Скандальный развод (СИ)

Меня раздирают сомнения. Звонить ему я не хочу. Но если не сделаю этого — мне конец.
— Просто подумай, кого ты ненавидишь больше, Марьян... Вадим не изменял тебе и не проворачивал аферу с твоим имуществом. Зато он может помочь расквитаться с Кириллом.
Последние слова подруги ложатся решающей гирькой на чашу весов.
Я вздыхаю и тянусь к мобильному, пока не передумала.
Пальцы трясутся, когда ищу его номер в телефонной книге. Каждый гудок ножом разрезает мои нервные соединения. Я по-глупому надеюсь, что после десятого нас рассоединит оператор, но получается не так.
После пятого гудка я слышу в трубке грубоватое:
— Слушаю.
Мне сходу хочется ляпнуть какую-то гадость, но я сдерживаюсь.
— Добрый день, Вадим. Вас беспокоит Марьяна Минаева.
— я умею читать с экрана, Марьяна. Я слушаю.
Он разговаривает привычно нагло, раньше вот на этом моменте началась бы наша очередная ссора, но теперь я должна быть деликатной. И благодарной. Этой скотине.
— Мирослава Багирова сказала, что я могу обратиться к вам со своей проблемой.
— Можешь.
Мое предложение начать заново и на вы Вадим игнорирует. А у меня уже весь язык искусан, так много ругательных слов я оставляю при себе.
— В эту пятницу в семь. Я свободен, можем встретиться и обсудить созданную тобой проблему.
Он специально подбирает слова так, чтобы бесить.
— Простите, но в семь я не могу, у меня.
— Сделай так, чтобы смочь. Мне удобно в пятницу.
Вадим не дает ни договорить, ни возмутиться. Скидывает первым, сославшись на занятость. Я же еще несколько секунд натурально давлюсь возмущением.
Смотрю широко открытыми глазами на Миру и дышу через такой же широко открытый рот.
— Он согласился? — подруга спрашивает аккуратно, а я заново учусь членораздельно разговаривать.
— Он. Он... Да он говнюк. Я его убью! — Взрываюсь, опуская взгляд на потухший экран телефона. Вот как можно быть таким наглым? Господи, как он вообще дожил ДО своих лет с таким характером?
— Не спеши. Сначала пусть он поможет тебе уничтожить Кирилла, а уж потом —убивай. Хотя мне кажется, тебе скорее захочется его расцеловать.
Взгляд Миры блестит озорством, на ее губах играет улыбка, а я еле сдерживаюсь, чтобы не перекреститься.
Чего в моей жизни точно не будет так это желания поцеловать этого мудака.
Вечером мне приходит сообщение с незнакомого номера:
«Добрый вечер, Марьяна. Вас беспокоит ассистентка Вадима Александровича
Титова. Хотела бы подтвердить с вами встречу. Пятница, 19:00, Рококо. Всё
верно?»
Преодолевая новую вспышку злости на сей раз из-за того, что этот гад перебросил общение со мной на какую-то ассистентку, я печатаю:
«Да, меня устроит».
Сложно поверить, что я это делаю.
Еще несколько дней назад я была счастливой невестой самого лучшего в мире мужчины, как тогда казалось. А теперь должна прогибаться под ненавистного мудака, чтобы ему отомстить.
  
Глава 6. Вадим
 
На самом деле, у меня свободен не только вечер пятницы, но готовность подстраиваться под мой график будем считать первым испытанием для госпожи Марьяны.
К её огромному сожалению, таких «испытаний» впереди будет много. Мои услуги стоят дорого.
Я тянусь за стаканом с водой и делаю глоток, бросая взгляд на циферблат на запястье. Госпожа Марьяна опаздывает на десять минут.
Будь у нас свидание — внимания не обратил бы, но у нас деловая встреча,поэтому.
Ставлю стакан на место, снимаю салфетку с колен и начинаю вставать.
Я так понимаю, её опоздание — это попытка прощупать границы дозволенной дерзости. Так вот, это уже переход. Дрессировать себя я не дам. Пусть ищет другого адвоката-самоубийцу, Удачи.
Застегиваю пиджак и начинаю обходить столик, когда приходится внезапно замереть.
Вижу Марьяну. Она зашла в ресторан и стоит рядом со стойкой администратора зала. Улыбается ему.
Мужчина берется её проводить. Я же наблюдаю.
Она выглядит сногсшибательно. Я, честно говоря, ожидал увидеть обливающуюся соплями и слезами забившую на себя брошенку в джинсах и безразмерном свитере. А она... Удивляет.
 
