Мама для малышки, или Надежда в подарок (СИ)

— Отлично! — восклицает он.
— Вы можете оставить заказ и у нас на сайте, — вклинивается Маруся.
— Даже так? — приятно удивляется Игнат. — А адрес можно?
— Вот! — Довольная собой девушка протягивает ему визитку моего салона с такой обворожительной улыбкой, будто предоставляет свои персональные данные, и исключительно для личных целей.
Внутри что-то острое колет прямо в сердце, дух захватывает, и я словно выныриваю из вязкого болота. Встряхиваюсь, делаю шаг к прилавку и с холодной улыбкой профессионального начальника обрубаю «неуставные» заигрывания с клиентом.
— Маруся! — чеканю почти генеральским голосом, прожигая ее холодным взглядом. — Этот букет, — указываю на то, что «не продается», — упакуй, пожалуйста.
— Но… — начинает она растерянно, но тут же смолкает и лишь тихо добавляет: — А цена?
— За наш счет, — безапелляционно заявляю я. — И заказ я сама приму, чуть позже.
— Хорошо, Марина Евгеньевна, — суетится она, оформляя выбранный букет.
— Спасибо, Маруся, — вежливо благодарю девушку, забирая «покупку».
— Отличных продаж! — добродушно желает ей Игнат.
Девушка в ответ лишь кивает нам, старательно делая вид, что нисколечко не заинтересована в происходящем, даже переключает внимание на подошедшую парочку. Но я чувствую затылком ее взгляд. А Игнат тем временем, демонстративно приобняв меня за талию, берет Фани за руку и неспешной походкой уводит нас от прилавка.
Только когда мы отходим на приличное расстояние, я вздыхаю свободно, словно все это время и не дышала. Голова слегка гудит, и руки дрожат.
— Завтра все в салоне будут думать, что… — И осекаюсь, понимая, что мои растерянное возмущение приобретает словесное выражение.
— А это не так? — словно угадывает мои мысли Игнат, при этом чуть крепче прижимая к себе. — Так, может, стоит сделать так, чтобы пересуды имели под собой реальную почву.
От неожиданного предложения застываю на месте. Смотрю на него, пытаясь понять реальность его намерений. В горле застревает ком недоумения. Мы стоим посреди прогулочной тропы, тонем во взглядах друг друга и безмолвно общаемся.
«Ты сейчас серьезно?» — гласит мой взгляд.
«Абсолютно!» — Улыбка в уголках красивого рта и легкое пожатие плеч являются ответом.
«Но…» — пытаюсь выдать на-гора массу версий против.
— А мы не будем действовать по правилам, — все так же улыбаясь, тихо говорит Игнат. — Мы создадим свои, — предлагает он так уверенно, что у меня нет даже повода ему противоречить, — но поговорим об этом чуть позже, хорошо? А пока…
Он забирает из моих обессиленных рук букет, который тут же у него перехватывает Фани.
— Он такой красивый! — делится впечатлениями маленькая ценительница. — И столько мишек! — Ее восторгу нет предела, а для меня это лучшая похвала, даже финансово не выразишь то, что она лишь одним своим воодушевленным видом.
Кажется, даже большую ель ей уже не надо, да и об остальных развлечениях малышка будто забывает напрочь. Прижимая к себе огромную и довольно тяжелую коробку, она аккуратно ступает по дорожке в сторону выхода.
— Мы же еще елку не выбрали, — напоминает Игнат малышке, тормозя ее и присаживаясь перед ней на корточки.
— Так у меня же вот! — Она чуть приподнимает букет.
— Мишки будут в твоей комнате, но елочка с ними маленькая, — терпеливо объясняет он дочери. — Под нее Дедушка Мороз не сможет положить большие подарки.
— Да? — недоверчиво спрашивает девочка и поднимает на меня доверчивый взгляд.
Киваю в поддержку отцовских доводов. Фани хмурит брови раздумывая.
— Ну и ладно! — машет она рукой, — не надо нам большую елку, пусть она в лесу растет. В ней же белочки живут, — произносит малышка так, будто мы, взрослые, вообще не понимаем простейших истин. — А я, просто не стану просить у Дедушки больши-и-и-и-их подарков, — добивает она нас своей непостижимой логикой, пытается развести руки в стороны, но коробка мешает. — А попрошу ма-а-а-аленькие, — лукаво улыбаясь, делится выходом из сложившейся ситуации. — Поехали домой? — склонив голову набок, скромно так предлагает.
