Сила и ярость Юга (СИ)

«Это настоящее сладкое золото, Ясмин. Люди из далеких земель готовы отдавать за него несметные сокровища, хоть раз попробовав эту сладость. Мы с тобой счастливые обладатели всего этого — погляди! Береги эту землю, и она принесёт тебе богатство и власть».
Богатство и власть! Пока тростник приносит скорее несчастье и кровь из-за тех, кто хочет этим богатством обладать!
Ясмин вздохнула и ещё раз оглядела комнату, то ли в поисках какой-то защиты, то ли в поисках способа укрыться. Может, Вальдер и не придёт. Он получил, что хотел. Она ещё оспорит это его право, но пока надо придумать, что делать дальше и как спасти тех, кто рискнул своими жизнями!
А если рискнёт прийти — она его встретит как было положено по древнему обычаю. Благо, на их землях он на стороне женщин, так было со времён сошествия богини Теа.
Ясмин села на коленях на кровати и уставилась на окно, на лениво ползущие в щелях ставень белые облака. Обращаться к богине её учила мать, а после тетушка Иллейв, но Ясмин все равно делала это на свой лад. И она на минуту прикрыла глаза.
Измученная прошлой ночью и тревожными снами, Ясмин опустилась на прохладную простынь и вдохнула теплый воздух.
Открыла она глаза от шума и звука шагов по лестнице. Она заснула — и за окном успели сгустится сумерки, но жара еще не спала. Ясмин села на кровати, которая больше не казалась прохладной, и настороженно уставилась на дверь.
Вальдер появился с легким стуком, вроде бы соблюдал приличия, но на самом деле его едва ли волновало мнение и желания Ясмин.
— Как чувствуешь себя, дорогая? Выспалась?
Теперь на эту «дорогую» он имел законное право. Ясмин вскинула голову.
— Мне больно за тех, кто пришел мне на помощь, и кто теперь умирает там от жары.
Она поднялась с кровати и ступила ногами на пол. Обошла угрожающе деревянные опоры постели, предусмотрительно схватив со столика тяжелый подсвечник.
— А вот тебе и наши обычаи. Чтобы наша жизнь стала счастливой, после свадьбы молодая жена имеет право бить мужа так, как посчитаю нужным. Чтобы выместить всю злость сразу, ради спокойной семейной жизни. — И она, не колеблясь, швырнула подсвечник ему в живот. И попала, так, что не ожидавший Вальдер только охнул и согнулся. Ясмин принялась бить кулаками по его спине. Со всей силы и со всей ненависти, что у нее кипела в груди.
Вальдер прикрыл голову руками и только пытался увернуться от её кулаков.
— Тогда ты, похоже, слишком быстро решила стать моей женой, — он откровенно смеялся над ней, — раз начала бить меня с самого начала.
Убила бы или покалечила, хватило бы на это сил!! Или пусть возненавидит её в ответ, пусть поймёт, что с ней ему не будет сладко!
— Это тебе за осужденных тобой на мучения!
Вальдер тут же перехватил обе ее руки, поднял наверх и с легкостью удержал Ясмин в такой хватке.
Он внимательно уставился Ясмин в глаза. От холода этой золотистой зелени по коже будто волна прокатилась. На скуле проступила ссадина от её ногтей.
— Эти твои друзья — готовы были убить меня и моих людей.
— Это закон наших земель. Врагов убивают, не спрашивая.
Вальдер подвел ее к кровати и легким толчком бросил на простыню. Потерев ушибленное плечо и поморщившись, он тихо проговорил:
— Теперь-то я вроде уже как не враг, м? Глупо убивать того, кого признал ваш прежний хозяин и твой отец, Ясмин. Сегодня и ты сама. Пора оставить в прошлом ваши кровожадные замашки. — Тогда отпусти того, кого ты приговорил к мучительной смерти. Сутки на жаре без воды — и он умрет!
— А ты жалостливая, моя дикая темноглазая кошка. Или тот парень тебе особенно близок?
Вальдер подошел к окну и выглянул, будто бы оценивая, насколько там на самом деле жарко. Постояв и подышав знойным воздухом, он покачал головой и плотно прикрыл ставни.
— Ты права, там действительно весьма жарко.
Он снова издевается! Невыносимый, ужасный человек!
— Ты чудовище, — медленно проговорила Ясмин, буравя взглядом его профиль с одним сощуренным глазом, широкие плечи, уверенно расставленные ноги. — Жестокое чудовище… Я тебя ненавижу.
