Небесный Смотритель (СИ)

— Похоже… — эхом отозвался я. — Действительно ничего не понимаю. Если Цыган — это вы, но там — в реальности… Почему вы не превратились в человека и не начали этот разговор куда раньше?
— А сам как думаешь? — чародей нахмурился и скрестил руки на груди. — Скажем так, я очень хотел, но…
— Но не могли, — закончил я за него. — Не могли превратиться и заговорить.
— Вот сейчас молодец, быстро сообразил. И думаю, разговор следует начать как раз с объяснения, почему так произошло и кто я вообще такой. Меня зовут Аалуф, и несколько сотен лет назад я был одним из лучших чародеев Аве-Ллара. Тогда магия процветала в моем мире, и я с соратниками… Ну, мы сделали немало полезного. Потом… — он помрачнел, — кое-что случилось, и у нас, скажем так, возникли разногласия, в результате которых я и стал этим симпатичным черным зверем. Безмолвным, но осязаемым призраком себя самого. Долгие десятки лет я бродил по Аве-Ллару, смотрел на страшные плоды трудов моих собратьев по магическому искусству, — несложно было догадаться, что Аалуф имеет в виду Монстролуние, — которые являлись и результатом их трусости… Но об этом чуть позже. Я прожил долгую жизнь в облике пса — и продолжаю жить. А единственной моей целью стало… — он прервался и ожидающе посмотрел на меня.
— Встретить другого мага и отвести к вот этой штуке, — отвечая, я вытянул руку с камнем-мозгом.
— Необязательно именно к ней. Я расколол свой разум на много частей, так что в каждом месте, где раньше жили аве-лларские маги, есть тайничок с подобной безделушкой. Просто вам с Куртом ближе всего лететь оказалось до Слюдяных Руин. А вот если бы ты перенесся не в Прибрежный Полис, а, скажем, в Северный и там также встретил воздухоплавателя, то вам было бы логичнее исследовать Душный Котлован. Хотя, должен признать, он куда опаснее и недружелюбнее, нежели развалины замка, который когда-то принадлежал мне.
— Слюдяные Руины — ваш бывший дом?
— Именно, — с печальным вздохом кивнул чародей.
Несколько секунд я обдумывал услышанное. Потом спросил:
— Вы сказали, что если бы я оказался в Северном Полисе, то рано или поздно отправился бы исследовать некий Душный Котлован…
— Скорее всего. Учитывая твое похвальное стремление докопаться до истины, рано или поздно ты узнал бы об этом месте. И я сопроводил бы тебя туда и показал тайник с похожей вещицей, — кивок на камень-мозг.
— Вот именно… То есть, даже если бы я оказался в другом Полисе, наша с вами встреча все равно бы состоялась? Черный пес все равно нашел бы меня?
— Верно, Артем. Когда ты перенесся в Прибрежный Полис, я находился от него на довольно-таки большом расстоянии. Но почувствовал, что в Аве-Лларе наконец появился маг, и переместился к тебе, после чего взял под наблюдение. Ты же, — Аалуф усмехнулся, — обращался со мной как с домашним питомцем. Довольно забавно получилось, не находишь?
— То есть вы можете перемещаться в пространстве? Телепортироваться? Причем самостоятельно, не используя для этого никакие артефакты?
— И снова положительный ответ, — маг довольно улыбнулся. — Мне начинает нравиться наш разговор. Долгое время ты ломал голову над практически элементарной загадкой — взять камень-мозг в руку и погрузиться в сон, — однако сейчас стремительно наверстываешь упущенное. Но ближе к делу. Да, я действительно могу путешествовать по всему Аве-Ллару. Мгновенное перемещение в пространстве — один из немногих навыков, оставшихся со мной после случившегося, — произнеся последнее слово, Аалуф заметно помрачнел. — Также я могу без особого вреда для себя заходить в такие места, как Слюдяные Руины или Душный Котлован. Думаю, ты хорошенько прочувствовал, сколько там магической дряни. Соваться туда без защиты — самоубийство. В лучшем случае ты просто погибнешь, в худшем — обратишься в нечто, похожее на тех симпатяг, с которыми так умело сражался. Тут ты, несомненно, заслуживаешь похвалы.
— Спасибо, — пробормотал я, тщательно анализируя все услышанное. — Но ведь… тот вы, который сейчас стоит передо мной. Вы ведь не Цыган.
 
