В пламени ветра (СИ)

— Ларк, ты слышала новости про Ветча?
Я кивнула.
— Да. Он тебя уже выгнал?
Опустив голову, она прижала к глазам ладони.
— Он угрожал моему ребёнку, Ларк. Сказал, что полукровок нужно истреблять как шавок, кто они и есть на самом деле.
Пета низко и протяжно зашипела. Я была с ней солидарна. Я села на бревно рядом с Беллой.
— Тогда тебе не следует оставаться здесь, Белла. Это небезопасно.
— Но куда мне идти?
Я взяла её за руку и легонько сжала пальцы.
— Тебя смогла бы приютить Финли, пока мы все не удалим.
Белла сжала челюсти.
— Думаешь, я смогу туда вернуться, после того что сделал Реквием?
Сжав её руку, пристально посмотрела на неё.
— На что ты готова ради безопасности собственного ребёнка? «Свет во тьме», так сказала Богиня-Мать. И этот свет оборвется, если Ветч пойдёт по выбранному пути.
Она всхлипнула.
— Как отец мог так поступить с нами? Как он мог оставить Ветча своим преемником?
Я приобняла её.
— Я не думаю, что было именно так. Знаю, он не мог мыслить здраво…
— В том-то и дело. Казалось, что он стал самим собой. Ни вспышек гнева, ни странных распоряжений. Никаких глупостей. Ферн говорила даже, что он обсуждал с ней поиски Кассавы. О том, чтобы наконец разобраться с ней. Это последнее, что он говорил перед своим исчезновением, — шмыгнув, она подняла голову. — Я не понимаю, почему он бросил нас вот так.
Возможно, он отправился на поиски Кассавы. Но тогда он в смертельной опасности и морально, и физически.
— Возможно, уход был не его решением, — проговорила Пета. — Сила Духа прекрасно маскирует все, Белла. Если Кассава поступала так, как я понимаю, и стольких кругом контролировала, то ты сама должна помнить невозможность противиться её силе. Внушение заставляет думать, что решения ты принимаешь сам.
Белла закрыла глаза, в уголках глаз выступили слезы, чтобы упасть на подол платья.
— Я помню.
— Тогда ты прекрасно понимаешь, что твой отец мог остаться под внушением.
Кончик левого уха Петы дернулся, когда она говорила.
— Пета, — спросила я, — кто это может быть? У Кассавы больше нет кольца.
Пета сверкнула глазами на меня.
— Есть ещё кое-кто, способный управлять Духом. И его последние действия говорят о принадлежности к её лагерю.
Чёрный Дрозд.
— Тогда он должен быть здесь, в Крае, чтобы манипулировать отцом.
— Подождите, о чем вы говорите? — потянула меня за руку Белла.
— Чёрный Дрозд, он один из людей в мантии. Тот, кто действовал вместе с Кидой. Он обладает всеми пятью элементами, Белла, — я замолчала, чтобы она осознала мои слова, и поняла по её глазам, что так и произошло.
— Всеми пятью? Ты уверена?
— Да. Он всегда носил мантию, укрытую его силой, и оставался неузнанным. Были ли донесения о ком-нибудь подобном?
Она покачала головой.
— Нет, не было. После ухода отца я читаю все отчёты.
Я встала и протянула ей руку.
— Нам нужно увести тебя отсюда. И Кактуса тоже.
— А как же ты, Ларк? Ты сама полукровка, и, не сомневаюсь, Ветч мечтает о твоей смерти.
Её слова не должны были удивить меня. Но, возможно, какая-то часть меня все ещё надеялась, что мы с близкими сможем ужиться. Что когда-нибудь мы действительно станем семьёй. Глупая Замарашка, семья — это не для тебя.
Пета спрыгнула с плеча на землю перед нами и обернулась в снежного барса.
— Только через мой труп.
— Превосходно, — прозвучал голос слева от нас, — никогда не любил кошек.
Мы развернулись, и я отодвинула Беллу себе за спину. Ветч стоял, уперев руки в бедра. Он представлял собой юную версию нашего отца. Коренастый и мускулистый мужчина с тёмными волосами и зелёными глазами. Полагаю, он выглядел привлекательным, но жестокая ухмылка превращала его в чудовище в моих глазах. С обеих сторон от него стояли два фамильяра. Один — небольшой медведь, другой — собака хаски. Это двое из трех фамильяров отца. Третьим был ястреб, которого я не видела вот уже много лет. Позади них стояли четыре охранника Края с поднятым оружием и козырьками, скрывающими лицо практически до рта.
