Сокола видно по полёту (СИ)

— А кто пошлёт ворона? — спросила Лиза. Сейчас, когда за долгие годы кто-то взял решение проблем на себя, она чувствовала облегчение и некоторую растерянность.
— Я пошлю. И письмо сам напишу. Иди в постель, милая, тебе нужно отдохнуть.
Мадди помогла Роберту одеться, и Бриенна вынесла его во двор. Они сидели на скамейке, рассматривали в книжках картинки и обсуждали подвиги воинов, живших в Век Героев. Ещё когда Бриенна оговаривала с Лизой условия своей службы, то спросила, можно ли ей начать тренировать Роберта. На что та ответила, что если только сын сам изъявит желание, принуждать же его ни в коем случае не стоит. И теперь Бриенна исподволь, потихоньку пыталась вызвать у него интерес к тому, что нравилось всем мальчишкам вне зависимости, был ли это сын лорда или кузнеца — каждый день рассказывала ему о рыцарях и рыцарстве, о легендарных мечах, о турнирах, лошадях и сражениях.
— И ты осталась в седле последней? Из всех ста шестнадцати рыцарей? — с восторгом спрашивал Роберт после очередной истории.
— Да, — отвечала Бриенна и улыбалась.
— Ты сшибла одного рыцаря конём, а другому разбила шлем? И голыми руками вырвала топор у Рыцаря Цветов? — смеясь, спрашивал он.
— Ага, — смеялась она в ответ.
— И ты стала рыцарем Бриенной Синей? Почти как та королева-рыцарь?
— Не совсем, — сникала она. — Настоящим рыцарем я так и не стала…
К её сожалению, Роберт слушал внимательно, обсуждал с интересом, но сам брать в руки хотя бы тренировочный меч наотрез отказывался.
Исчезновение мейстера Колемона Роберт почти не заметил, а о том дне, когда Лиза кричала на Бриенну, ничего не помнил. Слугам было велено не произносить имя лекаря, а если юный лорд спросит, пояснить, что тот уехал.
Как только Роберт достаточно окреп, Бриенна начала его тормошить, понуждая двигаться. Для этого позвала Арью и Подрика, чтобы во что-нибудь поиграть всем вместе. Они начали со старой, известной всей ребятне Вестероса игры «Поймай меня», но от беготни Роберт быстро выдохся и устал. Затем стали играть в «Съешь меня», где бегать было не нужно. Бриенна называла вслух разные блюда и напитки, по очереди кидая лёгкий тренировочный щит игрокам, а они его ловили. Но если она неожиданно называла что-нибудь несъедобное, щит отбивали ладонью или кулаком и роняли на землю.
— Я — медовая сота! — сказала Бриенна, и Роберт поймал щит.
— Я — лошадиная подкова! — Подрик вскинул ладонь, и щит упал под ноги.
— Я — крепкий эль! — Арья ловко ухватила щит одной рукой. — Не рановато ли вам, леди Старк, элем баловаться? — шутливо пожурила Бриенна девочку, и на бледном лице той мелькнуло подобие улыбки.
Весёлая игра закончилась быстро и некрасиво, когда ход перешёл к Арье и она крикнула «Я — коровья лепёшка», бросив Роберту щит, который он с готовностью словил. Арья фыркнула и победно рассмеялась, а у лорда Долины приключилась истерика. Больше они не играли.
С превеликим трудом Бриенне всё же удалось убедить Роберта посмотреть, как они с Подриком будут тренироваться. И сначала он вздрагивал каждый раз, когда мечи звенели, сшибаясь, и зажмуривал глаза, но со временем перестал пугаться и даже хлопал в ладоши, если Подрик отбивал особенно коварный удар. Однако сам так и не соглашался попробовать.
Но его упрямая охранница не сдавалась. Она попросила лорда Нестора, и кузнец из Лунных Врат выковал для неё дюжину небольших лёгких подков и сделал тонкие десятидюймовые копья с острыми иглами вместо плоских наконечников. И теперь они с Робертом оттачивали меткость, набрасывая подковы на вкопанный в землю штырь и кидая копья в круглую деревянную мишень, каждые три дня отступая от цели на шаг.
Из Цитадели прибыл мейстер Леран. Он одобрял и всячески поощрял занятия на воздухе, уверяя и Лизу, и Роберта в пользе таких занятий, за что Бриенна прониклась к нему доверием и симпатией. Приступы трясучки не оставляли Роберта, пусть и случались уже не так часто.
