Корректировщик (СИ)

Кстати, об операторе.
Сергей пользовался услугами компании РТ — «Российские телесистемы». Проверенный и надежный вариант с кучей тарифных планов и уникальными предложениями для клановцев. А теперь в левом верхнем углу экрана высвечивается значок «Связного» — желтый ромбик с латинской литерой «S». В моем мире такие вещи… маловероятны. Слова «невозможно» в моем лексиконе попросту нет. Кусок пластика с утопленной внутрь микросхемой перепрошили, не вынимая из слота. На такие вещи даже наша убогая группировка не замахивается. Впрочем, насколько я успел понять, кое-какие вещи в этой реальности делаются не на физическом, а на ментальном плане. Что успешно доказывают корректировщики, вычищающие следы своего присутствия в Паутине, даже не касаясь клавиш.
Так.
Мы забыли про двухфакторную аутентификацию. И про мой личный счет. Терзают дурные предчувствия…
В кабинет захожу по старому паролю, но это чужие владения. Думаю, вы уже догадались. Депозит оформлен на Кена Мори. История операций девственно чиста. Банк «Империум» приказал долго жить, а вместо него нарисовался «РусКланБанк».
Старого меня стирают.
Прямо сейчас.
Нет, не сейчас. Если верить добытой информации, профиль создан нынешней ночью. Получается, Кротов знал обо всех этих махинациях, но во время утренней кофе-паузы промолчал. Вероятно, не хотел ставить в известность Лизу, что логично. Интересно, какой у моих покровителей план на случай, если дрянная девчонка докопается до простолюдина Мори? А ведь докопается…
Фух, мне надо осмыслить это.
Симка, банковский счет…
Дальше что?
Руки сами собой открывают телефонную книгу, находят Кротова и делают вызов. Сразу перехожу в режим мысленного диалога. В нижней части экрана выскакивает столбик расхода взвеси. Расход крохотный, тянет его зачарованный блок.
Начальник службы безопасности откликается молниеносно.
Слушаю, Сережа.
Я оценил ваши операции с сим-картой и счетом. Расскажете, как это провернули?
Есть инструменты. Тебе они пока без надобности.
Утром меня отследили парни из «Теневой стороны». Как с этим быть?
Никак. Проблема решена.
Правда?
Не волнуйся. Мы всех устранили.
Смысл сказанного дошел до меня не сразу.
Устранили?
Ликвидировали.
Это синонимы.
Как скажешь.
Вы совсем очумели? Это же люди, мои друзья!
Подбирайте выражения, Ваше Сиятельство. Операция санкционирована лидером клана. По сути, это прямой приказ.
Вот оно как.
Я понял. Конец связи.
Вешаю трубку.
Фигурально.
Дальнейший диалог не имеет смысла. Любые претензии, истерики, вопли — это ребячество, недостойное аристократа. Есть факт, и его надо принять. Сделав соответствующие выводы.
Что ж это творится, а? Моя жизнь летит под откос. Все, кого я считал своими друзьями, мертвы. Группировка «Темная сторона» — это семь человек, которых я знал лично. Не физически, но через виртуальное общение. Кое-кто выступал под псевдонимами, другие прикрывались реальными фамилиями. Ник, например.
Спокойно, Ярослав. Ты — не Сергей. За свою жизнь ты насмотрелся на всякое, это просто очередные смерти…
Похоже, идет масштабная зачистка.
Нет, я не верю.
Захожу в «Телетайп», чтобы связаться с парнями. Выясняется, что моего профиля больше нет. Заблокирован по неизвестным причинам. Ладно, завожу новый, привязываю к телефону Мори и вручную отыскиваю пару-тройку личностей. Профили на месте, вот только их владельцы в офлайне. Последним заходил Николай Томилов — сорок минут назад. Проверяю другие соцсети — «Форум», «Лаконику». Тщетно. Никакой активности.
А потом профили начинают исчезать.
Мама дорогая.
Прямо сейчас, на моих глазах, Кротов удаляет последние свидетельства пребывания мертвецов в нашей вселенной.
По коже бегут мурашки.
Семь человек.
Надеюсь, клан не станет заморачиваться ребятами, успевшими поучаствовать в одной или двух атаках. Проверять не хочу. Просто надеюсь.
