Полководец поневоле (СИ)

О том, что наступило, собственно говоря, само время ужина я понял по тому, как в зал стали заходить обнажённые танцовщицы, появилось много музыкантов и сидящие за столами люди явно расслабились. Мои догадки оказались верны. Заиграла музыка, красивые, умащённые маслом и благовониями тела девушек и юношей пустились в пляс, а привычная мне заунывная музыка обрела хоть какие-то весёлые нотки.
Вскоре на столы слуги стали приносить еду, и когда они стали ломиться от неё, к нам с Хатшепсут подошёл распорядитель дворца. К ней он обратился первой.
— Его величество, как обычно?
Она молча кивнула, и он обойдя спереди её трон подошёл ко мне, низко поклонившись.
— Прошу меня простить Твоё величество, как будет удобно ужинать царю?
— Так же, как и моя царственная сестра, — ответил я, делая знак Хопи.
Тот отошёл от стены и подошёл к нам.
— Но с небольшим дополнением, — обратился я к управляющему, — те блюда, что будут предназначены мне, будут с кухни сопровождать моя охрана.
— Как будет угодно Его величеству, — он, прежде чем ответить, покосился на Хатшепсут и она нехотя кивнула.
Хопи отошёл с ним и я увидел, как два легионера уходят вместе с управляющем из зала.
— «Наверняка на кухне они ещё и заставят его самого всё попробовать, — про себя улыбнулся я».
По знаку царя, все стали есть и разговаривать. Гул человеческих голосов стал даже перекрывать музыку. Прямо перед нашим троном три очаровательные темнокожие нубийки стали исполнять полный чувственного эротизма танец, лаская друг друга губами и языками.
— Развейте мои сомнения, моя царственная сестра, — я отвёл взгляд от обнажённых девушек и посмотрел на Хатшепсут, которую тоже мало волновали танцы.
— Если это в моих силах, мой царственный брат, — спокойно ответила она.
— Зачем нужен этот ужин? Прибывающая армия не опасна для Его величества.
— Просто отдохнуть? Насладиться красивым танцем. Послушать музыку? — она посмотрела на меня своими тёмными глазами.
Я фыркнул, так меня рассмешили её слова.
— Его величество уже должно было знать, меня привлекают совершенно другие вещи.
— Сражения и кровь, — она покачала головой, — что можно было ещё ожидать от бога войны.
— И тем не менее, Его величество от чего-то решило это ещё и проверить на себе, — улыбнулся я, — но спасибо за казну, золото никогда не бывает лишним.
Её маска спокойствия дрогнула.
— Меня заверяли, что Его величество потерял все свои силы, — настороженно ответила она.
— Ой, Его величество заверяли и во многом другом, — лениво отмахнулся я, — что мне предоставили дворец вместо лачуги крестьянина, подарили богатые дары, вместо которых прислали гниль. Это не мои проблемы, что Его величество выбрала себе в окружение тех людей, которые захотели похоронить наши хорошие отношения.
Поняв, что разговор стал серьёзным, я жестом руки отогнал от нас танцовщиц. Чтобы у них не было даже шанса услышать произнесённые на обоих тронах слова.
— Почему же тогда Его величество об этом лично мне не рассказал? — удивилась она.
— Зачем? — удивлённо спросил я её, — это что-то бы изменило? Его величество наказала бы близких ей людей? Я сильно в этом сомневаюсь. Вон Сененмут, например, всё так же справа от трона Его величества. Он своим длинным носом лезет во все государственные дела, а самое важное, что ему поручили — присматривать за Нефрурой, он видимо за своей занятостью не смог осуществить. Если честно, я бы казнил его в тот же час, когда умерла принцесса, вместе с садовником и всеми, кто был с ней в саду и не смог обеспечить её безопасность.
Лицо Хатшепсут исказилось болью.
— Он наказан, но по-своему, — нехотя произнесла она.
— Как я уже сказал, не моё дело указывать Его величеству, как править государством, — я пожал плечами.
— То есть договориться мы уже не сможем? — она пристально посмотрела на меня.
— Его величество готова поменяться со мной местами в календаре? — искренне изумился я, — что случилось? Сотис вчера зашёл на небе или песчаные бури больше не тревожат Фивы?
