно подмигнул мне босс, пообещав. — Если всё пройдёт, как по маслу, я не поскуплюсь на поощрение. Премия будет не двойной, а больше. Так что давайте поскорее с этим закончим. Нам осталось не так много дел... Завтра утром — встреча с представителями края, и потом можем возвращаться, — подбодрил меня босс, идя немного впереди меня.

Я плелась за боссом, еле переставляя ноги и проклиная всё на свете. Ноги ныли. Я остановилась и присела, чтобы ослабить тугой ремешок.


— Девушка-красавица, — раздалось откуда-то сбоку. — Вижу', дорогая, по кругу' ты ходишь, на месте толчешься, препятствие какое-то мешает тебе. Давай погадаю?..

Я обернулась. Ко мне подошла цыганка и остановилась близко от меня. На ногах у неё был грубые, растоптанные ботинки. Длинная, пёстрая многослойная юбка поражала многообразием расцветки. На голове цыганки был повязан платок вокрут собранной в узел косытак, что формой напоминал тюбетейку. Цыганка одной рукой покачивала свёрток с младенцем.

Цыганка усмехнулась и протянута мне руку. Я автоматически оперлась на мозолистую ладонь, чтобы встать.

— Вижу, дорогая, на месте ты толчешься. Препятствие какое-то мешает тебе. Давай погадаю?.. — повторила цыганка. — Препятствие уберу. Вот так душу... — цыганка провела пальцами по моей раскрытой ладони. — И всё плохое уберу. Дорого не возьму, дорогу' белую и счастливую тебе пообещаю. Как скажу, всё так и сбудется. Бущет у' тебя сыночек светленький и голубоглазый, на папу похож, да не на того. Дай сколько не жалко, всё у тебя будет замечательно.

Цыганка тараторила и тараторила, продолжая держать меня за руку'.

— Много не возьму. Мне много и не надо. Для ребёночка только. Дай, сколько есть...

Я и сама не заметила, как второй рукой потянулась за кошельком. Внезапно меня за плечо схватили чьи-то пальцы.

— Анель!..

Ага, это босс появился.

— Детский сад!.. Ведётесь на цыганскую болтовню. Дай нагадаю дорогую белую, длинную и счастливую, да? — передразнил цыганку Филипп Борисович.

А я, как дурочка, тем временем, уже вытащила из кошелька две бумажные купюры. У меня в кошельке было только две пятисотенные купюры и немного мелочи. Я в основном везде рассчитывалась банковской карточкой.

— Анель!.. Да вы в своём уме? — изумился босс, перехватывая мою руку. — Вы ещё карточку подарите и пин-код сообщите сразу этой шарлатанке!..

— Много не возьму. Мне много и не надо. Для ребёночка только. Дай, сколько есть... — повторила цыганка, улыбаясь.

— Для ребёнка!..Анель, у неё в рукахпустой кулёк, свёрток из тряпок!..

— Отстаньте, Филипп Борисович. Вас ждёт барабан, — отослала я начальника.

Я никогда не была суеверной. Но тут меня словно перемкнуло: пальцы сами проворно всунули купюры в шершавую цыганскую ладонь.

— Ждёт тебя счастливое будущее, сыночек родится крепенький и здоровенький, — нараспев протянула цыганка. — А вот это держи на удачу...

Цыганка сунула мне в руку какую-то ржавую монету.

— Прекрасно! — съязвил босс. — Медяк на сдачу... Анель, некогда ерундой заниматься. Пойдём... Филипп Борисович приобнял меня за плечи и повёл за собой, иронизируя над моей доверчивостью.

— Мда-а-а... У беременных точно всё благоразумие испаряется без следа, — фыркнул начальник.

— Да что вы привязались к моей беременности? — вспылила я. — И отцепитесь!.. Без вас дойду.

— Да пожалуйста!.. — босс резко отодвинулся, словно я в него кипятком брызнула, и зашагал впереди меня.

Пришлось пытаться поспевать за ним. Но босс был не отягощён бременем живота, так что шёл очень быстро. Филипп Борисович удалялся горделивой походкой хищника.

Я перевела дух, остановившись у небольшого фонтана в парке. Монетка жгла мне пальцы. Я подставила пальцы под прохладную струю воды и отёрла горевшее лицо.

— Догоняйте, Анель!.. Рабочая неделя моей беременной секретарши ещё не закончилась! — раздался голос босса далеко впереди.

«Да чтоб ты на себе испытал, каково это, быть беременной!» — в сердцах подумала я.

И только секунду спустя поняла, что цыганская монетка выскользнула из пальцев в фонтан...



Анель

Я всегда любила спать на животе.

Когда животик начал расти, спать на животе стало неудобно. Подушка для беременных мне только мешала, я не могла уснуть, лёжа на ней. Так что приходилось во сне перекатываться то с бока на бок, то на спину.

Но сегодня впервые за несколько месяцев я спала на животе и блаженствовала...

Какой кайф!..

Я уже почти проснулась, лениво подумав: наверняка, мне просто снится, что я сплю на животе. Но какой же, чёрт побери, приятный сон!..

Я потянулась всем телом, чувствуя необыкновенную лёгкость. Рано обрадовалась. Дискомфорт, всё- таки был. Создавалось впечатление, что я спала на чём-то твёрдом. Наверное, я просто уснула с пультом от телевизора. И именно он сейчас лежит подо мной, причиняя неудобства.

Я села на кровати и потянулась. Осмотрела комнат}’ одним глазом, второй ещё никак не хотел открываться. Босса в комнате не было. Наверняка он уже охраняет ванную комнат}'. Интересно, ему полегчало?.. Может, дать ему таблеточку?

Я-то вооружена на все случаи жизни, а он, бедолага, мучается. Конечно, он за дело мучается, но всё равно жаль мужика. Отощает ещё больше, а босс и без того — сухой и жилистый, поджарый, как гончая.