Измена (СИ)

Признаться во всем Дэвиду хочу не затем, чтобы уйти к другому мужчине, так дальше продолжаться не может. Сейчас я понимаю это осознанно. Да и к тому же мы с Маршаллом находимся в таком подвешенном состоянии «недоотношений»… вот как это можно назвать. Я не знаю, что он испытывает ко мне, кроме как желание. Влечение. Или же страсть. Точно так же, как и я сама понятия не имею, какую реакцию стоит ожидать от Хьюго на мое признание во всем Дэвиду. Как он отреагирует? Хьюго ведь мне ничего не обещал, я ему тоже. Будет ли он испытывать ненависть по отношению ко мне, если Дэвид из-за правды сорвется и испортит его жизнь в Гарварде? Хотя нет… Муж на такое не пойдет… Опускаться на подлость — не стиль Дэвида. Не его принцип. Да и я, если честно, не стану открывать завесу правды до конца. Он ничего не узнает. Не узнает, кто тот мужчина, что вскружил голову его женщине. И вообще ничего, ни единой малейшей информации о другом мужчине… И дело не просто в другом объекте влечения, воздыхания, а в том, что у меня внутри что-то надломилось еще в ту роковую встречу с Хьюго…
Что касается меня самой, то неожиданно возникшие и с каждым разом расцветающие чувства становятся все острее и ярче разгораются, находясь рядом с Фолегаром. С каждым днем все больше. Вчера, находясь в его мужских объятиях, я почувствовала, как сердце начало выплясывать кульбиты, заставляя все тело дрожать и пылать изнутри, хотя должна была страдать, наверное… От мысли, что он может однажды просто встать и в любой момент уйти из моей жизни, огонь страха разгорается с немыслимой скоростью и силой, полыхая неутолимым пожаром внутри, где-то в районе солнечного сплетения, ожигая своей энергией. Чувствую, что этот внутренний пожар вот-вот и спалит меня к чертовой матери. До пепла…
Никогда еще ничего подобного не испытывала. Во мне бурлит непередаваемая эйфория, в которой я стала ежесекундно нуждаться, как будто до этого все годы находилась в кислородном голодании продолжительное время, а сейчас вдруг вдохнула чистый и свежий глоток воздуха. Я точно знаю, что буду сравнивать с этим мужчиной всех, даже если он исчезнет из моей жизни однажды, оставив навсегда мою искалеченную душу. Всякий раз, находясь с ним, буду запоминать черты прекрасного мужского лица, что украшено изумрудными глазами, вздернутым прямым носом, пухлыми и чувственными губами, точеными скулами и впалыми щеками. Его рельефный торс, жилистые руки, высокое и стройное, атлетическое слаженное тело.
Поворачиваю голову, и мое и без того бешено стучащее сердце начинает биться еще чаще. Возникло в секунду необъяснимое и дикое желание прижаться к мужчине. Все это побудило здесь и сейчас наклониться к такому серьезному, я бы даже сказала, сосредоточенному лицу, повернутому в профиль, и нежно провести носом по щеке вниз и вверх, а затем обратно, повторяя ласковый маневр, едва ли улавливая и жадно вдыхая невесомый аромат мужского парфюма.
— Детка, прекрати сейчас же, иначе я возьму тебя прямо здесь. Прямо на оживленной машинами дороге, — хриплым голосом тихо проговаривает брюнет, оставляя легкий поцелуй на моих губах, на что я широко улыбаюсь в ответ, млея, как маленькая девочка. Склонив голову к крепкому плечу, еще раз вдыхаю неповторимый аромат, любимый мной, напоминающий смешение древесных нот с нотками сладкого лайма, рома и мяты.
Добравшись до нужного адреса, мы с нескрываемым интересом заходим в здание довольно-таки внушительных размеров, где свет зала по заказу организаторов показа занимает едва ли не самое главенствующее место. Первое, что я замечаю по прибытии — роскошные, свисающие вниз люстры.
— Это не твоя симпатичная подружка? — слежу за хитрым взглядом Хьюго, обращенным в сторону рядом стоящей подруги, мило общающейся с прибывшими гостями мероприятия. Точно знаю, он намеренно цепляет меня своими действиями, чтобы вызвать ревность. Знаем. Проходили.
— Да. Это она. А это… похоже, тот самый Майкл. Ее парень. Слушай, а он ничего так, да? Сексуален, даже слишком. У Хлои однозначно отменный вкус, — отвечаю Хьюго в своем же фирменном стиле.
 