— Правильно. Цыган — это чудом избежавший гибели чародей, а я являюсь всего лишь частью его разума, отделенной и запечатанной в камень при помощи довольно сложного магического ритуала. Причем таких частей еще немало, они, как я уже сказал, разбросаны по всему Аве-Ллару. Мы все ждали своего часа уже очень долгое время.
— Но откуда вы тогда знаете обо всем, что происходило после того, как Цыган нашел меня? Вы — часть его разума, долгое время были взаперти. Причем изначально…
— Ты не учитываешь один нюанс, Артем. Между каждой частичкой разума Аалуфа и Цыганом есть прочная связь. Я, как и другие… гм… «жители» спрятанных артефактов, внимательно следили за всеми перемещениями пса, особенно с тех пор, как он добрался до тебя.
Вновь возникла пауза. Аалуф терпеливо ждал, когда я переварю все услышанное. Это оказалось непросто, но я вроде бы справился и задал следующий вопрос:
— Но почему все это произошло? Зачем было раскалывать свой разум, прятать его части по тайникам и так далее?
Чародей помрачнел.
— Потому, Артем, — ответил он, — что в Аве-Лларе произошло очень много плохого. И появление существа, которое теперь зовется монстром-Луной, было далеко не первым в череде страшных событий.
— Так расскажите мне обо всем! — я не выдержал и повысил голос. Слишком много времени и сил оказалось потрачено в тщетных попытках докопаться до истины. Но сейчас…
— Насчет рассказать — не знаю, — маг улыбнулся.
— Почему?! — все внутри полыхнуло гневом.
— Долгая история получится. К тому же лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Поэтому, — Аалуф вновь стал серьезным, — подойди.
Без тени сомнений я приблизился к чародею. Тот вытянул ладонь, коснулся моего лба. В голове словно что-то лопнуло, а перед глазами мгновенно потемнело.
  
Глава 18
 
Когда зрение вернулось — а произошло это довольно скоро, — я обнаружил, что смотрю на мир глазами другого человека. Вероятнее всего — Аалуфа. А спустя пару мгновений понял, что еще и… чувствую его чувствами. И это отнюдь не радовало.
Страшная головная боль, от которой, казалось, вот-вот затрещат кости черепа. Ломота во всем теле, жар. Хотелось затрястись в лихорадке, отчаянно клацая зубами, и сдерживаться было крайне нелегко. Но хуже всего была тошнота. Все внутри словно пропиталось ядом, и избавиться хотя бы от малой его части не представлялось возможным. При этом, получив доступ к разуму Аалуфа, я понимал: дурнота и все прочее действительно вызваны чем-то вроде отравления. Только вот отрава была очень необычной, и любые попытки при помощи магии ослабить симптомы лишь приводили к обратному эффекту. Становилось только хуже.
«Похоже, путь к правде окажется не из приятных», — подумал я, морально готовясь к тому, что буду чувствовать себя погано все время, пока длится видение.
Впрочем, с этим я готов смириться. Главное — понять наконец, что произошло в Аве-Лларе. Сейчас, когда мои родители либо на пути в этот проклятый мир, либо уже там, желание докопаться до истины стало в разы острее.
Аалуф сидел в небольшом, но богато украшенном зале. Окон не было, зато над головой чуть светился прозрачный витражный купол. Сидел маг за круглым столом из гладкого камня, похожего на мрамор. Столешница была покрыта вязью символов, а в центре медленно вращалась планета. По большей части синяя из-за обилия воды, с белыми мазками облаков самых причудливых форм и несколькими континентами. Аве-Ллар…
Маг был не один — в зале находились еще семеро чародеев. Все они сидели за столом, и глядя на них, я понимал: то самое «отравление», которое мучило Аалуфа, не обошло стороной и его собратьев.
Худые, бледные, измученные, они выглядели по-настоящему жутко. Каждый осознавал, что находится на грани, и, казалось, сам воздух в зале был пропитан их отчаянием и болью.
Один из магов, пожилой, с запавшими глазами и раздувшимися шейными лимфоузлами, чуть шевельнулся. Бордовая мантия висела на худых плечах словно на вешалке, белые волосы больше напоминали паутину, облепившую желтую кожу головы.