Сделка с Прокурором

Жаркий, едкий, густой дым наполнил помещение с невероятной скоростью. Он нещадно жалил глаза, проникал через рот и нос в легкие и тут же лишал несчастных остатков воздуха. Поэтому многие из тех, кто был лишен магического дара, уже всего через пару минут после начала пожара скорченные и задыхающиеся лежали на полу.
Кристиан никогда не боялся огня, наоборот он всегда приветствовал его и огонь платил ему взаимностью. Однако сегодня происходило что-то необъяснимо странное и невероятно неправильное - стена пламени не признала в нем своего повелителя, не бросилась подобострастно ему в ноги. Более того, огонь не ответил ему, когда он попытался с ним заговорить. Когда же он попытался его подчинить, и вовсе оскалился и злобно, совсем по-звериному зарычал.
И всё же ценой невероятных усилий, в конце концов, ему удалось подчинить пламя своей воле. Однако сдерживать его оказалось так же сложно, как и пытаться удержать в руках сотню шипящих, извивающихся и норовящих каждую секунду ужалить его гадюк.
Впервые в жизни Кристиан осознал, что пламя это не тёплое обволакивающее тепло, наполняющее его жизнью и энергией, а беспощадный и ненасытный монстр, живущий только уничтожением. Монстр, который превращал всё, к чему прикасались его жадные щупальца в пепел. Монстр, для которого он такая же жертва, как и все остальные. Монстр, которого он должен не просто опасаться, а бояться и даже ужасаться... Ужасаться потому, что понимал, даже если он воспользуется помощью Элизабет, долго они всё равно не продержатся. Ибо это пламя контролировал кто -то во много раз более могущественный, чем он.
Раздраженный собственным бессилием, он сорвал своё зло на друге:
- Джесси! Ленивая задница! Хоть раз в жизни пошевели булками, а не жди, что я как обычно всё сделаю сам! У меня не хватает сил, чтобы и огонь удерживать и пытаться разблокировать систему пожаротушения! Займись ею!
- А я что, по-твоему, делаю! - праведно негодуя, огрызнулся Джесси. - Та же история, что и с окнами и дверью! Кто-то прикрыл её защитной пеленой и поэтому система даже не догадывается, что в помещении пожар!
- Я тоже пыталась её разблокировать и у меня тоже ничего не выходит! - подтвердила правоту Джесси Лесли. - Лиз, давай попытаемся втроём? Ли -иииз?
Однако Элизабет её не слышала, она читала заклинание, призывающее удачу ко всем, кто сейчас был в помещении.
В первую же секунду, как только вспыхнул огонь, Эдвард Марано и Всеволёд де Снигюр наплевали на свое инкогнито и попытались опустить температуру воздуха в помещении до максимально возможного минуса.
Однако жар, исходивший от раскаленных стен и потолка, нагревал воздух гораздо быстрее, чем они охлаждали его. Эдвард и Всеволёд тратили титанические усилия, не позволяя людям задохнуться от раскаленного дыма, но понимали, что единственное, на что они могут рассчитывать - это продержаться до того момента, пока не прибудет подмога и молиться, чтобы им удалось благодаря своему дару сохранить как можно больше жизней.
Марано ни минуты не сомневался, что Галлези позаботится об Элизабет, но все же начал искать её глазами, чтобы убедиться в том, что с ней все в порядке...
Ощущение чьего-то злобного торжества, смешанного с предвкушением пира у долго голодающего существа, обрушилось на Кристиана подобно волне цунами, почти физически осязаемому удару под дых. Он не знал, откуда это ощущение пришло, но почему-то был уверен, что оно пришло по душу Элизабет. Не совсем осознавая, что он делает, действуя на каком -то интуитивном наитии, мужчина молнией кинулся к девушке. Он не знал каким образом и откуда исходит угроза, но он знал: если он сейчас же не оттолкнет свою любимую с того места, где она сейчас стоит - случиться непоправимое.
- Споткнись! - вложив в эту фразу почти всю впитанную только что силу лиховства, преобразованную из боли, ужаса и страданий находящейся в капкане огня толпы, воскликнула довольно улыбающаяся Лика, которая в данный момент, восседала в личном кабинете Галлези, и наблюдала за всем происходящим в зале ресторана посредством его же собственной магивидео системы. Она заранее позаботилась, чтобы видеомагикамеры, так же как и система магического пожаротушения были надежно защищены от воздействия огня. И теперь чувствовала себя почти верховным божеством, наблюдающим за великолепно срежиссированной ею сценой.