 
— А как же домик Дедушки Мороза? — в один голос интересуемся мы с Игнатом.
— Точно! — восклицает Фани и начинает вертеть головой по сторонам с активностью флюгера в самый ветреный день.
Перехватываю инициативу, беря малышку за руку. Предлагаю Игнату все же прогуляться до авто, чтобы сгрузить покупки, а после продолжить прогулку.
— Вы меня тогда здесь подождите, — соглашается он, покупая нам горячие пончики и чай. — Не теряйтесь, — наказывает с наигранной строгостью и вскоре удаляется, нагруженный пакетами.
Фани забирается на высокую лавочку и чинно так жует сладкую сдобу, пачкая щеки в сахарной пудре. Я лишь потягиваю душистый напиток, согревая ладони и смачивая пересохшее горло. В голове, как на повторе, слова Игната, и я никак не могу утихомирить сердце, скачущее в груди, словно мячик для пинг-понга.
Смотрю на чумазую мордашку, в ее большие зеленые глазищи, где столько счастья, тепла и искренности, что душа выворачивается наизнанку, как только представлю наше расставание. Не смогу, точно не смогу. И пусть это «неправильно» с точки зрения принятых норм морали, вот в данный момент мне на них плевать! Я не делаю ничего предосудительного, я просто хочу чуточку счастья: для малышки, для себя и, наверное, для того мужчины, который так внезапно заполонил собою всю мою душу, все мысли и чувства.
— Ну что, идем?
Сильные руки вновь оплетают мою талию. Игнат стоит за моей спиной, крепко прижимая меня к себе и утыкаясь подбородком в мою макушку — так естественно, так привычно. А я прислушиваюсь к тем ощущениям, что вдруг всколыхнулись во мне.
Надежно, спокойно и уверенно я чувствую себя в его руках. С мужем даже в дни влюбленности такого никогда не было, даже в браке я не испытывала ничего подобного, не чувствовала мужа так остро и чутко, как чувствую этого пока еще постороннего мужчину… или уже не постороннего?
Да, Игнат прав: нам надо поговорить. Решить все тонкости нашего нестандартного трио. Но точно не под пристальным взглядом малышки, смотрящей на нас с восхищением и даже каким-то… предчувствием, что ли?
— Да. — хрипло слетает с моих уст.
— Да! — с восторгом вторит мне Фани, и я, умиляясь ее непосредственности, чуть отстранившись от Игната, вытираю румяные щечки салфеткой, смахивая с них пудру.
— Сейчас к Деду Морозу, потом на карусель, потом… — тараторит малышка, беря нас за руки.
— Фани, — с наигранной строгостью охлаждает ее пыл отец, — давай пока с двумя пунктами разберемся, а там видно будет.
— Ну ладно, — немного расстроенно надувает губки девчушка, но тут же меняет свое настроение на возбужденно-мечтательное, завидев впереди тот самый красный домик.
Небольшая очередь из таких же нетерпеливых карапузов распаляет Фани. И тому моменту, как подходит ее черед общения с бородатым исполнителем детских желаний, девчушка настолько заведена, что влетает в обитель Деда Мороза со скоростью межгалактической ракеты. Взрослых не впускают, и нам остается лишь ждать за дверью. Правда, справляется Фани со своими просьбами довольно быстро и со словами «Теперь на карусель!» тянет нас к очередному развлечению.
Время пролетает в веселье и праздной кутерьме, и когда от всей этой суматохи устает не только девчушка, но и мы, взрослые, то, не сговариваясь заваливаемся в ближайшее кафе и заказываем какой-то безумно простецкий обед.
— Ты подкинешь меня до моего дома? — решаюсь прояснить хотя бы чуть-чуть дальнейшие наши планы.
Фани, съев суп с фрикадельками и запив его компотом, убегает в небольшую игровую комнату, и мы за столом остаемся вдвоем. Самое время для разговора.
— Поговорим? — предлагает он так вкрадчиво, словно обдумывает ситуацию и подбирает правильные слова.
— Поговорим, — соглашаюсь, отпивая молочный коктейль из высокого бокала.
— Я не хочу, чтобы ты уходила от нас! — вот так, прямо в лоб, без намека и без утайки, выдает Игнат свои намерения.