Когда в замок наконец приехал Петир Бейлиш, да ещё и не один, а с Сансой, Роберт совсем воспрял духом. Он везде ходил хвостиком за «дядей Петиром», заглядывая ему в глаза и требуя своей порции внимания, и никак не мог понять, отчего взрослые такие встревоженные, почему матушка отправляет его в свою комнату или гонит во двор, а Санса всё время плачет. Никто не хотел с ним играть.
 
— Они меня больше не любят? — спрашивал он у Бриенны испуганно, и его глаза наполнялись слезами.
— Конечно, любят, — уверяла она его, открывая очередную книгу. — Просто случилась большая беда, короля Джоффри отравили прямо на собственной свадьбе. И теперь все горюют.
— Я никогда не женюсь, — прижимаясь к Бриенне, дрожал Роберт. — У меня никогда не будет свадьбы. На свадьбах всё время кого-нибудь убивают…
Лорд Бейлиш увёз из Орлиного Гнезда Арью и Сансу, пояснив хнычущему Роберту, что хочет спрятать их в безопасном месте. И тот после отъезда снова слёг, трясясь от испуга, что дома ему что-то угрожает. Насилу Бриенне удалось уговорить его опять начать выходить во двор. Сама она очень скучала и по Арье, с которой за недели путешествия от Близнецов успела не только поладить, но и подружиться, и по сиру Бриндену, недавно отбывшему в Лунные горы наводить порядок на рудниках Арренов.
Нового мейстера беспокоило состояние Роберта, однако он не спешил пичкать его лекарственными снадобьями. Лишь давал на ночь успокаивающий мятный чай, а по утрам устраивал обливания прохладной водой — сначала только ступни, но со временем они добрались до колен, а потом и до пояса. Роберт капризничал, отбивался и скулил, но ласковые уговоры Бриенны и настойчивые, методичные разъяснения мейстера потихоньку делали своё дело.
Леран постоянно напоминал проводить во дворе как можно больше времени, поэтому иногда Роберт, Бриенна и Подрик даже обедали на улице, расстелив красивый ковёр на траве у озерца. «Мы словно в военном походе», — говорила Бриенна Роберту. «Ребёнок простынет», — переживала Лиза. «Милорд окрепнет», — обещал ей мейстер.
Каждый день он занимался с Робертом, удручённый его слабыми познаниями и в счёте, и в чтении, и в письме, поддерживал тягу к книгам, убеждая при этом, что читать истории самому гораздо интереснее, чем когда их тебе читает кто-то другой. И часто давал задания выучить наизусть какую-нибудь балладу.
В один из погожих дней Бриенна и Роберт сидели на скамейке у озера — он повторял дома Долины, а она проверяла, посматривая в список.
— Давай, Роберт, расскажи мне про Хантеров.
— Их замок называется Длинный Лук, на их гербе пять серебряных стрел веером на коричневом поле. Глава дома Гилвуд Хантер.
— Молодец. А теперь про Корбреев.
— Их замок Дом Сердец, герб — на белом поле три летящих чёрных ворона с тремя красными сердцами в когтях. Глава дома Лин Корбрей.
— Лионель.
— Что?
— Лионель Корбрей глава дома. А его брат Лин наследник.
— Да какая разница? И вообще, Бриенна, я устал… ясно тебе?
— Когда же ты успел? Мы только начали… Мейстер Леран сказал, чтобы ты всё выучил назубок. Он проверит.
— Ну зачем? — заныл Роберт. — Кому это надо?
— Тебе надо. Ты ведь сюзерен всех этих лордов, как же тебе можно их не знать? Вот так встретишься на дороге с лордом, у которого на знамёнах шесть серебряных колокольчиков на пурпурном поле, и тебе придётся спрашивать: «Простите, милорд, а вы кто?» И будешь выглядеть глупо. А если всё выучишь, — Бриенна заглянула в список, — то сможешь сказать: «О, лорд Бенедар, как поживаете?»
— Ты подсмотрела! — хихикнул Роберт. — Я видел, ты подсмотрела!
— Конечно, подсмотрела, — ухмыльнулась Бриенна. — Я ведь не лорд Долины, мне можно.
— И ни на какой дороге я с ними не встречусь, — насупился Роберт. — Я не хожу по дорогам. А если сюда кто-то придёт, то стража заранее мне скажет, кто это. Не хочу учить! Хочу пойти к дяде Петиру, он обещал показать мне кинжал из валирийской стали. С рукояткой из драконьей кости!