Староста - выездная практика (СИ)
«Как всё же быстро меняется настрой. С утра хотел, чтобы она исчезла насовсем из моей жизни, а сейчас всё бы отдал, лишь бы удержать её в этом мире. Лишь бы держать её сейчас на руках! Живую, здоровую… улыбающуюся. Да даже на скептический, высокомерный взгляд согласен. Лишь бы она пришла в себя и открыла глаза, цвета топких болот!»
Растерянность, паника, тревога росла во мне, как снежный ком. Сейчас я не был лидером. Я был влюблённым глупцом, что теряет свою мечту, не в силах удержать в руках. А такие лидеры слабы, уязвимы и не достойны права управлять другими людьми. Сестра, видя меня сейчас столь уязвимым, усадила и заставила остыть. То и дело я начинал пылать, спуская Мрака с цепи, и неосознанно согревал пещеру.
«— А Лай сейчас была нужна прохлада!!!» – Только эти доводы Терры и Снежки смогли меня успокоить и взять демона в руки.
Лай лежала с новыми снежными компрессами, дышала часто и отрывисто, как маленький заигравшийся щенок, что набегался после прогулки. На лбу – испарина, губы дрожали, и она то и дело тревожно крутила головой и тихо всхлипывала – режа меня по живому.
КовЭ́р и Сангр так и сторожили вход, Марко сидел рядом с Террой и крутил свой клинок, Густав привалился к стене пещеры и о чём-то думал, неотрывно смотря на Старосту, чуть дальше переговаривались Пайсон и Иви. Зелье было готово для Лай, и мы просто ждали её пробуждения от стазиса. Раньше вливать его не было смысла.
Их перешёптывания зацепили чуткий слух.
— Ну пожалуйста. Мне бы хотя бы один зубик! – Просила Деггера строптивая Мара. — Я только проведу пару исследований.
— И отдашь? – интересовался блондин, сидя с ней рядом, на разложенном спальнике.
— Нет…Ну, пожаааалуйстаааа. Зубья Назгла – это же так интересно… – и столько восторга в Сальярийке. Уму непостижимо, чтобы девчонка от встречи с переростком так искрилась азартом.
«Они точно все чокнутые! Бесстрашные, сильные и точно чокнутые! Такие же как их бесчувственная предводительница! Да они, как особи слабого пола, должны истерить и на шею к защитнику кидаться, К НАМ, а они?! Сальярийцы – это что-то с чем-то!»
— Не дам!
— Жалко, что ли, для сокурсницы? – хлопала она ресницами, очаровательно улыбаясь и включая женское очарование на всю катушку.
— Хотя… – Пайсон лукаво посмотрел на Иви, заставив её обратиться в слух и подобраться. Девушка выпрямилась и приготовилась к торгам. — За поцелуй… я может, и отдам тебе один.
— Поцелуй?! Всего-то? – отозвалась, довольная «торгом» Мара, и тут же, положив ладони на его бёдра, поднялась и прильнула к губам друга. Пайсон от такой неожиданной прыти растерялся на мгновение, но всё же прикрыл глаза. Девушка улыбнулась, прямо в поцелуе и обвила его замершую вытянутую руку с колбочкой, своей ладонью. Быстро невесомо отняла свою добычу, спрятала в задний карман штанов и приложила тонкие пальчики уже к лицу нашего зельевара. Пропажу-то блондин заметил, но ему было слишком хорошо сейчас. От Иви шли нужные эмоции, и он кормил ими своего демона.
«Ну, хоть немного пополнит силы – они нам сейчас пригодятся…»
Терра, что сидела к новоявленной парочке спиной, улыбнулась, ощущая их эмоциональную волну и опустила глаза в пол.
Мы сидели в тишине ещё какое-то время, а потом Снежка, сидя на соседнем спальнике и потирая руками плечи, заговорила:
— Только сейчас я понимаю, что чувствовала Лай, когда я умирала! – разрезал её голосок пространство, заставляя всех посмотреть на блондинку и замереть, ожидая продолжения.
❧глава 5. Исповедь Тихони ❦
***
— Ты что..? – прошептала сестра, смотря на замершую на месте Сноу, что, не мигая, смотрела на ели дышавшую Лай.
— Умирала… Это было на втором курсе. Тогда я просто не хотела больше жить… – КовЭ́р отошёл от входа и встал за спиной блондинки, услышав её слова.
