Тюремщик

– Значит, прятал в другом месте. Собирайтесь, госпожа Делкотт, вы поедете с нами.
Я готова была ехать куда угодно, лишь бы узнать, в чем обвиняют Джесси! Быстро переобулась, накинула шаль – ночь была прохладной, и поспешила за полицейским, который до сих пор не представился. Меня усадили в черный экипаж с тусклыми фонарями, один вид которого внушал ужас жителям столицы, и заскрипели колеса. Я смотрела на своего палача и чувствовала, как по щекам катятся слезы. Джесси, во что же ты влип? Разве не ты обещал мне, что будешь осторожен и не станешь участвовать ни в чем противозаконном? О, боги!
– Ваши слезы никому не помогут, – снизошел до меня полицейский.
– Хотя бы скажите, в чем его обвиняют? Он с кем-то подрался? Убил?
– В измене короне, – произнес тот страшные слова, и я замерла, чувствуя, как из тела уходит жизнь. Измена короне… Значит, шанса на спасение нет. Даже если мой брат трижды невиновен, его не отпустят. Прости, мамочка, я его не уберегла!
А экипаж остановился у большого черного здания, в котором располагался отдел дознания. Я ступила на землю, и меня повели к боковому входу. Передали с рук на руки другим полицейским, а те – третьим. И, наконец, ввели в маленькую душную комнатушку, куда не проникало ни глотка воздуха.
За столом сидел мужчина средних лет. Перед ним был чистый лист бумаги и магическое перо. Я слышала о таких, но никогда не видела, однако сразу догадалась, что это оно, по особой голубой полоске, отличавшей все магические изобретения в Аригане.
– Старший следователь Гатрас, – представился тот. – Госпожа Розалин Делкотт, я полагаю?
– Да, – ответила тихо.
– Госпожа Делкотт, советую вам быть предельно откровенной. Тогда у вас будет шанс спастись. Скажите, вы знали, что ваш брат, Джейсон Делкотт, участвует в заговоре против короля?
– Нет, что вы! – поторопилась заверить его. – Это какая-то ошибка. Зачем Джесси участвовать в заговоре? Он добропорядочный житель Ариганы, учится в университете. Ему всего двадцать! Какой из него заговорщик?
– Это уже не ваше дело. Не находили ли вы дома листовок? Странных писем?
– Нет.
– Приходили ли к Джейсону друзья?
– Нет, все его друзья учились с ним в университете, у нас дома никто не бывал.
– Так и запишем, – скомандовал следователь перу, и оно само принялось выводить буквы на бумаге. – Проверить студентов университета.
– Я ведь не говорила, что они могут быть замешаны в заговоре! – воскликнула в ужасе. А вдруг еще кого-то арестуют?
– Мы их проверим, госпожа, – холодно ответил следователь Гатрас. – Остальное не ваша забота. Расскажите, когда вы видели брата в последний раз?
– В прошлое воскресенье. Он приезжает ко мне всего раз в неделю, в субботу вечером, и в воскресенье возвращается в общежитие. Прошу, скажите, неужели его правда обвиняют в заговоре?
– Да, – смилостивился Гатрас. – Есть свидетели, которые слышали, как ваш брат обсуждал необходимость переворота в стране.
– Это всего лишь юношеская блажь! Поверьте, Джесси бы никогда…
– Молчать! – рявкнул следователь. – Придержите язык, юная госпожа, иначе окажетесь в тюрьме вместе с вашим братом. Доказательств его вины хватает. Уверен, их станет только больше, когда мы узнаем о результатах обыска в комнате общежития и допроса его соседей и однокурсников. Джейсон называл какие-то имена?
– Все мы говорим о своих друзьях и знакомых. Разве это преступление? – не сдавалась я.
– Конечно, нет, госпожа, пока речь не идет о безопасности короля. Так что я советую вам хорошенько подумать и сотрудничать со мной. Тогда будет шанс, что вы покинете эти гостеприимные стены свободной женщиной.
– Я не совершала никаких преступлений! – выкрикнула ему в лицо.
– Вполне вероятно. Следствие разберется. А теперь вернемся к моему вопросу. Имена, места. Любые зацепки.
– Я ничего не знаю, – опустила голову. – Джейсон невиновен.
