На зелёный свет (СИ)

Как только я узнал о Дарине, то понял, что придется пойти на крайности. Но как иначе вернуть тебе право быть матерью?
Не хочу становиться убийцей Воеводина. Пусть он не самый порядочный человек в мире, но он отец твоей дочери.
Я всё ещё надеюсь, что тебе не приходиться это читать, любимая. Ведь если это так, значит, я сделал то, чего не хочу.
Алина, я верю в тебя. Знаю, ты сможешь проснуться в один из дней и жить дальше, найти своё счастье, встретить кого-то стоящего. Ты снова начнешь общаться с братьями. Вик будет счастлив познакомиться с племянницей. И Игорь станет отличным дядей.
Ты мне ничего не должна, но я прошу тебя – улыбайся, родная. Ведь ты становишься такой солнечной, когда делаешь это. И весь мир улыбается тебе в ответ.
Не плачь обо мне. Я получил второй шанс и был очень счастлив. Это дано не каждому. Уверен, что в свою последнюю секунду, я думал о тебе, а значит остался счастливым. Люблю тебя, Лисёнок".
Уронив листы на пол, я закрыла лицо руками. Перед моим мысленным взором плыли прочитанные строки.
Шатов все решил. Он распланировал мое спасение и вознамерился принести себя в жертву, если понадобиться. А ведь понадобиться.
Я всегда знала, что уйти от Воеводина без последствий не получится. У меня не было ни единого шанса. А Даня его нашёл. Мой шанс обрести свободу. Но какой ценой?
Поднявшись, пьяно качаясь, сгребла бумагу и вернула её на подоконник, за штору. Видимо там эти черновики и лежали. В этот кабинет я не заходила никогда. Он напоминал мне о таком же в доме в Лондоне. И Шатов это знал.
– Решил он,- всхлипнула я, закрывая дверь.- А мне что остаётся?
Какой же наивной я была? Все эти дни, которые провела вместе с Даней, я много раз пыталась узнать о его планах. Ответов так и не получила. И ведь успокоилась. Смалодушничала. Вот правильное слово.
Остался лишь последний вопрос, на который стоит ответить: смогу ли я проигнорировать найденное письмо и притвориться, что ничего не знаю? Смогу ли рискнуть жизнью любимого мужчины и потерять его окончательно?
Глава 74
– И как только ты поймёшь, что теряешь концентрацию, не дави на педаль газа,- Шатов мягко сжал моё плечо.
– Ясно,- припарковавшись у обочины, я убрала ладони с руля и заглушила мотор.- Сейчас это кажется простым.
– Не нужно всё усложнять, Лина. Ты хорошо водишь.
– Дело ведь не в технике.
– Значит, представь, что я рядом. И ты стараешься меня впечатлить.
– Это может сработать,- откинув голову на сиденье, я прикрыла глаза.
– Последние несколько дней ты стала нервной. Что-то не так?
– Многое не так,- пояснила осторожно.- Я пропущу презентацию своей коллекции.
– Не переживай. Всё будет хорошо,- Данила скользил пальцами по моей обнаженной руке.- Эта шумиха вокруг "Линии" пойдёт на пользу. А скоро тебе не придется прятаться.
– Конечно,- поспешно согласилась я.
– Не хмурься.
Мы вышли из авто и я нацепила солнечные очки на пол-лица. Шатов уверял, что нас никто не станет искать. Он понимал, что нам двоим нужно выйти в люди. Точнее, нужно было мне. Мне не хватало мелькания лиц и шума голосов. Я никогда бы не призналась в этом, но Даня заметил.
Он привёз несколько пакетов с одеждой и попросил меня одеться после завтрака. Все вещи были из недорогих и неброских, какие можно купить в сетевом магазине. Такие я носила в юности. Даже кеды были из той же категории. Рассматривая себя в зеркале, умилилась. На мне забавно смотрелось платье туника розового цвета в горошек. Думаю, в таком образе меня действительно никто не узнает.
Данила, увидев меня такой, улыбнулся.
– Какая ты красавица,- заявил он уверенно.
Но мне всё же казалось, что ему нравилась возможность касаться моей голой ноги, сидя в машине.
– Хочу сводить тебя на кино,- пояснил он, когда мы оказались у торгового центра.- Или сначала перекусим?
– Возьмём поп корн,- я взяла его под руку.- И что-нибудь вредное из напитков.
– У меня заказаны билеты на последний ряд,- мужчина наклонился и шепнул мне на ухо,- Хочу целоваться с тобой с темноте.