И всё это — из-за меня.
 
Неприятное чувство.
Ярославу на местную школоту наплевать, Кену Мори — тем более. Минус в том, что меня грызет совесть. Ник и остальные… Они этого не заслужили. Да, обчищали карты, оставляли скунсов и какашки на главных страницах, но это не повод…
Понимаю, что дошел до вестибюля и топчусь, как дурак, у стенда. Привлекая внимание вахтера. Интеллигентного пожилого мужчины, вписывающего буквы в клеточки кроссворда. Мужчина изредка посматривает в мою сторону, намереваясь что-то спросить. Не до тебя, мужик. Разворачиваюсь к двери, ускоряю шаг и ретируюсь в августовскую промозглость.
Надо проверить еще кое-что.
Меня вполне устроит основание ближайшей колонны — здесь сухо и никто не шныряет.
Присаживаюсь на холодный камень.
Достаю из рюкзака планшет. Мой личный планшет, о котором служба безопасности не имеет ни малейшего представления. Влезаю в Сумрак с левого айпи-адреса, за пару минут ломаю камеру в Бийске и удовлетворенно хмыкаю. Так и есть — меня удалили. Чтобы в этом убедиться, достаточно просмотреть архив записей в папке, соответствующей примерному времени моего визита. Сергей Друцкий исчез с перрона, его нет возле буфета в зале ожидания. Привокзальная площадь Горно-Алтайска тоже опустела. Я никогда не сидел в «Солнышке» и под дождем через платформы не топал.
День чудес продолжается.
Клановый дирижабль не прибывал на базу приснопамятного Бийска. Диспетчеры не получали запрос на посадку. Воздушный коридор не освобождался. Переговоры не велись.
Сплошные «не».
А хотите знать, кто ехал в купе поезда? Я тоже хочу, но выяснить это не могу. Потому что купе, если верить базе данных «Императорских железных дорог», не существовало в природе. Оно, это самое купе, находилось в прицепном вагоне, который укатил вовсе не в Горно-Алтайск, а в самый, не побоюсь этого слова, Барнаул.
Цепляюсь за последнюю соломинку.
Такси.
Несложно догадаться, что тут всё в ажуре. Иностранный гость Кен Мори сел, расплатился, прибыл. По расписанию, без проблем и задержек. Думаю, транзакции теперь проходят через какую-то офшорную липу, иначе не имело смысла огород городить.
Задаюсь вопросом: что будет, если отследить славный путь Кена Мори в пространстве и времени? Начинаю отслеживать. Через полчаса вырисовывается более-менее внятная картина. Амбициозный простолюдин сел на самолет в Токио и прибыл в Новосибирск, оттуда доехал на поезде до Барнаула, причем деньгами наш герой не разбрасывался, купил билет в нищебродский плацкарт. Снова поезд — «боковушка» рядом с туалетом. Я аж прослезился от умиления. Финальный отрезок маршрута был проделан на рейсовом автобусе. Самолет, кстати, на экологически чистом водородном топливе летает, автобус электрический. Тут реально все повернуты на окружающей среде.
Ладно, а что с геолокацией?
Мои пальцы вновь бегают по виртуальной клавиатуре. Начну с того, что отслеживать хозяина гаджета без его согласия — незаконно. Смешной аргумент, но дело вполне могут пришить. Так что мои друзяшки должны были воспользоваться одной из хакерских программ, которые написал на коленке Извращенец. Есть, конечно, и общедоступные сервисы, но они не работают. Особенно в случаях, если номер хоть как-то защищен.
Запускаю прогу, вгоняю свой старый номер и…
Ничего.
Кен Мори провалился в небытие.
Да когда ж это закончится? Идиот. Ничего странного не заметил, когда делился номерком с доброй тетей Зиной? Цифры-то изменились. И основательно изменились.
Меняю цифровое значение.
И снова — пшик.
То ли мне удаленно инсталлировали что-то на браслет, воспользовавшись клановыми правами доступа, то ли еще что. А, может, перед смертью Извращенца пытали и вытягивали из него все проги, которые чувак наваял в порыве цифрового вдохновения. Не знаю. Знаю одно — Сергей Друцкий уходит с радаров. Во всех смыслах.