Ты моя, Эмилия (СИ)

— Да, действительно, повезло, — соглашаюсь я. — Прощайте.
Мы выходим, и дверь за моей спиной оглушительно хлопает, словно отрезая меня от всего остального мира, показывая, что я для него умерла, и вернутся мне в эти гостеприимные стены больше не суждено.
  
Глава 37
 
Глава ковена, первый придворный маг королевства и правая рука его величества мне представлялся совершенно другим. Я думала, что магистр Катэль ан Оссиан будет похож на Мерлина или Дамблдора, с густой бородой, старый и дряхлый. Передо мной же возвышается довольно-таки крепкий, хоть и пожилой мужчина. Из растительности у него на лице топорщатся только пышные, но весьма аккуратные, усы. А переносицу украшает пенсне. Он с интересом взирает на меня, даже обходит по кругу, чтоб лучше рассмотреть.
— Это она? — удивленно поднимает брови, обращаясь к Морису.
— Совершенно верно, — кивает тот. — Около трех месяцев назад с дочерью попала в наш мир, магические способности не афишировала. Во время допроса продемонстрировала навыки телекинеза.
Они разговаривают так, словно меня нет рядом. Такое отношение мне неприятно и, мягко говоря, раздражает, но молчу, крепко стиснув зубы. И, чтобы не сорваться, разглядываю кабинет.
Главнейший из магов обладает весьма уютным личным помещением. Комната достаточно просторная и светлая, с огромным секретером у стены, большим дубовым столом, за которым как раз таки и сидел маг, перед моим приходом, и единственным стулом для посетителей.
— А дочь где? — хмурит брови мастер ан Оссиан и удрученно оглядывается, словно в поисках оной.
— Дочь? — чешет затылок Морис.
— Ну, ты же сказал: “С дочерью”. Так, где она? — начинает закипать глава ковена.
До стражника, наконец, доходит, что сделал он явно что-то не то. Возможно, в другой ситуации я б его и пожалела, с таким-то тиранистым начальством попробуй останься нормальным. Но сейчас идет речь о моем ребенке, и я искренне желаю, чтоб верховный маг его размазал по стенке. А потом и сам бесследно исчез и с лица земли, как Атлантида в пучине морской.
— Там осталась, — едва слышно отвечает Морис и нервно сглатывает
Лицо Катэля бледнеет от злости. Он срывается на крик, едва не брызжа слюной.
— И ты ее не привел?!
Бедняга Морис ошарашено хлопает глазами, Кеган и вовсе дрожит как лист на ветру. А я еще раз убеждаюсь, что забрать Сеню из комнаты было хорошей идеей. Кто его знает, попадись она паладинам на глаза в тот момент, когда меня уводили, не умыкнули бы ее бравые служаки просто так, со мной за компанию.
— Идите обратно и требуйте отдать еще и ребенка! — приказывает слегка успокоившейся магистр ан Оссиан, и я в этот момент очень надеюсь, что Лендон с моей доченькой уже очень-очень далеко, в каком-то укромном тихом месте.
— Не знаю, получиться ли, — бормочет опустивший голову паладин. — Король, вроде как, благосклонно к ним относится. Защищает. Ее вон тоже не хотел отдавать, пока она в его величество чашкой не запустила.
— А ты пойди и узнай, — рычит мастер Катэль, теряя терпение.
Стражи бросаются вон из комнаты, и мы остаемся наедине. Маг еще раз обходит меня по кругу, чуть ли не в зубы заглядывает, оценивая, словно скотину на рынке.
— Ничего так, — делает вывод он. — Сколько тебе лет?
Мрачно смотрю на него, не зная, что ответить. Зачем ему мой возраст? Для протокола?
— Ты что, немая? — хмыкает десница его величества. — Язык проглотила?
— Двадцать четыре, — цежу сквозь зубы, впиваясь ногтями в кожу на ладонях. Только б не сорваться, может у меня еще есть шанс выбраться отсюда. Сбежать. Забрать дочь и спрятаться где-то в отдаленной глубинке страны, куда щупальца паладинов не доходят. Пускай думает, что я смирилась со своим положением.
— Немного старовата, но Габриэлю сойдешь, — выдает маг и пребольно хватает меня пальцами за подбородок, пристально впиваясь взглядом в мое лицо и не позволяя отвести глаза.
Габриэлю? Тому самому Габриэлю? Для чего я ему сгожусь? Ничего не понимаю.
 
