Сокола видно по полёту (СИ)

— Нам с Тиметтом нужно было кое-что обсудить, — пояснил он. — И хотелось ещё раз полюбоваться на Хагена… Где Сумрак?
— Подрик сказал, что присмотрит за ним, сам повезёт клетку. Сумраку понравилось кобылье молоко, он так забавно причмокивает, когда лакает! Знаешь, он перестал меня царапать. Он урчит, когда я сажаю его себе на колени и глажу животик. Правда иногда будто вспоминает, что он дикий кот, подпрыгивает, шипит и бьёт меня по руке лапой. Но уже без когтей… Может, мне всё же удастся его приручить.
— Это хорошо… — Роберт, занятый своими мыслями, рассеянно кивнул. — Нам пора ехать. Но сначала нужно кое-что сделать. Сегодня твоё первое утро в Долине, поэтому… — он улыбнулся, — давайте-ка на лошадь, миледи!
Грай подвели гнедую кобылу — тонконогую и нервную — и она легко вскочила в седло. Они с Робертом тронулись вместе вперёд, вслед за ними двинулись Бриенна, Талли, Ивер и Подрик. Приблизившись к ожидавшим их воинам, Роберт остановил лошадей, взял Грай за руку и громко объявил:
— Милорды, сиры, миледи. Это моя невеста, её зовут Грай.
И вот тогда ей во второй раз стало сильно не по себе, потому что на его слова никто не откликнулся — все словно онемели.
Роберт обвёл взглядом собравшихся, нахмурился и заговорил снова, медленно и с расстановкой:
— Я хочу, чтобы вы с уважением относились к моей будущей жене. Непочтение к ней будет означать непочтение ко мне, вашему лорду. Угрозу её жизни и безопасности я расценю, как угрозу мне лично.
Вперёд вышел воин, на чьей груди ярко выделялся красный замок на белом поле.
— Я сир Джаспер Редфорт, миледи, командир этого обоза. От лица своих людей я приветствую вас. Добро пожаловать в Долину. — Он поклонился, прижав правую руку к груди, но остальные воины продолжали молчать.
Грай в ответ затравленно кивнула, чуть не плача от досады на собственную бестолковость — ей показалось хорошей идеей не надевать в дальнюю дорогу то красивое, но такое неудобное платье, в котором невозможно было ни ходить нормально, ни сидеть на лошади. Облачившись в более привычные суконные штаны и кожаную тунику длиной до середины бедра, она лишь в этот момент осознала свою ошибку, остро ощутив себя среди всех этих богато одетых людей совершенно лишней. Обе женщины долинцев, такие непохожие друг на друга — и неотличимая от мужчин в доспехах и с мечом на боку Бриенна, и Миранда в тёмно-зелёном платье и сером атласном плаще, заколотом брошью-соколом, — смотрелись естественной и гармоничной частью войска. После того, как Обгорелые уехали, только она и Ивер выглядели здесь чужаками.
На обеденном привале Грай попросила Бриенну достать из поклажи то платье, что ей шила Хлои для отъезда, и поспешно переоделась. А затем отыскала Редфорта, чтобы поблагодарить.
— Спасибо, милорд Джаспер, за ваши добрые слова сегодняшним утром, — сказала она ему.
— Я не милорд, — усмехнулся он. — Я всего лишь сир.
Грай стушевалась, поняв, что вновь опростоволосилась, осрамила Роберта, будто ему своих печалей было мало. А днём позже, когда ещё и срезалась с реверансами — хорошо хоть, никто, кроме Роберта, этого не слышал, — и вовсе пала духом. Чутьё подсказывало, что впереди её ждут только новые унижения: она невпопад одевалась, не умела носить платья, неправильно говорила и очень многого не знала. Оплошность с реверансами жгла стыдом щёки, однако вечером того же дня Грай отважилась попросить помощи и совета, ведь даже Тиметт не с самого рождения умел держать топор.
— Миранда, научи меня делать реверансы, — обратилась она к леди Редфорт, когда ужин закончился, и Роберт, сир Джаспер, Талли и Подрик покинули их шатёр.
— Зачем тебе? — удивилась та, но затем поспешно прикрыла рот ладонью: — Ой!
— Я хочу стать Роберту хорошей женой. Хочу, чтобы он был доволен мной, — не обратив внимания на бестактность, простодушно поделилась сокровенным желанием Грай.
— Ну, реверансы тут не помогут, — рассмеялась Миранда. — Мужчинам нравится совсем другое. Если хочешь, я тебе расскажу.
