И пришел Лесник! 3 (СИ)

— А это что у нас за овечка? Ты кто, кроха? — Лиана присела и стёрла грязь с лица девушки, загадочно появившейся рядом со мной. Девушка села и выплюнула землю, забившую ей рот.
— Сама ты, овца, — Лиана пошла красными пятнами, а её рука поползла к ножу на поясе. — Местная я. Люсьен меня зовут.
— Люсьен? — удивился я и погладил жену по руке. Лиана взяла себя в руки и спросила.
— В проститушной работала? — улыбнулась Наташа.
— У нас здесь салун, «Привал у погибшего рейдера» называется, только для респектабельных господ. Не знаю о чём ты, — Люсьен сделала вид, что не понимает фиолетовую девушку.
— А ну-ну, гейша значит. Из Чертаново, — заржала Наташа.
— Отстаньте от неё. Ты как, Люсьен оказалась возле меня? — спросил я хрупкую шатенку.
— Меня взрывом оглушило. А так я с самого начала пряталась там у стены, — показала она пальцем на кучу дров, некогда бывших элитным салуном «Привалом у погибшего рейдера».
— А мы вот тебя там не видели.
— Ну правильно, дар у меня такой. Невидимость. Когда рубер напал на Гарика, повара нашего, я по стенке в невидимости пятилась к выходу. Под таким даром нельзя быстро передвигаться, — объяснила она.
— Сколько ты под ним можешь находиться? — спросил Бес.
— Пять минут где-то. Это если стоять, а если идти, то пару минут. Бежать уже не получается, сразу слетает.
— Всё равно неплохо. Можно подойти подслушать и также спокойно свалить, — я прокручивал, как смогу использовать Люсьен в разведке.
— Помогите что ли встать, ног чего-то не чувствую, — сказала Люсьен и протянула руку Гному. То ухватился и потянул Люсьен из грязи, она вскрикнула и схватилась за правую ногу ниже колена. Задрав штанину, я увидел открытый перелом, девушка морщилась от боли, но терпела и не закричала.
— Давай, Гном, к старцу её тащи.
 Глава 2 
 Люська 
— Стоит вам вылезти из броневика, как тут же случаются разрушения и трупы, молодой человек, — нравоучительно высказал мне папаша Кац.
— Папаша, ты обиделся никак? Опять на вы и молодой человек? Ладно, Изя, открывай клинику. Хоть две, я же пошутил. Только не плачь, когда мы рад-жемчужину найдём без тебя.
— Не надо угрожать Изе Кацу! — он резко помахал перед моим лицом указательным пальцем. — Про клинику я просто сказал… не подумавши.
— Ой! Это надо записать. Старичок впервые признался в оплошности, — Лиана засуетилась в поисках блокнота.
— Может, вы уже завяжете трепаться? Здесь человек с открытым переломом ноги мучается, — подала голос Люсьен.
— С чем? — не расслышала Наташа. — Здесь мучились люди и без ноги, и без руки. Подождёшь.
— Старичок, ну ты то хоть… — жалобно пропищала Люсьен, обращаясь к Кацу.
— Да, да, — знахарь положил ей ладонь на лоб, и девушка отключилась. Затем занялся её ногой, вправляя кость.
— Жень, ты чего? — уставилась на меня Лиана. — Оставить её решил? О даре выспрашивал.
— Едкая она, или как модно сейчас, токсичная, — поддакнула Наташа.
— Да просто обычная блядь! — не удержалась Лиана. — Нам что своих не хватает?
— Ну ты это, подруга… — одёрнула её Наташа.
— Ну да, сорри. Наташ, смотри, как Гном возбудился! — и они заржали, уже вдвоём показывая всем на красного паренька. Он как раз с интересом рассматривал, как папаша Кац распорол девушке штанину до самого пояса.
— Тьфу, на вас.
— Дар дюже хорош, — сказал я.
— Ну она же проститутка, Жень. С таким даром её в рейды не возьмут, значит она на базе отъедалась. А здесь только блядство, без вариантов, — всплеснула руками Лиана.
— Так и есть, — подтвердил Бес. — Других вариантов для таких особ не существует.
— Ну и что? Она же человек, — вспомнил я замполита, который утверждал, что в СССР секса нет!
— Подумаешь невидимость, нам то она зачем? — спросила Наташа.
— А она сможет «это» в невидимости делать? — не унималась Лиана.
