Год, когда я всему говорила ДА. Идти по жизни, танцуя, держаться солнечной стороны и остаться собой
Часть 11 из 18 Информация о книге
клавиатурой, пока я была в «Сиэтл Грейс» или «Поуп и партнеры», пока я укладывала рельсы и ощущала в мозгу тот самый гул – я была в порядке. Я была счастлива. Я старалась внушать себе мысль о том, что моя жизнь идеальна. И пыталась не слишком о ней задумываться. Я ходила в офис. Я много работала. Возвращалась домой. Проводила время с детьми. Проводила время с мужчиной, с которым встречалась. Спала. И все. На публике я улыбалась. Много. Я УЖАСНО много улыбалась. И занималась тем, что называю «спортивным трепом». «Спортивный треп» – это то, что происходит во всех интервью, которые берут сразу после спортивных событий и транслируют по ТВ. После матча по боксу или игры НБА. После того как Серена Уильямс бьет какой -нибудь рекорд в теннисе. После олимпийского плавания. Хороший «спортивный треп» – это когда спортсменка появляется перед прессой и продолжает улыбаться, а голос ее звучит безлико и приятно, пока она умело ловит один репортерский вопрос за другим, ни разу не сказав ничего противоречивого или существенного. Мой любимый «спортивный трепач» всех времен – Майкл Джордан. Он стоит перед камерой, возвышаясь башней над каким-нибудь крошкой-репортером, заработав 5635 очков в одной игре. Пот струится с его лба. – Я просто счастлив, что играю в эту игру, в баскетбол, – улыбаясь, говорит он. Но, Майкл, как вы относитесь к голоду, политике, женской НБА, комиксам, белью от Hanes, тако, чему угодно? – Я счастлив заниматься тем, что я делаю для своего баскетбольного клуба. «Буллс» – мой дом, – приятно усмехается он. А потом неторопливо шествует прочь. Предположительно – в раздевалку, где перестает быть хорошим «спортивным трепачом» и начинает быть ЛИЧНОСТЬЮ. В тот год я была хорошим «спортивным трепачом». «Я просто счастлива работать на ABC». «Это не мое дело – сомневаться насчет своего временного интервала. Моя работа – делать программы». 18 «Я горжусь тем, что являюсь частью команды ABC». «Я с радостью делаю для нашей сети то, что я делаю. ABC – мой дом». «Я просто счастлива играть в ба… в смысле писать для TV». И это было правдой. Я была и счастлива, и горда, и рада. Мне действительно нравилось ABC. (И до сих пор нравится. Привет, ABC!) Так же как, я уверена, Майклу нравятся «Буллс». Но этот «спортивный треп» не имеет никакого отношения к любви. Она имеет отношение к сидению в кладовке. К захлопнутой двери. К словам о Никсоне, доносящимся снаружи. К руке, протянутой в световую щель только для того, чтобы передать наружу горошек, кукурузу или ямс. Дать людям то, что им нужно. А потом снова закрыть эту дверь. Любые свои настоящие составляющие, все реальное, все человечное, все честное я держала при себе. Я была очень хорошей девочкой. Я делала все то, что нужно было от меня окружающим. И в конце каждого дня, словно в награду, я наливала себе бокал красного вина. Красное вино было радостью в Шондалэнде. Да-да-да. Когда-то я была очень счастливым человеком. Живым человеком. Пусть стеснительным и замкнутым, но с шумной, веселой толпой друзей. С некоторыми из них я дружила с самого колледжа, и когда они находились рядом со мной, я становилась танцующей на столах Шондой, внезапно едущей на машине в Новый Орлеан Шондой, вечно что-то замышляющей Шондой. И куда она подевалась? Мне было не на что свалить свое несчастье. В кои-то веки рассказчице оказалось нечего рассказать. Я понятия не имела, почему я несчастна. Не существовало никакого конкретного момента или причины, в которые можно было бы ткнуть пальцем. Я знала только, что это правда. Чем бы ни была та искра, которая делает каждого из нас живым и уникальным, но моя исчезла. Украдена, как картины со стен. Мерцающее пламя, ответственное за освещение меня изнутри, моя свеча оказалась задута. Я была заперта. Я была утомлена. Я была напугана. Маленькая. Тихая. Жизни моих персонажей стали невообразимо огромными. Люди во всем мире знали Мередит и Оливию. В то же время моя жизнь настолько лишилась красок и восторга, что я едва могла ее разглядеть. Почему? Ты никогда ничему не говоришь «да». Именно так. Я отставила вино и легла на диван. И по-настоящему задумалась об этих шести словах. Ты никогда ничему не говоришь «да». Может быть, пришла пора начать говорить «да»? Может быть. 3 Эм-м, да?..