— Хочу! Я очень хочу, чтобы Роберт гордился мной. И ещё я боюсь не понравиться леди Лизе. Мне нужно научиться делать реверансы, чтобы когда мы встретимся, я могла поприветствовать её. Пожалуйста, расскажи мне, что должна уметь жена лорда.
 
— Думаю, леди Грай говорит немного о другом, — решительно вмешалась в разговор Бриенна, после чего посмотрела на девушку: — Не переживайте, миледи. Когда мы приедем в Орлиное Гнездо, для вас возьмут септу. Она научит вас всему, что должна уметь леди.
— Но мне нужно уже сейчас, Бриенна… — Грай кусала губы от смущения. — Я ведь ничего не умею… и ничего не знаю. Вот почему вы одних мужчин называете милорд, а других сир? Как их отличить? Почему Роберту иногда говорят «лорд Роберт», а в другой раз «милорд», и тогда имя не называют? Когда я сказала сиру Джасперу «милорд Джаспер», он надо мной посмеялся. Так неправильно говорить?
— Да, говорить нужно немного по-другому. Но в этом нет ничего страшного, вы его не оскорбили.
— И ещё некоторые воины очень не по-доброму на меня смотрят… Я их боюсь, Бриенна. Знаю, что мы с долинцами всегда воевали… Но ведь Роберт замирился с Обгорелыми… и всем сказал, что мы больше не враги. А они всё равно такие хмурые. Только ты, Миранда и Подрик говорите со мной приветливо. Что я должна сделать, чтобы другие полюбили меня?
— Дайте им время, миледи. Наши люди очень злы на горцев за похищение Роберта. Особенно на Обгорелых. Погодите, пусть они привыкнут к вам, увидят, какая вы добрая и милая девушка. И что вы любите нашего лорда…
— Всем сердцем, Бриенна. Всем сердцем! — Грай прижала ладони к груди и умоляюще воскликнула, поочерёдно взглядывая на обеих женщин: — Помогите мне! Нельзя ждать, пока мы приедем. Нужно уже сейчас что-то делать! Я слышала, как один воин сказал другому, что если Роберт притащил сюда эту глупую дикарку, значит, он и сам такой, совсем одичал в горах. «Лорд ли он теперь?» — так они говорили. Я не хочу быть глупой дикаркой! Не хочу, чтобы Роберт стыдился меня, а его воины насмехались. И чтобы они сомневались, что он настоящий лорд…
— Кто это говорил? — подскочила Миранда, и её огромная грудь колыхнулась. Бриенна помрачнела.
— Я не рассмотрела лица, они спиной стояли. А я в кустиках сидела. Да если бы и рассмотрела, то… — Грай понурилась и пробормотала еле слышно: — Они все для меня на одно лицо.
Бриенна ободряюще кивнула.
— Значит, с этого и начнём, — сказала она. — Леди Миранда покажет, как делать реверансы, а я расскажу о людях Долины и о разных домах. И чем отличаются сиры от милордов.
— А о домах разве нужно знать жене лорда?
— Обязательно. Каждому приятно, когда другие знают его имя, выделяют в толпе. И вдвойне лестно вассалам, если супруга их лорда не путается, обращаясь к ним по имени, узнаёт их дома по знамёнам и символам на одежде и доспехах, знает девиз их рода. Этому учат всех детей Вестероса. Я до сих пор легко могу перечислить все дома Штормовых земель, септа Роэлла добросовестно вбивала мне их в голову. А мой отец по малому обрывку знамени или обломку щита может сказать, какому дому в Штормовых землях они принадлежали.
— А что такое Штормовые земли, Бриенна?
— Мой родной край, очень красивый и богатый. Если плыть по Узкому морю от Чаячьего города на юг, то попадёшь туда… Ваша септа потом расскажет вам и про них, и про другие земли Семи Королевств. А я, пока мы в пути, буду рассказывать про дома Долины. Их я тоже хорошо знаю, потому что учила вместе с Робертом. А мейстер Леран потом проверял. И отчитывал меня, если милорд путался. — Бриенна улыбнулась воспоминаниям.
— И Роберт учил? — спросила Грай и, получив подтверждающий кивок, горячо заверила: — Тогда и я выучу! Вот увидишь, Бриенна, я очень быстро всё выучу!
Когда обоз прибыл в Стылые Воды, она уже знала почти все дома севера Долины, без запинки отвечая Бриенне, что розовые штандарты с парой каменных клиньев и чёрной звездой между ними принадлежат Илшемам, что у лорда Алесандора Торрента рыжая борода и шрам через всё лицо, островом Длинная Сестра управляет лорд Ролланд Лонгторп, а символ лорда Ройса Колдуотера, хозяина замка, под чьей крышей они нашли приют — синий вилообразный крест на красном фоне.