Игра короля

– Вы с Верикой успели подружиться, – заметила Рина.
– Да, дети меня, как ни странно, любят, – усмехнулся я.
Я, правда, нечасто с ними сталкивался, но иногда приходилось.
– Значит, чувствуют в тебе хорошего человека.
– Во мне? – Не сумел сдержать смеха. – Прости, Рина, но здесь ты ошибаешься. Кого-кого, а меня уж точно хорошим человеком назвать нельзя.
– Почему? – спокойно поинтересовалась она.
– Есть причины.
– Удивительно, я пока их не заметила. Да, у тебя несколько… эксцентричный характер, но и только.
Я уставился на Рину. Эксцентричный? Можно и так сказать, конечно, но за последние дни моя спутница видела достаточно, чтобы понять – я не тот человек, которого можно назвать хорошим. Впрочем, я не торопился рассеивать её заблуждения. Мы с ней еще не доиграли партию, начатую в доме губернатора. Вот только рассматривать Рину как объект для тренировки своего обаяния становилось все сложнее. Не хотелось её обижать. Она была доброй, в ней чувствовался внутренний стержень. Я всегда уважал таких. И сейчас тоже проникся уважением, но внутри все-таки тлел огонек желания – покорить, переиграть. Голос разума твердил, что это не мое желание. Сам я слегка утомился после наших последних приключений. Но в том-то и дело, что окончательно отделить свои желания от поползновений демона я не мог. А демон вел себя подозрительно тихо после того, как пала печать. Что-то уже задумал?
Я закусил губу.
– О чем ты думаешь? – тут же заметила Рина.
– Да так, о всяких мелочах.
Ничего от неё не скроешь! Моя спутница стала излишне проницательной. И мне это не нравилось.
– Слушай, раз уж нам нечем заняться… Том начал учить меня альзеанскому. Может, продолжим?
Почему нет? Все какое-то развлечение.
– Хорошо, – сказал я. – Только вынимай устройство из уха, оно будет мешать.
– Чем? – Рину было не так просто провести.
– Ну, ты же будешь сразу слышать перевод. Это собьет тебя с толку. Давай же!
Она посомневалась мгновение – и на ладони оказался уже знакомый шарик.
– А знаешь, я так мечтаю его разобрать, – сказала мне.
– Разобрать? Зачем? – Не сразу понял, что она имеет в виду.
– Как это? Взглянуть, что там внутри. Это же так интересно.
И взгляд Рины зажегся знакомым огнем. Я сам бывал таким, когда затевал очередную многоходовую стратегию и пытался вычислить, к чему она приведет. Видимо, у Рины была своя страсть, и сейчас эта страсть покоилась на девичьей ладошке.
– Вернемся в Виардани, разберешь, – сказал ей. – Будет скверно, если ты вдруг останешься без переводчика.
– Да, ты прав, – украдкой вздохнула Рина. – Ладно, давай начнем урок.
– Хорошо.
Что бы ей сказать.
– Я люблю тебя, – произнес по-альзеански.
Рина старательно повторила фразу.
– Еще раз, – потребовал я, наслаждаясь словами. Моя ученица пыталась уловить каждый звук.
– Что это значит? – спросила она.
– Повтори еще раз, тогда скажу.
Рина нахохлилась и стала похожа на синицу, одну из тех, что обычно кружили в дворцовом парке. Но – повторила.
– Ты только что трижды призналась мне в любви, – рассмеялся я и тут же пригнулся, увернувшись от удара негодующей Рины. Она промахнулась, пошатнулась – и рухнула в мои объятия.
– Ден!
– Что? – Снова усадил её рядом. – Ладно, говори сама фразу, а я буду переводить её на альзеанский.
Развлекались мы долго. Это оказалось забавно и занятно – вот так перебрасываться фразами. Рина раскраснелась от удовольствия – язык давался ей легко и свободно.
– Видишь, есть толк от переводчика, – говорила она. – Многие слова я уже запомнила, когда им пользовалась. И само построение фраз, предложений. Так, пока доедем до столицы, я буду уже сносно говорить по-альзеански.
Я был с ней согласен – получалось и правда хорошо. Поэтому и учеба нам обоим была в радость. Мы остановились лишь пару раз, чтобы перекусить, затем я забрался на козлы, а Рину оставил на попечение Тома, хотя она и тут боролась за равноправие, чтобы мы дали ей управлять экипажем. Конечно, мы не согласились. Не та погода – ясный зимний день внезапно завьюжил. Легкие снежинки засыпали волосы. Я начал скучать по побитому молью берету, который почил в доме губернатора. Главное, чтобы краска не слезла с волос.
