Владимир Высоцкий
Часть 61 из 78 Информация о книге
…Говорят, живут же люди
В этом самом Голливуде
И в Париже!.. Но — не будем:
Пусть болтают куркули!
Кстати, те, с кем я был в «Каме»,
Оказались мужиками:
Не махали кулаками —
Улыбнулись и ушли.
И пошли летать в столице
Нежилые небылицы:
Молодицы — не девицы —
Словно деньгами сорят, —
В подворотнях, где потише,
И в мансардах, возле крыши,
И в местах еще повыше —
Разговоры говорят.
Люблю тебя сейчас
Марине В.
Люблю тебя сейчасне тайно — напоказ, —Не после и не до в лучах твоих сгораю;Навзрыд или смеясь,но я люблю сейчас,А в прошлом — не хочу, а в будущем — не знаю.В прошедшем — «я любил» —печальнее могил.Все нежное во мне бескрылит и стреножит, —Хотя поэт поэтов говорил:«Я вас любил: любовь еще, быть может…»Так говорят о брошенном, отцветшем,И в этом жалость есть и снисходительность.Как к свергнутому с трона королю,Есть в этом сожаленье об ушедшем,Стремленье, где утеряна стремительность,И как бы недоверье к «я люблю».Люблю тебя теперь —без пятен, без потерь.Мой век стоит сейчас — я вен не перережу!Во время, в продолжение, теперь —Я прошлым не дышу и будущим не брежу.Приду и вброд и вплавь к тебе —хоть обезглавь! —С цепями на ногах и с гирями по пуду, —Ты только по ошибке не заставь,Чтоб после «я люблю» добавил я «и буду».Есть горечь в этом «буду», как ни странно,Подделанная подпись, червоточинаИ лаз для отступленья про запас,Бесцветный яд на самом дне стаканаИ, словно настоящему пощечина, —Сомненье в том, что «я люблю» сейчас.Смотрю французский сонс обилием времен,Где в будущем — не так, и в прошлом —по-другому.К позорному столбу я пригвожден,К барьеру вызван я — языковому.Ах, разность в языках, —не положенье — крах!Но выход мы вдвоем поищем — и обрящем.Люблю тебя и в сложных временах—И в будущем, и в прошлом настоящем.* * *
Когда я отпою и отыграю,Где кончу я, на чем — не угадать?Но лишь одно наверное я знаю:Мне будет не хотеться умирать!Посажен на литую цепь почета,И звенья славы мне не по зубам…Эй, кто стучит в дубовые воротаКостяшками по кованым скобам!..Ответа нет, — но там стоят, я знаю.Кому не так страшны цепные псы.Но вот над изгородью замечаюЗнакомый серп отточенной косы…Я перетру серебряный ошейникИ золотую цепь перегрызу,Перемахну забор, ворвусь в репейник.Порву бока — и выбегу в грозу!* * *
Я скачу позади на полслова,На нерезвом коне, без щита, —Я похож не на ратника злого,А скорее — на злого шута.Бывало, вырывался я на корпус,Уверенно, как сам великий князь.Клонясь вперед — не падая, не горбясь,А именно намеренно клонясь.Но из седла меня однажды выбили —Копьем поддели, сбоку подскакав, —И надо мной, лежащим, лошадь вздыбили,И надругались, плетью приласкав.Рядом всадники с гиканьем дикимКопья целили в месиво тел.Ах дурак я, что с князем великимПоравняться в осанке хотел!Меня на поле битвы не ищите —Я отстранен от всяких ратных дел, —Кольчугу унесли — я беззащитенДля зуботычин, дротиков и стрел.Зазубрен мой топор, и руки скручены.Ложусь на сбитый наскоро настил.Пожизненно до битвы недопущенныйЗа то, что раз бестактность допустил.Назван я перед ратью двуликим —И топтать меня можно и сечь.Но взойдет и над князем великимОкровавленный кованый меч!..Встаю я, отряхаюсь от навоза,Худые руки сторожу кручу.Беру коня плохого из обоза.Кромсаю ребра — и вперед скачу.Влечу я в битву звонкую да манкую —Я не могу, чтоб это без меня, —И поступлюсь я княжеской осанкою,И если надо — то сойду с коня!Я не успел
(Тоска по романтике)
Болтаюсь сам в себе, как камень в торбеИ силюсь разорваться на куски.Придав своей, тоске значенье скорби,Но сохранив загадочность тоски…Свет Новый не единожды открыт,А Старый весь разбили на квадраты,К ногам упали тайны пирамид,К чертям пошли гусары и пираты.Пришла пора всезнающих невежд,Все выстроено в стройные шеренги,За новые идеи платят деньги —И больше нет на «эврику» надежд.Все мои скалы ветры гладко выбрили —Я опоздал ломать себя на них:Всё золото мое в Клондайке выбрали.Мой черный флаг в безветрии поник.Под илом сгнили сказочные струги,И могикан последних замели.Мои контрабандистские фелюгиХудые ребра сушат на мели.Висят кинжалы добрые в углуТак плотно в ножнах, что не втиснусь между.Смоленый плот — последнюю надежду—Волна в щепы разбила об скалу.Вон из рядов мои партнеры выбыли —У них сбылись гаданья и мечты:Все крупные очки они повыбили —И за собою подожгли мосты.Азартных игр теперь наперечет.Авантюристов всех мастей и рангов…По прериям пасут домашний скот —Там кони пародируют мустангов.И состоялись все мои дуэли,Где б я почел участие за честь.Там вызвать и явиться — всё успели.Всё предпочли, что можно предпочесть.Спокойно обошлись без нашей помощиВсе те, кто дело сделали мое, —И по щекам отхлестанные сволочиБессовестно ушли в небытиё.Я не успел произнести: «К барьеру!» —А я за залп в Дантеса все отдам.Что мне осталось — разве красть химеруС туманного собора Нотр-Дам?!В других веках, годах и месяцахВсе женщины мои отжить успели, —Позанимали все мои постели,Где б я хотел любить — и так, и в снах.Захвачены все мои одра смертные —Будь это снег, трава иль простыня, —Заплаканные сестры милосердияВ госпиталях обмыли не меня.Мои друзья ушли сквозь решето —Им всем досталась Лета или Прана, —Естественною смертию — никто,Все — противоестественно и рано.Иные жизнь закончили свою —Не осознав вины, не скинув платья, —И, выкрикнув хвалу, а не проклятья,Беззлобно чашу выпили сию.Другие — знали, ведали и прочее, —Но все они на взлете, в нужный год—Отплавали, отпели, отпророчили…Я не успел — я прозевал свой взлет.