— Зачем я Габриэлю? — все-таки умудряюсь спросить, сильно искажая звуки.
Маг хитро прищуривается, и его губы расползаются в гадкой улыбке.
— Зачем? О, ты очень нужна и ему. И мне, — мерзко хихикает старик. — Пришельцы обладают колоссальным магическим потенциалом, который полностью передают своим потомкам. В отличие от нашей магии, ваша не слабеет с каждым поколением. А если скрестить одного из вас с каким-то одаренным местным, то результат умножается. Это невероятно. И чудесно. Многие годы я потратил на исследования природы попаданцев, и вот оно ─ идеальное решение. Габриэль — венец моих экспериментов. Совершенный. Сильный. Уникальный. Но, к сожалению, не способный полностью передать сие наследие детям. А вот ты… Ты совсем другое дело. Твоя кровь и магия даже ту жалкую часть, которая останется в ребенке, способна умножить в десятки раз.
Глаза этого сумасшедшего лихорадочно блестят, и я невольно пытаюсь отшатнуться, но его рука продолжает крепко удерживать меня.
— Тихо-тихо, — понизив голос до шепота, успокаивающе шепчет псих. — Не надо бояться. Наоборот, гордись, что ты и твоя дочь послужите на благо королевству, а не будете влачить жалкое и бессмысленное существование, умерев как скот. А теперь спи!
Мои глаза сами по себе закрываются, а сознание обволакивает мягкая пушистая дымка, мысли становятся вялыми, затем вовсе ускользают. Последнее, что я слышу это звук открывающейся двери и знакомый голос сэра Волдо.
— Отец! Зачем она нам?
Габриэль назвал мага своим отцом? Не может быть!
Хоть мое состояние сейчас чем-то напоминает транс, но удивление все же проскакивает юркой змейкой где-то там, на задворках разума.
Я продолжаю стоять, а сознание будто ускользает в сладкую липкую дрему. Голоса доносятся словно издалека, как звук телевизора, когда включаешь фоном какую-то передачу, чтобы, занимаясь домашними делами, не оставаться в пугающей тишине. Смысл сказанного понимаю с трудом, продираясь через затуманенные гипнозом мысли.
— Как зачем? — отвечает Катэль, проводя рукой по моим волосам. — Ее магия, твои способности, и мы получим совершенное существо, идеального правителя, моего внука и наследника престола.
— Какая магия, отец, — яростно кричит Габриэль, едва не сшибая меня с ног волной своего гнева. — Она пустышка. Полностью. Ее дочь, вот кто обладает настоящей силой! А эта просто мусор!
По комнате разливается гулкое тревожное безмолвие.
— Как пустышка? — растерянно шепчет пришедший в себя магистр Оссиан. — Мои паладины воочию видели ее в деле.
— Они ошиблись, ─ скрежещет зубами Волдо. ─ Я был в Колчестере до нападения ручных собачек Дейма, если ты не забыл. Ее дочь зачислена в магический класс. Теперь-то документы все утеряны, от школы почти ничего не осталось, но я лично прошерстил картотеку в директорском кабинете. Есения Ливитт успешно сдала тесты на магические способности. Стихия воздух. Потенциал выше среднего.
Ах, вот, что он делал в Колчестере! За нами следил? Получается Габриэль не только сводный брат Дориана, а еще и паладин. То есть наша судьба была предрешена с самого начала? Становится настолько страшно, что даже мое неконтролируемое тело охватывает озноб. Один неверный шаг, и мы могли распрощаться со свободой еще месяц назад.
— Уволю придурков! — рычит вероломная десница короля.
— Ну, дочку хоть додумались привести? — устало вздыхает Волдо.
А я довольно расслабляюсь и благодарю высшие силы за столь недалеких следователей.
— А ты как думаешь? — хмуро отвечает магистр. — Ну, с паршивой овцы хоть шерсти клок, возьму эту на другие эксперименты. А дочери сколько лет?
 
— Пять недавно исполнилось, — глухо отвечает Габриэль.
— Сильная, говоришь, ─ задумчиво тянет маг. ─ Может сие и к лучшему. Подождем годков тринадцать — пятнадцать, зато будет время воспитать тебе идеальную жену. А пока займемся устранением этих Риелей, они у меня уже поперек горла сидят.