Корректировщик (СИ)

Что у нас получается?
Броня не работает от слова «совсем».
Обрушиваю на поганца «пресс» и тут же луплю «дрожью земли» по ногам. На первую атаку он даже внимания не обращает, а вот «дрожь» вынуждает мужика отпрыгнуть в сторону. Я только этого и жду. Встречаю родного тычком в живот. Ему неприятно, вижу по лицу.
И тут в игру вступает корректировщик.
Я не сразу догоняю, что творится.
Мусоровоз резко вылетает из арки и врезается в дерево. Старая береза валится на провода, я слышу гудение, над головой искрит. Силовой кабель, подобно разъяренной змее, рвется в мою сторону, свиваясь петлей. Отступаю на безопасное расстояние, и этим пользуется мой оппонент. Я вижу руку с пистолетом — она сгибается в локте. Будет стрелять от живота, понял я.
Кидаю тонфу.
Хороший бросок получается. Вращаясь в воздухе, тонфа врезается в кисть противника набалдашником рукояти. Ствол выпадает из рук охотника. А тонфа эффектно возвращается в мою ладонь.
Враг автоматически уклоняется от болтающегося провода.
Он в ярости.
Еще бы. Семнадцатилетний мальчишка творит совершенно невероятные вещи. Почему я продолжаю жить? Всё это — неправильно.
Я чуть не прозевал «полосу жара».
Пришлось банально отступить в сторону, мой стихийный щит не готов к таким испытаниям. А кинетика не годится для боя по определению.
Убийца молниеносно перестроился.
«Полоса», достигнув песочницы с останками голема, оборвалась. Враг ударил по мне высокоуровневой «яростью», которую остнавил «пузырь». Вода против пламени. При надлежащей прокачке навыка — неплохое решение.
Всё, хватит.
Бросок, «воздушный бой», серия мощных ударов тонфами на всех уровнях. Тычки, зацепы, вращения. От одного из моих выпадов голова противника дергается, что-то хрустит. Я тут же отгребаю локтем в челюсть и коленом в бок. С огненным усилением, а это доставляет дискомфорт. Бью упыря лбом в переносицу. Успех. К моей шее летит «карающая длань», блокирую тонфой. И тут же наказываю говнюка тычком справа, тот выставляет жесткий блок.
А коленом в живот?
Не нравится.
Я спотыкаюсь.
Под ногу подворачивается кусок асфальта. А ведь его не было тут секунду назад.
Над головой раздается громкий треск.
Ломается ветка, летит вниз. Чудом успеваю выставить кинетику.
С мерзкой улыбочкой мой противник нагибается — хочет подобрать оружие. Вы шутите? Ствол еще несколько секунд назад валялся вон в тех кустах. «Незримый удар» в лицо. «Электрической плетью» по руке.
Гребаный корректировщик подвинул пистолет.
Правая тонфа на обратном хвате прикрывает локоть. Левую разворачиваю длинной частью вперед и пытаюсь достать мудака в колено. Почти получается, но он пинком отбивает удар, резко сокращает дистанцию и навязывает мне клинч. Логично, учитывая мое преимущество в вооружении.
На меня обрушивается град простых и убойных комбинаций. Двойки летят в корпус и челюсть. К боксерским ударам подключаются колени и локти. Я вынужден отказаться от схемы «воздушного боя» и принять эту жесткую тактику. Левая тонфа выбита, я не успеваю ее поднять. Правой наношу апперкот. Пробиваю выставленный блок, но тут же прилетает боковой в ухо. Успеваю отвести колено и уклониться от правого крюка, левой наношу два быстрых удара в корпус, иду на удушающий захват. Противник выворачивается и локтем достает меня в солнечное сплетение. Кинетика держит, но я вынужден отступить. Тут же прилетает мощный лоу-кик в голень. Целится, гад, в пострадавшую ногу. Бью сверху тонфой, слышу хруст ломающейся кости. Наконец-то!
В этот момент открывается дверь мусоровоза.
Я получаю по носу. Не больно, но здорово отвлекает. Вижу ногу коммунальщика, зачем-то решившего выбраться из кабины. Успеваю выставить «полыхающий щит». Вовремя, потому что недобитый охотник пытается накрыть нас «яростью». Водиле не повезло — его ноги охвачены огнем. Дверь промяло невидимой мощью, стекло вылетает. Мужик в зеленой робе корчится и истошно орет под передним колесом. Ему не помочь.
Даже представлять не хочется, что сейчас делают жильцы прилегающих домов. Вызывают полицию, что же еще.
 
