Путеводная звезда. Том III (СИ)

Пытаясь перекричать Илону, которую на песке арены все еще грыз искалеченный цербер. Она все еще была жива, и у нее даже хватало сил на крик. Из-за этого нам с Валерой было не очень удобно общаться. 
— Что я такого непонятного сказал? Мы сейчас летим в Кафедрал, — махнул я рукой туда, где он предположительно находился, — выходим в истинный мир, после этого рулим в Родезию, откуда мне как можно быстрее нужно связаться с Ольгой. 
— А детали? Зачем это все?
— По дороге расскажу. 
— А сейчас, в пару слов?
— Это лишнее. 
— Ты мне не доверяешь?
— Доверяю, более чем. Просто ты сейчас начнешь кричать что это идиотизм, спорить со мной, возможно даже обзываться по-разному… но потом все равно согласишься. У меня просто голова так сильно болит, что даже глазами шевелить тяжело, не говоря уже о мыслях, и необходимости что-то вслух говорить…
— Так, стой. 
— Стою.
— Буквально двадцать часов назад ты сказал мне что?
— Что я сказал? Я много что сказал буквально двадцать часов назад.
— Ты сказал, если обобщать твою же речь, что прошло время необдуманных решений, и пора начать действовать как профессионалы. 
— Ну да, было такое. Просто игра вышла немного на другой уровень, и мы упускаем стратегическую инициативу… 
Илона закричала очень уж громко, из последних сил, заглушив мои последние слова.
— Мы ее даже теряем, — договаривая, повторил я, повышая голос. 
— Ясен-красен мы ее теряем, ее трехголовая адская собака жрет! — отреагировал Валера, который из-за крика Илоны видимо не все мои слова расслышал.
— Да не ее теряем, — глядя на дергающуюся под собачьей тушей Илону, покачал я отрицательно головой. 
— А кого?
— Стратегическую инициативу! Понимаешь, стратегия «Нас пинают — мы крепчаем» — это не выход. Так что переходим от оборонительной доктрины к наступательной, дальше действовать будем мы, и все такое прочее. 
— Куда действовать?
— Ты же знаешь, Валер, что такое стратегическая инициатива? И вместе с этим парнем, как его… Драго да? Вы с ним получили вы от Бергера именно поэтому. Потому что вы реагировали и решали проблемы по мере их поступления. И стратегическую инициативу потеряли. 
Илону, кстати, мы в этот момент тоже уже полностью потеряли — рычащий в ярости цербер уже грыз мертвое тело.
— Мы ее потеряли. Amen, — отреагировал я на завершение бренного пути Илоны Маевской. 
— Да ты говорил это уже. 
— Нет, мы ее потеряли, — показал я на Илону. — И его потеряли, — в удивлении добавил я, глядя на цербера. 
Трехголовый пес тоже только что умер — сразу после Илоны. Оказывается, до этого момента он жил только на силе воле. Видимо, хозяйка ему так не нравилась, что пес даже умирать не стал до того момента, как ее с собой не забрал. 
— Все, в этой главе нашей сказки все плохие умерли, добро победило, — резюмировал я. 
— А судьи кто? — не упустил возможность снова уколоть меня Валера. 
— Кто победил, тот и добро — какие судьи? Это же элементарно, Уотсон. Ладно, подожди пять секунд. 
Развернувшись, я подошел к капитану Риджалу. 
— Все вокруг обыскать, собрать все представляющее информационную и артефакторную ценность. Девушек и пленников эвакуировать в форпост Кафедрал. Постараться сделать все это как можно оперативнее, мне здесь не очень нравится. Прямой опасности не чувствую, но место нехорошее. Так, а где Чумба… 
Чумба обнаружился на другой стороне трибун. Пока я разговаривал с Валерой, мутант переместился на трибуну демонов, и сейчас расположился рядом с измененной девушкой.
— Воу! А это кто? — только заметил Валера Керриган. Она, кстати, во время появления костяных ящеров спряталась. А я этого даже не заметил — и так забот хватает. 
— Это пленница инферналов, она была ставкой демонов в первом поединке. 
— Ставкой?
— Валер, реально голова болит, глазами и мыслями тяжело шевелить. Потом все расскажу, ладно?
— Симулянт. 
— Честно болит все, — покачал я головой. — Капитан, можете вон ту… деву, — обернулся я к гуркху и показал на Керриган, — сюда переместить? 
 