 
— Так же сильно, как своего отца? — Вальдер подошел к ней ближе, но Ясмин не шелохнулась.
Это был подлый удар. Отец ведь и правда первый, кто в самом деле предал ее, если верить тому письму… И все же она не могла до конца в это поверить. Ясмин раздирало на части: казалось, сердце хочет одновременно верить отцу, как всегда, как единственному, кто точно знает, что надо делать… Но она чувствовала, что Вальдер не врет. И боль царапала душу, точно осколком разбитого зеркала. Мир вовсе не такой, каким ей казался прежде.
Вальдер остановился перед ней и мягко взял за подбородок. Огладил щеку, а потом присел рядом и неожиданно ласково принялся изучать ее лицо. Но каждое его касание только жгло.
— Что тебе нужно от меня? — повторила Ясмин утренний вопрос, отчаявшись найти ответ в глазах мага. — Мы заключили брак, который признали все, я доказала, что мое согласие прозвучало… и ты здесь по праву. Разве не этого ты хотел?! Уйди же. Я не хочу тебя видеть!
— Мне жаль, — в его голосе звучало искреннее раскаяние. Такое, что Ясмин даже поверила. Или это все его магия, хоть и он клялся не использовать против!
Жаль, что всё происходит именно так? Жаль, что он вызывает в ней только ненависть и боль? Может, теперь Вальдер хочет загладить свою вину?..
Глава 11
Но Вальдер не выпустил ее после своих слов, только наоборот уперся ладонями в подушки у изголовья и склонился к задержавшей дыхание Ясмин. И успел поцеловать, осторожно прихватив ее нижнюю губу, коснулся языком, точно ждал ответной реакции. Но не дождался и отстранился.
— Я ударю тебя.
— Попробуй.
Ясмин не надо было предлагать дважды — и она тут же пихнула его коленом по бедру, пытаясь скинуть с кровати. Маг чуть дернулся, но эффект был небольшой.
— Я буду кричать, — прошипела Ясмин, пытаясь отползти от нависшего над ней мужчины. Во всей его позе сквозила уверенность и сила, а еще — беспредельное спокойствие. Казалось, словно надвигалась неотвратимая буря. — Меня услышит весь дом!
Вальдер на миг приподнялся, и Ясмин подумала было, что ее угроза подействовала, но он только быстро распустил шнуровку на груди и стянул с себя рубашку через голову. Мерцающий желтый свет свечи тут же очертил жесткие, рельефные мускулы и покрытую волосками кожу: жесткие завитки шли по мощной груди и подтянутому животу.
— Кричать — это мне нравится. Думаю, не только я знаю, как кричат в первую брачную ночь.
Мужчина усмехнулся и чуть склонил голову, глядя, как она настороженно изучает его обнаженное тело и не может отвести взгляд.
— Ты не посмеешь, — просипела Ясмин, вмиг потеряв голос.
— Я принес вашего тростникового рома. Надеюсь, ты пьешь? — Вальдер поднялся с кровати, продемонстрировав ей грацию хищника, и взял со стола бокал, а потом протянул ей.
Ясмин попыталась отползти прочь и притянула к себе легкое покрывало, чтобы укрыться. Дрожь пошла по всему телу, и охватило оцепенение.
— Только если там отрава, и я забуду все это, как страшный сон!
— Увы. — Похоже, Вальдер окончательно потерял терпение. Он потянул носом и сделал большой глоток, а потом попросту швырнул бокал через плечо. Напиток разлился по ковру, и запахло алкоголем.
Вальдер поставил одно колено на кровать, добрался до Ясмин и, мягко, но сильно обхватив за шею, снова прижался поцелуем. На этот раз Ясмин почувствовала на языке пьянящую жидкость и не успела понять, как ром обжег горло. Она попыталась отбиться, но поцелуй становился все настойчивей, а голову вдруг повело.
С трудом вырвавшись, Ясмин отпрянула и вдохнула.
— Иди сюда, и я не причиню тебе боль, — голос его прозвучал даже ласково, но глаза потемнели и пугающе завораживали. — Слышишь?
— Нет! Нет, нет, нет… — выкрикнула Ясмин и бросилась из кровати прочь, опередить Вальдера, но не успела.
Ладонь мага в одно мгновение накрыла ей рот, а сам он оказался наверху и подмял Ясмин под себя. Она пыталась сопротивляться. Замотала головой изо всех сил, снова ударила Вальдера коленом, но это было все равно, что сражаться со скалой.