Прыжок.
Уклоняюсь от качнувшегося кабеля. Зацеп сломанной ноги. Охотник падает, пробует защитить лицо локтями, но слишком поздно.
«Пресс», «плеть» и серия добивающих тонфой.
Бью в живот, кадык и висок.
Не знаю, что именно проходит. Ясно одно — оппонент перестает дергаться.
Проверять пульс некогда.
Усилием воли возвращаю в левую ладонь тонфу. Делаю шаг в сторону скамейки, на которой остался мой рюкзак. Слегка морщусь от болевой вспышки в ноге.
И тут мой взгляд падает на черный пистолет.
  
Глава 26
 
С регенерацией у одаренных полный швах. Поэтому кланы предпочитают иметь собственных целителей, а по всей стране разбросаны частные клиники. Не все рождены, чтобы стать бойцами. Талантливые врачи-стихийники ценятся на вес золота неспроста. Многие аристократы сумели выжить после дуэлей и родовых войн исключительно благодаря частным клиникам.
Волхвы — другое дело.
Я преобразую эфир в жизненную энергию и наспех заштопываю пострадавшую конечность. Безо всяких водных техник и медицинских дипломов.
Штаны пропитались кровью.
Характерное бурое пятно ни с чем не спутаешь, так что придется обновлять гардеробчик.
Если выживу.
Боль сменяется жаром и покалыванием. Верный признак ускоренной регенерации тканей. Завтра утром останется белый шрам, потом и его уберу. Радует, что попадание не прямое.
Нагнувшись, подбираю пистолет.
Огнестрельное оружие известно в большинстве миров, которые мне удалось посетить. Есть реальности технологичные, без малейших признаков магии. Там всё ограничено пороховыми газами, калибровкой и нарезкой стволов. В моем прежнем мире, чтобы успешно бороться с тварями, государевы конструкторы научились усиливать пули эфиром. Здесь на службу оружейникам встали четыре стихии.
Верчу странную игрушку в руках.
Ствол у пистолета короткий, но оснащенный компактным глушителем. Именно компактным — по длине не больше спичечного коробка. Вижу затвор и флажок предохранителя. Спусковой крючок тоже на месте, как и скоба.
Удерживая рукоять правой рукой, я отвел защелку магазина большим пальцем левой, оттянул крышку указательным и извлек емкость с патронами. Магазин оказался прозрачным. Внутри — два закругленных цилиндрика. Упокоенный охотник расстрелял почти весь боезапас.
Что я могу сказать?
Девять миллиметров.
Классика.
Но меня поразил другой факт. Оба патрона светились. Рубиново-красная линия залегла в канавке между гильзой и капсюлем. А еще на поверхности патрона присутствовал некий замысловатый узор, подсвеченный голубым.
Подозреваю, что пистолет рассчитан на бой с одаренными. А еще интуиция подсказывает, что игрушка дорогая и эксклюзивная. Прихвачу-ка я трофей и разберусь с его начинкой попозже.
Магазин — обратно в рукоять.
Обыскав мертвого Мастера, нахожу подмышечную кобуру с двумя запасными магазинами в гнездах. Снимаю хабар с трупа и вместе с тонфами упаковываю в рюкзак.
На войне как на войне.
Принюхиваюсь к окружающей реальности на трех планах. Во дворе безлюдно, жильцы боятся нос высунуть. Ветер врывается в переулок и шумит кронами уцелевших деревьев. Мирно догорает водитель мусоровоза. Канализационный люк, если его повесить на ветку, вполне может вдохновить какого-нибудь художника-сюрреалиста на написание картины.
Эфир спокоен.
Куда исчез корректировщик?
Или не исчез, а притаился…
— Стоять на месте.
Голос раздается прямо за моей спиной. «Чутье» об опасности не предупредило. Значит, обладатель голоса очень крут. И пользуется приемами, о которых я даже не слышал.
 
Уверенный и спокойный голос.
Не предвещающий ничего хорошего.
— Применишь одну из своих техник — умрешь, — добавил голос. — Не трогай рюкзак, мой тебе совет.