 
Хатшепсут недовольно посмотрела на меня.
— Усерамон сказал мне, что Его величество Менхеперра хотел бы договориться, — намекнула она, — но у меня есть условия.
— Они есть у всех Твоё величество, — я отвёл от неё взгляд и посмотрел на раскрепостившихся со временем людей. Которые, поев и немного выпив, стали периодически выхватывать из танца танцовщиц и усаживать их себе на колени, что-то жарко шепча им на ухо. Кое-кому понравились музыканты и они, переставая играть подходили к сановнику ближе, когда он требовательно показывал на кого-то из них пальцем.
— Чего ты хочешь? Я не понимаю, зачем ты просил Усерамона поговорить со мной о примирении, а сам его при встрече отвергаешь, — устало спросила она.
— Будешь ли ты противостоять мне, если мы сочетаемся браком? — поинтересовался я у неё, заставив вздрогнуть от этого предложения. Неожиданная идея, только что пришедшая мне в голову, показалась внезапно интересной.
— Ты сейчас это серьёзно? — она отбросила официальный стиль общения, — ты готов взять меня замуж?
— Что тебя беспокоит? Я бог, ты жена бога и плоть от плоти бога, — я пожал плечами.
— Меня беспокоит интимная сторона дела, — огрызнулась она, — я слишком стара, чтобы выносить и родить тебе здорового ребёнка. Если бы могла, я бы не страдала сейчас муками выбора, после смерти моей любимой Нефруры.
— Этого я и не потребую от тебя Хатшепсут, — я повернул голову и посмотрел ей в глаза, — мы не будем с тобой спать, ты можешь это делать с кем угодно из мужчин на свой выбор, но разумеется тайно.
— Тогда сразу встаёт вопрос престолонаследия, — мгновенно обозначила она главную проблему наших взаимоотношений.
— Чем тебе не понравились мои ещё не рождённые дети? — удивился я.
— Я знаю о твоих договорённостях с родом Пен-Нехебета, — сказала он, — меня они не устраивают, как и дети от этого брака.
— А кого хотела бы ты?
— Ты что, готов взять в жёны ту девушку, которую назову я? — глаза женщины расширились, — детей от неё я приму, как родных.
— Снова неизвестная мне невеста? — изумился я, — и кто же она?
— Меритра Хатшепсут из рода, что предан лично мне, — ответила Хатшепсут, а её крылышки носа от волнения стали даже чуть шевелиться, — в ней и её семье я уверена целиком.
— «Да неужели?», — я так сильно изумился, что едва не раскрыл рот. Проблема в названом имени девушки и её роде была в том, что не далее, как три дня назад Усерамон переставил мне саму девушку и её отца, заверив при этом, что этот Род целиком и полностью предан мне. А тут такие подробности внезапно открываются.
— «Совсем недавно я, зная, что Меритра Хатшепсут мать будущего фараона Аменхотепа II, хотел сам затащить её в постель, — лихорадочно думал я, — тем более девушка даже красивее Сатии. Но теперь, даже уже и не знаю, что делать».
— Ты колеблешься! — победно улыбнулась Хатшепсут, видя мою задумчивость.
— Нет, почему же. Я согласен, — я поднял на неё взгляд, чем по-настоящему удивил её.
— Ты правда серьёзно? — она всматривалась в мои глаза, но я действительно, чем больше думал о своём неожиданном сватовстве, чем больше находил в нём преимущества лично для себя. Никакой гражданской войны, никаких восстаний жрецов до поры до времени, пока я не войду в полную силу. Да, противостояние мне и моей политики однозначно будет, но если Хатшепсут реально меня поддержит, а не номинально, это будет совсем другое правление, чем было у Тутмоса III, который получил всю полноту власти лишь на 22 году жизни, только после того, как окончательно отстранил Хатшепсут от власти.
— Если ты прямо сейчас поклянёшься своим посмертием мне, богу Монту, что будешь хорошей женой, — ответил я, — то да, я не вижу никаких преград для свадьбы.
Вот тут уже заколебалась Хатшепсут, клятва, да ещё как она думала данная богу, была слишком серьёзным решением.
— Ты колеблешься! — передразнил её я.