Золушка для сицилийца (СИ)
Брунетти прижал меня под ребра одной рукой, а вторую легко и без препятствий всунул под резинку бриджей. Протолкнул пальцы ниже до самого кружева белья. И я только и смогла, что снова охнуть, когда он бесцеремонно залез в трусики. Но гладкому лобку спустился еще ниже.
— Раздвинь немного ножки, — пошло скомандовал мой демон искуситель. И тут же лизнул мои губы с бешенным азартом в зрачках.
— Раздвинь, говорю! — повторил сицилиец и снова лизнул кончиком языка мою верхнюю губу, намекая на то, что он придумал.
С выдохом полным истомы, я подчинилась и развела колени. Пальцы Брунетти легко проскользнули в мокрое лоно. Растягивая и проникая все глубже, по скользкому следу возбуждения.
— Твою мать, какая ты тесная и мокрая, — сквозь зубы прорычал Арманд, упираясь лбом в мой висок. И член его твердый невольно дернулся под моей попой. Очень он хотел очутиться на месте пальцев.
Арманд начал интенсивно насаживать меня, протыкать двумя пальцами в самом интимном месте. Большим то и дело массировал клитор по кругу. Надавливал и отпускал. Всовывал пальцы глубже, доставал, исследуя мои губки, ощупывая и снова нырял вглубь.
В исступлении я прикусила его плечо и дышала носом.
— Малышка, такая мокрая, готовая под меня. Точно хочешь терпеть до моей комнаты?
— Точно, ооо, — между стонами я с трудом соображала, что он говорит.
И нет, совсем не точно. Я очень хотела его оседлать, принять в себя корабельную мачту под самые ребра. Но косые взгляды водителя чуть остужали мой пыл. И я лишь сильнее прикусывала плечо сицилийца.
— Дать тебе кончить или помучать, чтоб не брыкалась, когда приедем? — с тяжелой вымученной улыбкой прошептал Брунетти.
— Пожалуйста, я приду. Обещаю, — хныкала я потеряв всякий стыд. Сама подавалась бедрами вперед на пальцы. Хлюпающие позорные звуки были громче музыки. Я краснела и бледнела, но если б сицилиец сейчас остановился, я бы его убила! Сначала трахнула, а потом бы убила! Трахнула бы несколько раз. Много раз! Все таки не убивала бы. Слишком хорош…
— Хочешь кончить, малышка? — зацеловывая мою шею, говорил Арманд.
— Хочу, — выдохнула я свое поражение.
— Хорошо. Умничка. Просунь ручку мне в ширинку. Помоги мне тоже, — вдруг предложил Брунетти.
Это не честно! Так нельзя. Я ведь только дотронусь к его члену, как сама выгоню водителя и заскочу на него верхом.
Но соблазн слишком велик, как и достоинство сицилийца. И я совру, если скажу, что не мечтала все это время коснуться его.
Я просунула руку между нашими спаянными телами. Очень неловко и долго боролась с проклятой ширинкой. То и дело оглядывалась на водителя. Но он больше не смущал своими заинтересованными взглядами. Вышколен, гад. Видно Брунетти не раз развлекался подобным образом при нем в машине с другими девушками. Моделями…
Черт, сучки, проваливайте из моей головы и пусть утихнет неуемная ревность и воскреснет мертвая самооценка. В тот момент я стала очень плохой девочкой, почти стервой.
И таки просунув ладошку в тесное белье, обхватила колечком пальчиков тугой горячий ствол.
Арманд откинулся на сиденье и прикрыв глаза громко ахнул. Его пальцы во мне заторопились. И я смогла несколькими движениями поласкать и помассировать крупный тяжелый член, как сама закатила глаза в наслаждении. В моем лоне заметались искры оргазма. Меня словно закоротило на долгий миг эйфории.
Брунетти свободной рукой придержал мою спину, чтоб я не расстелилась на сиденье, падая от кратковременного обессилия.
— Мм, как же красиво ты кончаешь, малышка! — прошептал он восторженно.
И только от этой тихой похвалы, я готова была еще раз испытать оргазм, только уже ментальный.
Несколько минут я приходила в себя в его объятиях. Растворялась в этом чудесном мгновении. В голове и в животе стало легко и щекотно, словно там запорхали счастливые бабочки. Мне так давно не хватало нормального эмоционального секса! Мужчины рядом, которому я нравлюсь, что я просто сходила с ума от накатившего блаженства.
Эх, Машка, Машка! Поплыла ты окончательно на сицилийские берега!
Арманд неторопливо прихватывал губами пульсирующую венку на моей шее. Поглаживал мою спину, перебирая волосы в хвосте. И медленно толкался членом мне в ладонь. Его царский орган требовал к себе внимания. Хотел испытать то же, что и я.
Услышав его мольбу и почувствовав эти толчки, я усерднее начала оглаживать его. Ощущая под пальцами бархатную кожу и выпуклые полоски вен, круглый край возбужденной головки. Я села удобнее. И продолжила то, что сама и начала. Провела по стволу до основания, до высоких мягких волос. Брунетти довольно хмыкнул, поощряя мои действия.
— Малышка, сожми чуть сильнее…Да. Вот так. Быстрее…Мм.
Доводить такого крутого мустанга до финиша было следующим моим достижением в своей скромной жизни. Это было волнительно. Так круто, что я простая Машка, имею доступ к этому альфачу. Руковожу его наслаждением.
Арманд вытащил руку из моих бриджей и протолкнул влажные пальцы в мой рот. Я покорно облизала и втянула их глубже. Это было до того развратно и порочно, что я снова начинала возбуждаться. Рядом с таким роскошным самцом, мне казалось, что я сама становлюсь течной самкой.
И чего я глупая, сбегала и пряталась от него все дни?!
Брунетти внимательно следил за своими пальцами на моих губах. Затем убрал их и резко поцеловал меня. Глубоко. Слизал своим языком мой вкус. С тихим рыком толкнулся резче бедрами в мой кулачок. И я почувствовала, как его орган напрягся. Арманд отстранил меня. Накрыл ладонью свое извержение белесой магмы, чтоб не запачкать одежду. Несколько секунд он ловил свое инферно. Затем потянулся за влажными салфетками в панеле двери. Стер следы нашего преступления.
* * *До особняка Джованни сицилиец так и не выпустил меня из рук. Исколол колючей щетиной все щеки и шею. Нацеловывал меня так смачно и жадно, будто он вообще никогда в жизни не целовался. А я продолжала таять мороженым в его руках. Стекать от такого долгожданного удовольствия.
Когда авто остановилось, сицилиец нехотя выпустил меня из объятий со словами:
— Малышка, я жду тебя в комнате. Третий этаж, первая дверь справа. Запомнила?
Я кивнула, в уме повторив несложные ориентиры.
— Поторопись, Мария, чтоб я сам за тобой не пришел!
— Я приду. Приду, — говорила я, целуя Брунетти в ответ.
Выскочила из авто и побежала к своей комнате, оборачиваясь и ловя на своей фигурке голодные взгляды сицилийца.
Ох, Машка! Ты встряла! В самый зыбучий песок угодила!
Как я не противилась, но случилось непопровимое. Кажется я влюбилась в мужчину. Так сразу. С первого взгляда. Еще когда только увидела, а теперь сдалась. И как же я теперь уеду…