 
Пета зарычала, оскалившись.
— Собака? И это твой фамильяр? Теперь понятно, почему Край называют местом разведения слабаков.
Хаски завыла и шагнула вперёд. Ветч пнул её в бок ботинком, попав по ребрам.
— Я же сказал ждать.
— Белла, — я протянула руку назад, и она взялась за неё. — Ожерелье, комната Путешествий. Не останавливайся ни с кем.
— Я не оставлю тебя, Ларк.
Ветч потянулся к своей силе Земли, и по рукам побежали зелёные всполохи, давая понять, что он задумал. Земля под нами должна стать зыбкой на пару секунд.
— Ты спасла меня в Шахте с помощью своей силы. Теперь моя очередь спасти тебя своей, — я отпустила её и схватила свое копье, соединив обе части. — Живо!
Звук взметнувшихся юбок, и Белла побежала. Один из охранников бросился за ней, и Ветч щелкнул пальцами. — Мы потом её догоним. С ней будет легко. А как бы еще она понесла от ублюдка Ундины?
Охранники загоготали, и внутри все раздуло от злости. Мерзкие Ублюдки. Ветч снова сконцентрировался, и села потекла от него к земле.
— Зыбучий песок.
Едва я произнесла это, как земля под ногами заходила. Пета отскочила в сторону, а я прыгнула на Ветча. Его брови взмыли вверх, а рот открылся, когда я ударила его серединой своего копья в грудь и повалила на землю. От удара треснули ребра, и в воздухе отчётливо прозвучал их хруст. Он остервенело пытался отдышаться.
Охранники Края шагнули вперёд, окружая меня. Тот, что слева, первым пошёл на меня, нацелив меч мне в грудь.
— Полукровка-потаскушка.
Я отбила меч вправо, скользнув копьем по лезвию до основания меча и воткнула его в руку охранника. Он с криком выпустил меч. Размахнувшись, я древком ударила его по голове, отчего он упал рядом с Ветчем. Второй охранних схватил меня сзади.
— Держу её. Вы двое, вскройте её.
Он обхватил меня руками и сжал как удавка. Я не стала сопротивляться, а вместо этого подняла обе ноги, и ему пришлось посностью удерживать мой вес. Он пошатнулся вперёд — я совсем не девочка-цветочек — а я качнулась в сторону. Мы рухнули на землю так, что я оказалась сверху. На меня набросился один их его дружков, нацелившись мечом в голову. Я дернулась в сторону. Меч просвистел в воздухе там, где долю секунды назад была моя голова.
Хруст костей и звук разрезаемой плоти сообщил мне все, что нужно; я не стала оборачиваттся, чтобы смотреть на произошедшее. Оставшиеся два охранника попятились, когда я встала.
— Вы оба точно хотите закончить этот танец?
Они переглянулись, замотали головами и бросились прочь.
— Не думаю.
Не успела я отметить победу, как на меня обрушилось размытое пятно коричневого меха и тяжёлого мускусного запаха. Я полетела через папоротники и кусты, пока не остановилась у секвойи. Я прикоснулась к силе Земли и зачерпнула её, готовясь воспользоваться ею. Ветч снова встал, тяжело дыша и прижимая руку к груди.
Он злобно глянул на меня, а потом ткнул трясущимся пальцем.
— Убить её.
— Ветч, это неправильно, — мне все ещё хотелось верить, что его можно образумить. — Твоя мать ошибалась, полукровкам тоже есть место в этом мире.
На меня бросился медведь, в лучах пробивающегося сквозь ветви деревьев солнца его шерсть бликовала. Его звали Кару.
Я увернулась от первого рывка бурного медведя. Едва. Он взревел, пасть завибрировала от боевого клича.
Я могла бы побороть его, ранить и забрать у Ветча. Я могла разрезать его на части, и Пета помогла бы мне, я это точно знала. Наши взгляды встретились.
Боль. Стыд. Страх.
Я махнула копьем и вогнала его наполовину в землю, опускаясь на колени, что могло означать мою смерть. Но я верила Духу, распознавшему эмоции, исходившие от медведя.
— Кару, он не заслуживает никого из вас обоих, — я удерживала его взгляд. — Он забыл, что ты компаньон, наставник, тот, кого он должен считать другом и доверенным лицом. Как забыл и мой отец.