— Расскажешь? – аккуратно спросила Террария, чувствуя её эмоционально расшатанное состояние. Тут главное не надавить и не спугнуть. Дать возможность выговориться и не перебивать, чтобы девчонка не закрылась от всех. А выговориться ей надо было и я это чувствовал так же остро, как и сестра.
— Да. Правда, я раньше никогда и никому, кроме Лай, не рассказывала о своей жизни до Академии. Вам будет скучно… – посмотрев на нас, она увидела напряжённые лица и, вздохнув, стала рассказывать, погружаясь в тёмный омут своих воспоминаний.
— Я родилась в аристократичной семье. У меня был старший брат и младший. Мать умерла при родах моей сестры, а отец, чтобы не лишать нас материнской любви, – женился вновь. Но не совсем удачно. Та женщина хотела лишь статус отца и семейное состояние, которое уже было завещано всем нам. Узнав о наследстве, она спровадила Грегори, моего старшего брата, в закрытую военную Академию на бюджет, с дальнейшей семилетней "выслугой" на границе. Младший брат через полгода после отъезда Грегори отравился, неизвестно какой дрянью и стал инвалидом. Живым растением – без права голоса. А меня, мачеха решила продать в жены Аристократу из Дуналезии, обогатив этим семью. Вы ведь знаете, что их жены ходят в парандже и чёрной хламиде – всю жизнь скрывая лицо?! Вот и я на тот момент об этом знала. И как только мне были назначены смотрины – я сбежала. Единственное место, где я смогла спрятаться стала Академия.
По правилам «Эолзера» – все выпустившиеся студенты не могут попасть в долговое рабство или обвенчаться по принуждению или договорённости родителей.
Академия стала для меня спасение и тюрьмой одновременно. Я не выходила из неё весь первый год, боясь, что меня найдут родители и заберут домой. А поскольку мою магию никто толком не раскрывал – я была слаба. Всё время проводила в библиотеках и лабораториях – я хотела стать сильнее… хотела дать отпор… Хотела выпуститься, а не вылететь за неуспеваемость.
Меня искали, но не достаточно хорошо.
На втором курсе к нам перевёлся каратель, что прошёл первый курс, сдав все экзамены за один день, собрав коллегию преподавателей. Магистры обсуждали его и ставили в пример всем. Одно было только не ясно, почему смурной каратель не перевёлся на четвёртый курс, как хотел ректор, а остался на втором.
Вечно в чёрном, с плохим настроение, не стесняющийся в выражениях, периодически куда-то пропадающий и постоянно знающий ответы на любые вопросы, при этом никогда не записывая, дающий отпор любому и всегда выходящий победителем! – Марко и Густав одновременно хмыкнули своим мыслям и, улыбнувшись, потупили взор, тоже вспоминая те дни.
— Надо ли говорить, что все девушки сходили с ума по таинственному карателю. А мальчишки наоборот, негодовали, что остались без нашего внимания. Но Лай было всё равно и на них и на нас. Тогда мы ещё не знали Лай.
В нашу первую вылазку мы попали в одну команду – Я, Марко, Густав и Лай. Получили задание и пошли на выполнение. Ночью, когда все спали, а я была на вахте, заметила цветок для декокта, что мы искали. Он как раз расцвёл при полной луне, на отвесной скале. Решив, что справлюсь хоть раз сама – полезла за ним. Когда он был у меня в руках я оступилась и полетела вниз. Упала на растущее из скалы дерево и его сучком пропорола себе ногу, а после упала на камни. – Мальчики от её слов сомкнули челюсти и сжали кулаки, вспомнив и этот трагический случай.
— Лай пришла на помощь быстрее всех. Она выпустила залп «о помощи студента», для куратора, и попыталась спасти мою жизнь. Она вливала в меня прорву своей силы, пытаясь исцелить, но я закрылась от её магии, потому что не видела смысла её действий. Не хотела вновь вставать и падать, оступаться вновь. Просто не было сил. Я сдалась! Тогда она силком влила в меня Стазис в попытке остановить кровотечение и обволакивала своей силой, что бы хоть как-то поддержать. Но кровь учуяли Нэйры, что высасывают её из своей жертвы и потом терзают иссушённое тело… – плечи блондинки передёрнулись.