Устал уже туда-сюда, как молодой, через арену бегать. 
Один из костяных ящеров по команде капитана Риджала взмыл в воздух, и Керриган совсем скоро оказалась рядом с нами. Вела она себя настороженно, как оказавшийся среди людей хищник. Но никакой агрессии вроде ни к кому пока не проявляла. 
— Ты меня понимаешь? — на русском поинтересовался я. Но вдруг заметил, с каким интересом она смотрит на мундиры гурхков — на которых были гербы Родезийского герцогства. 
— Ты меня понимаешь? — на английском повторил я.
— Понимаю, — на английском же ответила она. 
— Если ты не попытаешься причинить вред никому из моих людей, то и тебя никто не тронет. 
— Хорошо.
— Как тебя зовут?
— Сара. 
— Откуда ты?
— Кентербери. 
— Владеющая?
— Да.
— Школа Кентерберри?
— Да. 
— Одержимая?
— Нет.
— Давно тебя… изменили?
— Не знаю. Не помню. Дома сейчас лето?
— Весна. 
— Давно. 
— Видишь гуркха у дракона?
— Да. 
— Это капитан Риджал. Я сейчас уйду, останешься с ним. Чуть позже он перевезет тебя на мою базу. Как только новости о тебе доберутся до…. 
Тут я задумался. 
— Я могу сообщить о тебе в Кентербери. Это будет небыстро, пара дней как минимум. Или, могу сообщить о тебе Саманте, герцогине Родезийской. Это будет сегодня. 
— Саманте, — без раздумий ответила Сара «Керриган». 
Я немного удивился, как она сразу сделал выбор, но измененная девушка пояснила. 
— Мы знакомы. 
— Ясно. Оставайся с капитаном Риджалом, делай что он говорит, и скоро из Родезии к тебе отправятся люди, которые тебе помогут. 
— Хорошо. Спасибо. 
— Последний вопрос. Как считаешь, возможны ли у тебя приступы бесконтрольной ярости? Может тебя лучше обездвижить, пока не придет помощь?
— Не надо, я контролирую себя. 
— Хорошо. Надеюсь на это. 
Дойдя до Риджала, я оставил ему ворох последних ценных уточнений — как дальше действовать с Керриган, с амазонками, с трофеями и с пленными выжившими гостями, после чего направился к костяным ящерам. 
В Кафедрал мы вылетели на четырех драконах — я, Валера и Чумба с футляром от виолончели. Кроме того, с нами отправился один из гуркхов — и у него за спиной расположилось еще двое бойцов. Еще один гуркха рулил драконом Чумбы — чтобы, когда мы выйдем в истинный мир через Кафедрал, они вчетвером могли вернуть драконов на арену и использовать их для эвакуации амазонок и перевозки пленных гостей. 
У меня за спиной, как и у Валеры, летели сразу по две амазонки. Девушки, кстати, на удивление меня больше не боялись. Нет, я, конечно, чувствовал страх — но это был не направленный на мою персону страх, а просто страх от произошедшего, и происходящего. 
Удивило меня еще, что теперь основной эмоцией от феечек-амазонок я чувствовал восхищение. Вот уж не думал, что показательная и крайне жестокая казнь может вызвать подобные эмоции. Это ж как нужно было Илоне уметь ненависть других людей вызывать?
Кафедрала мы достигли очень быстро. И несмотря на относительную близость портала к арене, обнаружить нас думаю будет проблематично — храм, в котором не так давно едва не свершилось жертвоприношение Николетты Агилар, просто терялся среди огромного количества строений мертвого города. Да и летели мы к нему, передвигаясь больше по каньонам, не показываясь наверху на всеобщее обозрение. 
Амазонок оставили в Кафедрале, под опекой распоряжавшегося здесь Модеста, вместе с которым тут находился и Патрик «мне на всех насрать» О’Брайан. Выводить девушек в истинный мир я решил позже — сначала надо всех собрать, а потом решить, что вообще с ними делать, так чтобы информация на сторону не ушла. 
 
Гостей вечера, которые выжили во время бойни, я и вовсе решил в Кафедрале надолго оставить, и поручил их Патрику, вместе с заданием оборудовать здесь загон-тюрьму, после чего собрать максимум сведений о том, кто мне попался. Патрик выслушал мои указания, и без возражений принял к выполнению. Он, кстати, нахождению в ином мире совершенно не удивлялся — как будто для него подобное в порядке вещей.