Поворачивается и идет к столику. Быстро находит меня взглядом, а я свой не собираюсь отводить.
Красивая она, конечно. Когда не орет и не желает сдохнуть — любоваться готов.
И если раньше словно через стекло смотрел, всё же женатый человек, не привык на чужих засматриваться, когда добровольно пообещал своей верность, то теперь стекла нет.
На ней — красивое облегающее изгибы черное платье. Далеко не скромное, но и вульгарным не назовешь. Вкус у девушки хороший. Правда в этом, может быть, не столько её заслуга, сколько просранных папкиных бабок, которых раньше было очень много.
На губах — красная помада. Волосы рассыпаны по плечам.
Осанка королевы, взглядом можно убивать. И она не против убить меня, я это понимаю, но мы оба знаем — пока позволить себе эту роскоши она не может.
— Спасибо, — Марьяна благодарит проводившего её администратора, и только когда тот отходит, снова смотрит на меня.
— Приветствую. Я уже решил, ты передумала.
Я протягиваю руку. Марьяна пусть не слишком радостно, но вкладывает в неё свою ладонь. Легкое сжатие и она свою выдергивает. Спасибо, о платье не вытирает.
Принцесса, мать его.
— Даме простительно опоздать на…
— Вопрос не в поле и времени, а в воспитании. Воспитанные дамы не опаздывают, как и джентельмены, — договорить я не даю, парирую. Во взгляде Марьяны загорается злость, но она ее гасит. И язычок прикусывает.
То то же. Так бы сразу.
Присесть помогаю ей уже я, она благодарит, конечно, но как то натянуто.
Вежливость между нами — напускная. А если честно, мы друг от друга не в восторге.
Марьяна просматривает меню. Я занимаю это время разглядыванием своей про боно клиентки с близкого расстояния. Ноздри щекочет сладкий аромат её духов.
Взгляд привлекают длинные ресницы.
— Ты что-то потерял и ищешь на мне? — долго Марьяна не выдерживает.
Откладывает меню и смотрит прямо, приподняв бровь.
Только изображает из себя самоуверенную стерву. Но я-то вижу, что декольте и шея покрываются красными пятнами.
Это мило. Не думал, что она способна смущаться из-за мужского внимания.
А еще отмечаю, что сама же осознала провальность своей затеи начать всё с чистого листа и разговаривать на вы. Когда по телефону это услышал — даже не поверил. Но нет. К вашему огромному сожалению, Марьяна Минаева, легко со мной не будет. Я злопамятный.
— Пытаюсь понять, как ты могла так про... ким... тупить.
Красивые губы плотно сжимаются. Ноздри наоборот — слегка трепещут.
— А ты никогда не ошибался? Ни в людях, ни в своих действиях? Если да —я с радостью запишусь на мастер-класс.
Конечно же, я ошибался и не раз. Чего стоит один только распавшийся брак.
Ответить мне особо нечего. Хмыкаю, продолжаю смотреть, теперь склонив голову:
— Когда открою его — маякну,
— Буду благодарна.
К нам приходит официант, ненадолго прерывая нашу мини-перепалку. Мы делаем заказ. К взаимному удивлению оказывается, что выбрали одно и то же. Дальше ждем еду. Марьяне наливают вино, она пригубляет…
Волнуется, бедняжка.
Раньше всегда вела себя со мной как с недостойным должником, теперь приходится просить.
Утолив первый аппетит, откладываю приборы и спрашиваю:
— Ты действительно выписала ему гендоверенность с правом отчуждения акций?
Прежде, чем ответить, Марьяна кривится и вздыхает. То же откладывает вилку с ножом и даже немного отодвигает тарелку. Кажется, я испортил ей аппетит.
Прости, крошка.
— Ты, конечно же, невысокого мнения обо мне, Вадим, но я не так тупа, как ты себе придумал.
— Не могу сказать, что сильно много думал о тебе в принципе. Только о том, как можно так зае... далбывать.
— Это называется целеустремленность.