 
– В следующий раз дома выключим лампы,- пошутила я.
– Это ведь совсем другое.
Конечно, другое. Мы так много пропустили: и первые поцелуи на пороге дома, и смелые ласки на заднем сиденье авто, и обещания будущего, о которых принято шептать перед тем, как мысли начинают путаться от удовольствий.
Зал был небольшой, с удобными широкими сиденьями обтянутыми мягкой красной тканью. Мы уселись у самой стены. С десяток рядов перед нами сидела ещё одна пара. Больше свидетелей нашего первого свидания не было.
Погас свет. Тотчас мужская ладонь легла мне на плечо. Собственнический жест странным образом успокаивал.
Как такое возможно, чтобы один мужчина таким же поведением пугал меня до дрожи?
"Не тот мужчина",- подсказал мне внутренний голос.
– Если будет страшно – перебирайся ко мне,- предложил Шатов заговорщическим шёпотом.
– А если не будет?
– Всё равно перебирайся,- он хлопнул себя по колену.- Тебе понравится.
Фыркнув, я отвернулась к экрану. Мне нужно было немного пространства. Касаясь любимого, я переставала мыслить рационально. Шатов не обиделся. Сунул мне в руки стакан с попкорном и чмокнул в висок.
Спустя пару перестрелок и одну жаркую сцену, я уже откинулась на мужское плечо и таскала его лакомство. Даниле позвонили. Телефон стоял в режиме вибрации, но она ясно ощущалась. Ухватив его за руку, я слизнула с пальцев соль и масло.
– Чтоб не испачкался,- пояснила я с хитрой улыбкой.
– Покусаю,- пообещал Шатов и, выудив аппарат из кармана.- Надо выйти и ответить.
Он покинул зал, надеясь, что я не заметила перемену его настроения. Убрав стакан с газировкой, пошла следом. Снаружи было шумно и светло. Привыкнув к перемене, осмотрелась и заметила знакомую футболку, мелькнувшую в отдалении.
Мой мужчина завернул за угол и оказался в небольшой кафе. Там он расположился в плетёном кресле, как раз спиной к выходу. Труда не составило присесть рядом так, чтобы слышать разговор.
– Раз нанял няньку, значит, привёз ребёнка. Это нам на руку. Нет, Алина не догадывается. Она будет только мешать, – он потёр шею и наклонился вперёд.- Не могу быть уверен. Может и передумать. И говорить ничего не стоит. Меньше знает.
Закусив палец, я старалась не выдать себя случайным движением или звуком. Пусть я не поняла всего разговора, но стало ясно, что мою дочь Воеводин привёз сюда. А Шатов решил об этом ничего не говорить. Может в подобном решении и был смысл, но от обиды я едва не рыдала. Маленькая девочка не была рычагом давления, она ведь моя дочь. Моя нечаянная радость и единственная, кто никогда не предавал. И я не имею права так с ней поступить.
Молчание Дани всё меняло. Он тоже посчитал, что я не могу ничего решать, и взял мою жизнь под свой контроль. Почему так? Сегодня я хотела обсудить с ним то злосчастное письмо и найти вместе другие возможности, другой выход из ситуации.
Тем временем Данила поднялся и, не оглядываясь по сторонам, направился обратно к кинотеатру. Знаю, у меня оставалось совсем немного времени, чтобы решиться. Я проводила любимого жадным взглядом, отмечая каждую деталь образа, оставляя его в своей памяти.
Как и много лет назад, мне пришлось отвернуться и пойти в обратную сторону. Наши пути никогда не были общей дорогой.
Глава 75
В "Дорогу" я вошла через служебный выход. Пришлось снять очки и продемонстрировать свой фирменный презрительный взгляд, потому как охранник меня не узнал. В своём кабинете избавилась от нелепой одежды и выбрала идеально скроенный брючный костюм. На столике стояла недопитая бутылка виски, наверняка оставленная мужем. Раздражённо выдохнула и отвернулась к встроенному шкафу, выуживая из него полотенце, бельё и обувь.
Воеводин здесь был. Вон и журналы лежат стопкой на подоконнике.
Глаза зацепились за знакомое лицо. Фото было явно любительское, размытое и нечёткое, но лицо старшего брата я спутать с другим не могла. Рядом с ним угадывалась знаменитая скрипачка, подопечная Бориса. А наверху красовалась издевательская надпись: "Безупречная Николь не безупречна. С кем она прячется от жениха.