Шакалы пустыни (СИ)
Катрин постаралась на рубашку нанимательницы больше не смотреть. Все люди разные, многое можно и должно понимать-прощать, мы и сами не идеальны, но принципиальная интимная мохнатость, это...
Заключенная Кольт немедленно взяла себя в руки - ненужные настроения отогнать, пауза выдержана, продолжаем игру:
- Значит, экспедиция. Уже понятнее. Что ж, к сотрудничеству я готова, поскольку сидеть здесь скучновато. С интересом вас выслушаю. Далека от мысли проявлять излишнее любопытство, выспрашивать детали и координаты, но нельзя ли предварительно обрисовать самую общую ситуацию? Предполагаемые сроки, исторический период, степень риска, бонусы.
- Бонус один - условно-досрочное освобождение. Остальное вообще не должно вас волновать, не так ли, мадам Кольт? - немедля наехала тетка. - Вы уже дали предварительное согласие.
- Я дала согласие поработать по знакомой специальности. В обмен на немедленное освобождение. Но я, все же, какой-никакой специалист узкого профиля, а не просто идиотка, - пояснила заключенная. - Экспедиции случаются разные, иные и в год-два не уложатся, да и риск здоровью в них неоправданный. Уж проще поскучать в тюрьме, не так уж тут и плохо.
- Наслышаны, - мерзко улыбнулась поганая тетка. - Так выбирайте поживее. Вы в проекте или скучаете здесь?
- Так из чего выбирать? Может, вы меня на оборону Вердена вербуете? Грязь, насекомые, повальный сифилис и фурункулез, а потом прилетит крупнокалиберный <чемодан> и радикально подытожит мою экспедицию. Или вообще в какое-то малоприятное радиоактивное место посчитаете нужным загнать. Кому я буду нужна лысая и облезлая? Нет, тогда уж лучше <чемодан>. А еще лучше гарантированный тюремный обед.
- Минутку, здесь разумнее все же уточнить, - решил высокий очкарик. - Никаких глобальных войн. Милитаризм нам глубоко чужд. Речь вообще не идет о военной экспедиции, с чего у вас возникла подобная странная версия? Естественно, предлагается не вояж на курорт, но непосредственное участие в боевых действиях абсолютно исключено. Война бурлит в отдалении, мы преследуем сугубо мирные, научные, исторические и археологические цели. Говоря очень условно - спасаем культурные ценности. Вам будет чем гордится. Кроме того, я и эти господа возглавляем экспедицию лично и мы абсолютно не заинтересованы в посещение радиоактивных и иных нездоровых мест.
- Вот это обнадеживает, - согласилась вербуемая. - Но сроки?
- Месяц, максимум два. Археология не терпит суеты, но на более долгий срок не приходится рассчитывать по соображениям технического, финансового и иного обеспечения, - пояснил очкастый научный руководитель.
- Стоп! Вы слишком много рассказываете этой особе, - предостерегла особо засекреченная тетка. - Мадам Кольт едва ли заслуживает нашего доверия. По-крайней мере, на данную минуту.
Катрин посмотрела на гостью ласково и воодушевленно подтвердила:
- Да, давайте-ка к сути дела. Если речь о поисках клада, археологического или иного, то не могу ли я рассчитывать на долю в прибыли? Чисто символически, одну десятитысячную или что-то вроде? В качестве сувенира?
- Боюсь, об этом речь не может идти в принципе, - улыбнулся высокий визитер. - Эта часть проекта уже полностью урегулирована и распланирована. У нас достаточно продуманное предприятие.
- Понятно. Спросила исключительно на удачу, на сногсшибательное обогащение не претендую. Но если предприятие уже полностью просчитано, то к чему внезапное участие в нем моей скромной и сомнительной персоны? Поясните. Можно без подробностей, схематично.
- У вас, мадам Кольт, есть определенный опыт совершенно иных экспедиций. То, что вы делали для Британии - авантюрно, неоправданно рискованно и абсолютно неприемлемо для нас. Мы исповедуем иные принципы, сугубо научные, гуманные и основанные на строгом предварительном планировании. И все же мы посчитали нужным иметь в команде человека с опытом действий иного типа. На случай внезапных сложностей и форс-мажорных обстоятельств. Быть их не должно, но лучше застраховаться. Кроме того, вы имеете некоторый опыт в обращении с лошадьми и гужевым транспортом, что тоже будет весьма уместно, - осторожно сформулировал долговязый научник.
