Убийство по-домашнему

Арчи торопливо перебил его:
— Знаете что? — спросил он. — Я готов поспорить, что вы разбираетесь в пулях и пистолетах лучше всех людей на свете.
— Ну-ну, что ты! — скромно запротестовал сержант.
— Ну, почти лучше всех, — уступил Арчи. — Например, вы знаете, какая пуля самая большая, какая самая маленькая, какая самая опасная, а какая самая безопасная?
Сержант сделал глубокий вздох, прежде чем ответить.
— Ну, видите ли… — И он прочел пятнадцатиминутную лекцию по баллистике, начав с методики определения направления выстрела, вкратце упомянув об огнестрельных ранениях и уделив больше времени искусству идентификации пуль, после чего закончил рассказом об убийстве одного полицейского в Бруклине, когда преступника разоблачили благодаря эксперту-оружейнику.
— Классный парень, — сказал Флэшлайт Арчи.
— А я что тебе говорил! — ответил Арчи.
— Факт, — добавил Слаки, — он все знает.
— Полицейский обязан все знать, — скромно Заявил сержант. — Любая информация может пригодиться. Например, один дикарь, который с острова Борнео привез с собой лук и отравленные стрелы…
— Извините, сэр, — перебил его Арчи. Он уже знал историю о дикаре и отравленных стрелах и опасался, что приятелям становится скучно. А на них можно было полагаться только до тех пор, пока им не становилось скучно. — Знаете что? Скажите мне вот что…
— Что-что? — спросил сержант, неохотно отрываясь от приключений дикаря, потому что это была любимая история в его репертуаре.
— Скажите мне, — продолжил Арчи, — из какого пистолета была та пуля, которая убила миссис Сэнфорд с этой виллы? — Он кивнул головой в сторону розовой виллы, после чего выжидательно уставился на лицо сержанта.
— Это была сорокапятка, — сказал сержант. — Армейский пистолет. Солидное оружие.
— Такой же, как этот ваш пистолет? — спросил Арчи, а когда сержант утвердительно кивнул головой, добавил: — Покажите его еще один разочек.
— Пожалуйста, — добродушно согласился сержант и, вытащив пистолет, показал его на ладони.
— Вот это пистолет! — с уважением сказал Арчи. — Из такого настоящего пистолета нельзя выстрелить такую дурацкую маленькую пульку, как у Флэшлайта, правда?
— Конечно, нельзя, — ответил сержант О'Хэйр, засовывая пистолет в кобуру. — Я вижу, что вы еще мало поняли из того, что я говорил о калибрах оружия. Дело в том, что…
И сержант вернулся к изложению баллистики, а трое мальчиков с уважением слушали его. Однако когда он дошел до слов:.— В стволе есть нарезка, угол наклона которой можно рассчитать… — Слаки поднял голову и крикнул: — Эй!
Где-то ниже по дороге раздался пронзительный свист. Этот сигнал повторялся — в соответствии с данными заранее указаниями — каждые пятнадцать минут, с тех пор как трое мальчиков ступили на газон Сэнфордов, однако до сих пор ни один из них не обращал на это внимания.
— Это Дедпен свистит, — сказал Слаки, словно просил прощения за то, что перебивает рассказчика. — Это значит, что мне пора идти. Меня ищет мамуля. До свидания, мистер сержант.
Слаки исчез в густых кустах.
— До свидания! — добродушно крикнул ему вслед сержант, после чего кашлянул и продолжил лекцию: — Внимательно исследуя пулю и нарезку в стволе…
— Ой! — воскликнул Флэшлайт. — Если мать Слаки ищет его, то, видать, уже пора ужинать. Я должен возвращаться домой. До свидания, мистер сержант.
И помахав на прощанье рукой, он помчался вниз по тропинке.
Сержант помахал ему в ответ и продолжил:
— Итак, зная калибр пули и направление нарезки в стволе…
— Извините, но меня зовет Дина, — сказал Арчи. — Я должен накрыть на стол.
— Если так, иди, парень, — сказал сержант О'Хэйр. — Очень хорошо, что ты помогаешь сестрам. А если ты захочешь узнать еще что-нибудь об огнестрельном оружии…
— Я уж буду знать, к кому обращаться, — закончил за него Арчи. — Вы страшно умный! Я тоже, когда вырасту, буду полицейским. До свидания, коллега!