 
Кристиан споткнулся и упал прямо на Элизабет.
Громадная, тяжеленная люстра, а за ней и многотонная стальная балка, на которой она крепилась для пущей надежности, летели прямо на них. С люстрой Кристиан бы ещё справился, но не с балкой.
- Чтоб ты был проклят Галлези! - пробормотал Марано и отбросил балку и люстру неимоверным усилием воли. Тем самым он спас и своего врага и Элизабет от верной смерти.
- Э-ээээди! - услышал он вдруг словно бы издалека полный ужаса голос Всеволёда. Обеспокоенный за жизнь своего лучшего друга он тут же развернулся на звук его голоса.
Понимая, что Марано вряд ли успеет вовремя среагировать, Всеволёд рванул с места, чтобы вытолкнуть друга из под падающей прямо на него люстры. Однако никогда ещё несчастные тридцать метров не давались ему с таким трудом. Легкие жгло огнём, ноги, словно были свинцовыми. Ему казалось, что он не бежит, а едва-едва переставляет ноги.
- Лю -ууустра! Эээ-ди! - отчаянно махал он руками другу.
- Что-ооо?! Какая люстра? - не понял Марано, не увидев над головой друга никакой люстры.
- Про-ооочь! - делая из последних сил рывок в направлении друга, раздраженно завопил Всеволёд, не понимая, как можно его не понимать, ведь он так понятно всё объясняет. И всё же он успел. Буквально в самый последний момент, он изловчился -таки и, схватив тупицу друга за руку, изо всех сил потянул на себя. Марано, так и не понявший, что собственно происходит и от какой люстры нужно спасаться, совершенно не ожидал от Всеволёда подобного маневра. Поэтому рывок друга застал его абсолютно врасплох. И он, могущественный маг и мастер боевых искусств, как какая -то жёлторотая размазня, не удержался на ногах и рухнул на грязный пол, подмяв при этом под себя друга и уткнувшись в его грудь.
Однако афронт могущественного мага и королевского прокурора не был бы полным, если бы его уязвимым в тот момент положением не решила воспользоваться привыкшая смотреть на всех исключительно с очень большой высоты, стеклянная красавица, слишком уважающая себя, чтобы приземлить свою величественную блестящую красоту на грязный пол. Нет, уж, мягкое место господина прокурора показалась ей куда предпочтительней.
- Вот эта люстра! - мрачно объявил Всеволёд, как только оная звонко шмякнулась о задницу его друга.
- Уа-уауауауа! Тяжелая зараза! Уа -уауауауа! - совершенно не по-мужски и тем более, не по-джентельменски завыл шакалом, жалуясь на придавившую его к полу красавицу люстру, Марано.
- Угу! - кивнул Всеволёд. - Вот и я подумал, если эта красотка тебя в лобик поцелует, то мало тебе покажется!
И в этот момент, как по мановению палочки распахнулись сразу все окна и двери...
- Молодцы! Быстро среагировали! - горделиво заметил Всеволёд.
- Ага! Очень вовремя! - ворчливо-недовольно согласился с ним Марано, понимая, что если его застанут придавленным люстрой, да ещё и возлежащим на сверх-роскошной груди у немолодой корпулентной брюнетки.
Проблема заключалась в том, что с него-то личина слетела ещё в тот момент, когда он спасал Галлези и Элизабет, просто потому что он перестал её поддерживать. А вот личина Всеволёда всё ещё была на нём, потому что друга он «одевал» заклинанием, которое не истёчет ещё пару часов, как минимум. Снять которое, конечно можно было и сейчас, но Эдвард не мог позволить себе израсходовать ещё хотя бы толику магии.
- Эй! Лекаря сюда! - громогласно провозгласила брюнетка.
- Лёд, да подожди ты со своим лекарем! - рыкнул Марано, закрывая другу рот. - Я понимаю, что это смешно, учитывая случившееся. Но не могу я, чтобы меня вот так увидели! Поэтому давайте барышня выползайте из под меня!