- Именно с лошадьми, но не «в команде»! - немедленно подчеркнула тетка. - Кольт, вы можете быть временно прикомандированы к составу экспедиции, но на совершенно отдельных, ограниченных условиях. Не забывайте - вы осуждены и находитесь на правах заключенной. Мы об этом не собираемся забывать.
- Гм, не совсем понимаю, как это должно выглядеть на практике, - засомневалась Катрин. - Тюряга тоже с нами двинется? Или я вас прямо отсюда по интернету буду консультировать?
Баба некрасиво скрестила ноги в замечательно добротных, но абсолютно неуместных в просторном и хорошо обставленном кабинете, полевых ботинках.
- Считаете себя очень остроумной, мадам Кольт? Избавьте нас от сомнительных шуточек. Сейчас от вас требуется абсолютная серьезность и однозначное, ответственное решение. С вами уже беседовали, условия вы знаете. С юридической точки зрения ситуация нестандартна, но имеется возможность оформить ее в виде выхода под залог с возможностью дальнейшего условно-досрочного освобождения.
- Да, мне намекали, - согласилась Катрин. - Но я беседовала с совершенно иными людьми, в другом месте и тогда все звучало чрезвычайно туманно. Согласитесь, просить уточнений в моей непростой ситуации вполне разумно. Откровенно говоря, меня волнует основное - по возвращении я таки выхожу из тюрьмы или нет? Можно на этот вопрос услышать однозначный ответ?
Тетка и высокий умник переглянулись. Третий член вербовочной команды помалкивал и вообще выглядел глубоко отсутствующим. То ли вообще не имеет права голоса: то ли наоборот. Возможно, окончательное решение именно за ним. Довольно крупный мужчина, уже за сорок, судя по фигуре и манере сидеть - из служивых. Мордой на кабинетного ученого вообще не похож. Начальник экспедиционной службы безопасности? Или босс, играющий в <меня здесь нет>? Разгадки пока не предвиделось, приходилось думать о достоинствах прозрачного стола, позволяющих отслеживать малейшие движения эмансипированной трекинговой обуви, начищенных мужских туфель и о собственной легковесности как заведомо слабейшей стороны переговоров.
Катрин решительно кашлянула и резко изменила направление контратаки:
- Короче, господа археологи. Вы сейчас говорите <да, мадам Кольт, по выполнению контракта вы выходите на свободу>, мы подписываем упомянутый контракт и я в полном вашем распоряжении. С дисциплиной я знакома, вполне исполнительна, в еде нетребовательна, вынослива, можете не сомневаться. Из дополнительных условий: кормежка за счет нанимателя и никаких сексуальных домогательств! Последнего не выношу физически, вдосье это наверняка отдельно упомянуто.
- Какие еще домогательства?! - ахнула тетка. - Что за дичайшие предположения?! Вам предлагают принять участие в работе научного сообщества, вы даже не представляете, сколь известные и достойные ученые зачислены в состав экспедиции, сколько труда вложено в техническую подготовку! Это серьезнейший проект современности! Все мужчины, участники экспедиции, образованы, прекрасно воспитаны, чужды любым проявлениям сексизма, это я могу гарантировать:
- Это я так упомянула, для порядка, - сообщила заключенная, разглядывая кольца на своих пальцах. - Хотя скрывать не буду: мне очень нужно на свободу. Если для этого необходимо временно перешагнуть определенные моральные принципы, я готова. Но секс для меня - свобода самовыражения, работать в этой области не получается. Я вполне понятно выражаюсь?
- Вы: - мадам «якобы археолог» поперхнулась. - Что за чудовищное... Вас же не в проститутки нанимают!
- Приятно слышать. Давайте подписывать?
Наниматели смотрели на зеленоглазую, почти до вульгарности яркую, невыносимо самонадеянную особу и размышляли о ее беспредельной глупости.
Катрин думала примерно о том же, хотя критический объем недомыслия надеялась равновесно поделить с присутствующими. Вербовщик обязан знать об объекте абсолютно все, а не частичное <она работала там-то и, кажется, на тех-то>. В свое время Катрин пришлось присутствовать на сотнях допросов, причем оказываться по обе стороны стола. Неоценимый опыт при собеседованиях. Но в принципе правы гости - сама в петлю лезет, лохушка хвастливая. А что делать? Очень нужно на свободу, причем, вполне легальную и уныло-законную.