— Еще раз услышу от тебя нечто подобное, трахну на глазах у всех присутствующих, не колеблясь ни секунды, — молниеносно припечатав мое тело к своей спине, грозно произносит на ухо, нахмурив лицо. — И вообще… отвернулась быстро! — хватает за руку, разворачивая корпусом к себе, тем самым вызвав во мне безудержный смех.
— Ты первый начал, — наклоняюсь ближе и произношу шепотом, едва задевая губы. — Детка.
Не успеваю даже никак среагировать, как Хьюго уже властно прижимается губами к моим, не углубляя поцелуй, а лишь пробуя на вкус. Проводит языком то по верхней губе, то по нижней, успев при этом вызвать рой мурашек по всему телу.
— Однако у твоей белобрысой подружки неплохой вкус, — скорее констатирует факт парень, оторвавшись от меня, осматривая все в округе.
— Давай, осмотримся? А позже подойдем к Хлое, представлю вас друг другу. Ей сейчас не до нас, слишком увлечена своим молодым человеком, — Хьюго с легкой усмешкой берет меня за руку и, кивнув в знак согласия, крепко переплел наши пальцы в единое целое.
Хоть Хлоя Дастин и предпочитает больше всего избитую классику, но все же поддерживает своего напарника Пола Макалистера в выборе, основанном на использовании в дизайне современных, я бы даже сказала, передовых технологий, придавая будущему проекту неописуемую уникальность.
Сегодня дизайнерский показ компания подруги и Пола представила нам, как зрителям, лишь два проекта, которые они успели разработать за считанное время. Чисто английская, по-своему изысканная выставка интерьера поистине создала вокруг себя яркое впечатление. Две совмещенные коллекции в одном месте и в одно время: вечная классика и быстротечная современность.
В одном из стендов дизайнеры использовали минимализм для классической отделки интерьера. Использование стиля выгодно выделило пространство, открывая его и делая больше, шире. Представленная «комната» в духе времени «Одри Хепберн», выглядит как отдельное произведение искусства. Современная мебель, но достаточно строгих форм лишь подчеркивает дух аристократической истории. Белые стены, полы из светлого паркета, портреты великой актрисы служат великолепным фоном для мебели коричневых, кремовых оттенков, а также для моего любимого — оттенка слоновой кости.
— Для подобного интерьера были использованы преимущественно натуральные материалы и природные формы, — читает Хьюго бегущую строку близлежащего электронного табло, продолжая рассматривать помещение.
— Обратите внимание, — нас отвлекает голос девушки, которая, скорее всего, нанята компанией, чтобы представлять гостям подготовленные проекты, помогая тем самым всем и каждому проникнуться здешней атмосферой и настроить клиента на покупку. — Хоть помещение и выполнено в строгой классике, но вы только посмотрите на это чувственное пространство, практически скрывающее какие-либо границы, при этом выгодно выделяющее объемы комнаты, — девушка продолжает ворковать сладким голосом, поглядывая на моего спутника с неприкрытым интересом, будто игриво оценивая, что, конечно же, не остается незамеченным ни мной, ни Фолегаром. — Это работа наших знаменитых дизайнеров. Это все их рук дело. Игра света оправданно дополнит ваш дом подобным интерьером. Хочу отметить, что пространство может легко и мобильно трансформироваться в соответствии с вашими предпочтениями. Это оговаривается при составлении договора уже при покупке дизайнерского проекта.
— Что насчет следующего стенда? — словно прочитав на моем лице нарисованную ревность, Хьюго с ухмылкой на лице берет девушку под руку и как «истинный джентльмен» сопровождает даму до следующего стенда. Закатив глаза, пристраиваюсь за «парочкой» хвостом, отправляясь следом.
 
Не успеваю войти внутрь, как моя челюсть тут же чуть ли не с грохотом падает на мраморный пол.
— Детка, прикрой рот, вдруг что-то залетит, — подмигнув мне, Хьюго вновь отворачивается и начинает все внимательно осматривать.
— Наш дизайнер — Пол Макалистер, лично увлекается подобными проектами, — перестав слушать эту надоедливую девушку, вдруг замечаю поблизости подругу и решаю, наконец, подойти к ней.