 
– Давай, лучше я, – окликнул меня Том.
Для него управление экипажем действительно казалось привычнее, и он угадывал дорогу, которую я мог потерять. Поэтому я оставил лошадей на него, а сам перебрался к Рине.
– Погода портится, – сказал ей, отряхиваясь от снега. – Как бы нас совсем не замело.
– Замерз? – Она засуетилась, доставая откуда-то из-под сидений одеяла, о существовании которых я и не знал. – Держи, грейся скорее.
– Боюсь, спасет меня только человеческое тепло.
Я, конечно, шутил, но Рина восприняла шутку всерьез. Стащила с меня промокший плащ, села рядом и укутала нас обоих одеялом. По телу медленно разливалось тепло. Странное ощущение, непривычное. Я ловил его и спрашивал себя, откуда оно взялось. Но позволил себе расслабиться и закрыть глаза, опустил голову на плечо Рины и почти уплыл в дрему, когда услышал голос Тома, забравшегося внутрь:
– Метель усиливается. Впереди деревня. Может, рискнем?
– Уже раз рискнули, – ответила Рина. – Оказались в рабстве.
– Ты знаешь, что это за деревушка? – спросил я.
– Понятия не имею. В этих местах бывал редко, – признал тот. – Но дорогу замело, застрянем где-нибудь в поле. Да и мороз становится все крепче.
– Хорошо, – принял решение. – Попробуем остановиться в деревне и переждать метель. Том, выбери на глаз самый приличный дом.
Тот кивнул и поспешил обратно. Вскоре в окно сквозь белую пелену стали видны сияющие окошки домов. Видно, деревня была достаточно большая. Если снова здесь обитают работорговцы, клянусь, спущу на них демона. Том остановил у самого большого дома.
– Договариваться пойду сам, – сказал я спутникам. – Вы пока обождите.
Постучал. Ответили не сразу.
– Кто там в такую погоду? – раздался мужской голос.
– Путники. Дорогу замело, не проехать. Боимся, застрянем где-нибудь в поле. Не пустите на ночлег? Мы заплатим. И документы у нас в порядке, – тут же добавил я.
– Что ж, входите.
Дверь распахнулась, и я увидел крепкого еще старика в теплом халате. Махнул рукой Рине и Тому, подзывая к себе. Старик уже рассказывал Тому, где можно поставить лошадей, а мы с Риной ожидали в небольших сенях.
– Что встали? Идите в дом, – сурово приказал старик. – Я – староста этой деревни. Можете звать меня дед Кирин.
– Я Ден, это Рина и Том, – представил я спутников. – Спасибо за гостеприимство.
– Было бы, за что. Наша деревня стоит у самого тракта, часто кто-то останавливается. Вешайте плащи вот сюда, да, – указал на старую вешалку с облупленной краской. – Так вот, о чем это я? Говорю, замело надолго. Если повезет, завтра к обеду уляжется. Кто ж в экипаже в такую погоду ездит?
– А есть выбор? – развел я руками.
– Сани.
– Увы, их у нас нет.
В Виардани саней и вовсе не было. Были заклинания, которые накладывали на колеса, чтобы уберечь от непогоды – грязи и снега.
– Садитесь к огню, – командовал Кирин. – Эх, бродяги. Куда путь держите?
– В столицу, – ответил я. – Долго отсюда ехать?
– Если повезет с погодой, около суток с небольшим. Похлебку будете? Разогрею.
– Я вам помогу, – подскочила Рина, уже успевшая устроиться у камина.
– Сиди, дочка. Я сам еще не так стар.
Рина послушалась. Том фыркал, пытаясь избавиться от снега в волосах, который медленно таял, делая рыжего Тома похожим на ежа. А с маленькой кухоньки, которую я видел в приоткрытую дверь, уже тянуло похлебкой. Желудок тут же напомнил, что горячая еда еще никому не повредила. Захотелось зажмуриться и довериться теплу, окружавшему меня. Почувствовал, как теплые пальцы Рины сжали мою ладонь.
– Уютно, да? – прошептала она.
– Да, – согласился я. И правда, было уютно. Захотелось расслабиться, забыть о том, кто я и где. Но вокруг по-прежнему оставалась вражеская страна, а мне надо было сдержать данное Тому слово – помочь ему встретиться с отцом и решить проблемы с братьями. А я привык выполнять данные обещания.