— Легко, — кивнул Бес.
— А ты откуда знаешь? — подозрительно посмотрела на него Наташа.
— Слышал… от друзей, — нашёлся Бес.
 
— Короче. Очнётся, поговорим. Вы правы, места у нас мало, броневик не резиновый, — согласился я.
— И всё-таки странно. На этот стаб вообще никто не нападал никогда. Я, имею в виду заражённых, — сказал Бес.
— Почему? — автоматически спросил я.
— Магазинов близко нет. Стронги здесь бывают наездами. За едой гоняют практически за пятьдесят километров. Свежаки сюда никогда не доходили, их обычно в том же кластере, где и магазин расстреливали. Элиты отродясь здесь никто не видел, да честно сказать и рубера здесь встречали по пальцам пересчитать. Так, шальной какой-нибудь забредёт. Она тоже самое скажет, когда очнётся, — уверенно сказал Бес.
— Тогда вдвойне странно, как эта компания сожрала весь стаб. Люди тоже не вчера в Улей попали.
— Загадка.
— Гном, пойдём прогуляемся, — я поманил пальцем паренька и вылез из броневика. — Кажется мне, что это не спроста всё.
— Что всё? — спросил Гном.
— Нападение это. Ты можешь вокруг лагеря пройтись, понюхать? А я тебя постерегу.
— Ты же пустой, Лесник. Как ты меня прикроешь?
— Ветками и камнями, чтобы твой труп сразу не нашли. Да ладно тебе не ссы. Мы с тобой ещё охранников возьмём, — я подозвал рейдеров, и растолковал им чего я хочу. Их старший сразу выделил нам две пары, которые следовали за нами в десяти метрах.
Гном вышел из ворот, через которые мы приехали и отойдя метров на двести стал кружиться на одном месте. Я стоял молча и ждал. Затем парень удалился в лес, походил между деревьями по устланному иголками ковру под ногами. В одном месте он присел и стал внимательно рассматривать что-то на земле. Затем мы обошли с ним забор стаба справа, вплоть до следующих ворот. Гном лёг на землю и принюхался, чуть не ползая на брюхе. И один раз даже попробовал иголку на вкус, облизав её. Так прошло полчаса и наконец он закончил.
— Ну, какие выводы? — я всё время молчал и не сказал ни слова.
— Отпусти их, — тихо сказал Гном.
— Ребята, спасибо. Мы дальше сами, — рейдеры кивнули и отправились к своим.
— Ты прав, Лесник. Всё сложно. Давай, я в машине расскажу, а то ехать надо до Брестской крепости, раз здесь остановиться не сможем. Сгорело всё.
— Туда долго?
— Если верить картам, то к полуночи доберёмся.
— Да, верно. Засиделись мы здесь.
Через десять минут колонна продолжила свой путь. В броневике пришла в себя Люсьен и теперь с удивлением рассматривала свою, почти зажившую ногу. За руль села Лиана, Гном сидел напротив меня.
— Давай, не томи. Что, ты там нашёл? — с нетерпением спросил я.
— На въезде было много следов. Там и наши танки, и БМП, и джипы проехали, но был ещё один автомобиль не из нашей колонны, — начал Гном.
— Мало ли машин проехало сегодня или вчера здесь, — перебил его Бес.
— Нет, этот автомобиль проехала часа за три до нас. И что самое интересное свернул в лес, проехал метров двести и остановился. Я был на том месте, со стаба там уже не просматривается местность. За стволами сосен не видно. Водитель вышел из машины и пошёл вокруг лагеря, но близко к забору не подходил. Вскоре к нему присоединились два элитника.
— Стоп. Гном, ты нормальный вообще? Они сожрали его? — спросила Лиана с водительского места.
— И почему ты решил, что это элита? — добавил Бес.
— Они не тронули его. Многочисленные следы говорят о том, что они стояли вместе ещё около часа, после чего следы элиты по дуге обогнули забор и выбили выездные ворота. Человеческие следы, скорее всего мужские так и остались стоять на месте. Минут через двадцать он вернулся к машине и проехал стаб насквозь и укатил дальше. Это было час назад. Элита не стала заходить в стаб, а только вынесла ворота. Куда устремились множество заражённых, среди них было два рубера.
— Ничего не понимаю, — сказала Наташа. — Элита, следы, мужик на машине.
— Люсьен, ты чего скажешь? — я глянул на неё.