– Глупо. Очень глупо, госпожа Делкотт. Вы можете попасть в тюрьму следом за братом. А если мы вскроем масштабный заговор, то вы можете отправиться в Атеррас. Там есть особый этаж для заговорщиков. Поверьте, это очень, очень жуткое место, особенно для юной девушки вроде вас. Твари, которые живут в тюрьме, будут мучить вас денно и нощно. Вы это понимаете?
 
Меня трясло. Я тихо всхлипнула.
– Джейсон невиновен, – твердила, как заклинание.
– Что ж, пока что с вас мало толка, – поморщился следователь. – Эту ночь вы проведете в камере, а дальнейшее будет зависеть от вашего благоразумия.
Гатрас позвал помощников, и они повели меня прочь по полутемным коридорам на нижние этажи. Да, именно здесь держали подозреваемых в преступлениях – прямо под отделом дознания. Но страх отступил. Будто внутри все вымерло, и теперь я не знала, существую ли на самом деле, дышу ли, или, может, умерла. Хотелось только одного: увидеть брата. Сказать, что я с ним и буду на его стороне, что бы ни случилось. Я не верила в его вину. Но даже если он действительно участвовал в заговоре, мне все равно. Это не меняет того, что Джесси – мой брат. Он останется для меня самым родным.
В камере я была одна. Здесь была холодная лежанка и зловонная дыра в полу. Я села на лежанку и обхватила голову руками. Так и сидела час за часом. Время будто остановилось. Ничего не происходило, не было ни шороха, ни звука. Один раз где-то прошелестели шаги, но они быстро стихли, и пытка тишиной продолжилась снова.
Интересно, уже рассвело? Окон в камере тоже не было. Где сейчас Джесси? Тоже где-то здесь? Как он? Вопросы, вопросы, вопросы. И никаких ответов. Я была близка к безумию. И когда распахнулась дверь, решила, что это видение, рожденное моим мозгом. Так странно…
На пороге появился один из дознавателей.
– Следуйте за мной, госпожа Делкотт, – проговорил он.
Я поднялась, не чувствуя ног, и только сейчас поняла, как замерзла. Дрожала вся: от макушки до пяток. Страх становился все сильнее с каждым шагом, который делала по длинному коридору. Но все рано или поздно заканчивается. Так и мой путь привел к лестнице, а затем – в уже знакомый кабинет, только следователь Гатрас был в нем не один. Рядом стоял незнакомый мужчина: высокий, темноволосый, с хищным выражением лица и острым взглядом зеленовато-болотных глаз. У него был острый нос и плотно сжатые тонкие губы. Мерзкий тип.
– Госпожа Делкотт? – спросил он звучно.
– Да, – тихо ответила я. Будто он не знал!
– Следователь Гатрас, оставьте нас. Я хочу побеседовать с девушкой наедине.
Я едва удержалась, чтобы не вцепиться в следователя, но это выглядело бы глупо: заключенная, умоляющая дознавателя остаться. Поэтому попыталась держать себя в руках. Гатрас вышел, незнакомец занял его место.
– Меня зовут Люциан, я являюсь первым советником его величества Дэвлета, – представился тот, и у меня сердце застучало где-то в пятках. Люциан? Еще бы, как я могла его узнать, если никогда не видела? Мы жили вдали от дворца, и мне было не до празднеств. Поэтому я много слышала об этом человеке, но не видела никогда.
– Не стоит бояться, – заметил тот. – Я не причиню вам вреда, всего лишь задам несколько вопросов. Ваша задача предельно проста: отвечать «да» или «нет». Ничего больше. Вы меня поняли?
– Да, – ответила я, чувствуя, будто меня касаются холодные щупальца.
– Ваше имя – Розалин Делкотт? – спросил первый советник.
– Да, – прозвучало, как эхо.
– Джейсон Делкотт – ваш брат?
– Да, – повторила снова.
– Скажите, вы знали об участии Джейсона в заговоре против короля?
– Он не заговорщик! – воспротивилась я, но Люциан меня перебил:
– Только «да» или «нет», госпожа.
– Нет.
– Вот и славно, – непонятно чему улыбнулся этот жуткий человек. – Произносил ли когда-нибудь в вашем присутствии Джейсон что-либо против его величества Дэвлета?
– Нет.
– Вы лжете, юная госпожа, – сказал Люциан, и я поняла: он читает меня! Каким-то образом распознает, лгу я или говорю правду. Страшный человек! И такой полезный для короля. Теперь понятно, почему Люциан так много лет стоит у трона.