Арчи нырнул под свод беседки. Сержант О'Хэйр вздохнул, глядя ему вслед. Он жалел, что не успел рассказать историю о девяти грабителях. Правда, маленький Карстерс уже однажды слышал ее, но можно было добавить новые подробности. Например, рентгеновский аппарат, позволяющий заглянуть сквозь стену в подвалы банка…
 
— Когда мы направили на него пистолеты, он бросился к автомату. Мы видели его сквозь стену так четко, как сквозь оконное стекло, — импровизировал сержант.
Внезапно у него за спиной раздался голос Билла Смита, усталый, почти сердитый.
— Что ты там бормочешь себе под нос? С кем ты разговариваешь?
Сержант О'Хэйр уже раскрыл рот, чтобы рассказать лейтенанту об изобретении нового рентгеновского аппарата, однако в последний момент сдержался.
— Я тут побеседовал с несколькими мальчиками, — сказал он весьма деловым тоном, — которые могли бы предоставить ценную информацию. Дети наблюдательны. Я воспитал собственных девятерых…
— Я уже сыт по горло твоими девятью детьми, — перебил его Билл Смит. — Слушай. Дактилоскопист не нашел ничего ни на картине, ни на ноже.
Неподалеку в кустах Арчи выплачивал своим компаньонам гонорар: по пять центов на брата, по бутылке кока-колы и выпуск «Новых комиксов».
— В следующий раз я не соглашусь выслушивать эти его бредни дешевле чем за десять центов наличными, — пробормотал Флэшлайт. — Ты должен мне жевательную резинку, потому что этой мне пришлось облепить пулю.
— Но ведь это была уже использованная резинка! — возмутился Арчи.
— Была ли она использованная или нет, это тебя не касается, — ответил Флэшлайт. — Ее еще можно было жевать, поэтому я ее хранил. — Он задиристо посмотрел на Арчи и добавил: — Или я не верну тебе пулю!
— Немедленно отдай пулю! — в запальчивости крикнул Арчи. — Потому что если ты не… — Он замолчал. Не время ссориться! Выловил из кармана довольно измятую резинку и вручил ее приятелю.
Флэшлайт осмотрел резинку со всех сторон и без энтузиазма сказал:
— Ну, ладно, беру.
Взамен он отдал пулю. Какое-то время еще продолжался спор, должны ли ребята принести Арчи пустые бутылки из-под кока-колы или заплатить сразу по два цента наличными. Спор разрешился тем, что кока-колу выпили прямо на месте, так что Арчи мог забрать бутылки. Когда Слаки и Флэшлайт спускались к шоссе, между ними разгорелся новый конфликт.
— Это правда, что пулю облепил ты, — сказал Слаки, — но жевательную резинку нашел я под столом у Люка, и потом, ты жевал ее дольше меня.
Это, однако, уже не интересовало Арчи, который, медленным шагом возвращаясь домой, в уме подсчитывал расходы: «…две кока-колы, одна жевательная резинка…»
Дина мыла морковь, Эйприл делала пудинг, но когда Арчи остановился в дверях кухни, обе прервали работу и устремили на брата вопросительные взгляды.
— Ну, что? — с беспокойством спросила Дина.
— По пять центов на каждого, две бутылки кока-колы, — подсчитывал Арчи, — это десять центов, выпуск «Новых комиксов» — это десять центов, плюс к этому еще резинка… Всего тридцать один цент.
— Что ты несешь, Арчи? — спросила Эйприл.
— В сумме вы должны мне три доллара и шестнадцать центов, — ответил Арчи.
— Не бойся, мы отдадим, — заверила Дина. — Скажи лучше, что с этой пулей.
— Ладно, — великодушно согласился Арчи, — сперва поговорим о пуле. — Он вытащил пулю из кармана и положил ее на стол. — Мы немного запачкали ее.
— Арчи, быстро говори…
— О'кей! — сказал Арчи. Он старался напустить на себя равнодушный и непринужденный вид. — Это пуля тридцать второго калибра, то есть ее выстрелили из пистолета тридцать второго калибра. А миссис Сэнфорд убили пулей сорок пятого калибра из армейского пистолета. Если вы интересуетесь наукой, которая называется баллистика, то я могу вам рассказать.
— Нас интересует лишь то, выпущены ли из одного и того же оружия эта пуля и та, которая убила миссис Сэнфорд, — холодно заявила Эйприл.
— И мы, собственно, уже знаем это без тебя, — высокомерно добавила Дина.