Разочарованные (СИ)

Он влюбился, как последний идиот. И может потерять единственную девушку, что любил. Он не хотел, чтобы они с Грейнджер повторили судьбу его родителей, поэтому заранее списался с отцом и получил его разрешение.
Он не помнил, что такое происходило за время его учебы в школе . Но он точно знал, что такая традиция существует. Значит, им с Гермионой суждено стать первыми.
Он не увидел ее на завтраке, поэтому сразу пошел на Трансфигурацию. Как же удачно совпало, что сегодня у них был совместный урок! На его счастье в кабинете были только две индианки, повернутые на предсказаниях, и Браун.
– Гермиона, – позвал он ее, и девушка поднялась навстречу.
Он тут же поцеловал ее, вместо приветствия, вызывая у Лаванды вздох зависти.
– Тео? – удивилась Гермиона. Обычно Нотт не показывал эмоции на публике, хоть и немногочисленной.
Но на этом сюрпризы не закончились. Собравшись с духом, утопая в ее глазах, он нежно поцеловал ее руку и спросил:
– Гермиона, ты выйдешь за меня?
========== Глава 18 ==========
– Гермиона, ты выйдешь за меня?
Сестры Патил перестали что-то обсуждать и удивленно уставились на парочку. Лаванде же потребовалось чуть больше времени, чтобы понять, что происходит на ее глазах. Она радостно завизжала и хотела броситься Гермионе на шею, но индианки ее удержали от неуместного поступка.
Нотт, казалось, разучился дышать. Синии глаза пронизывали насквозь, заставляя женское сердце сжаться от боли.
– Да! Да! Да! – Кричало, неистово вопило ее сердце.
Да – в этой жизни и во всех последующих.
Да – в любом измерении.
Нет – потому что это реальность.
Нет– потому что Малфой все испортил.
Тео догадывался, что подобного стоит ожидать, но молчание очень уж затягивалось. До неприличия. Он немного приподнял бровь, напоминая, что по-прежнему не получил ответа. Он не понимал, над чем тут можно размышлять. Для него все было очевидно. Любые отношения, а уж тем более такие, как у них, закончатся могут только браком. Перепихоны с Паркинсон не в счет. Все, что было до Грейнджер – не в счет.
Гермиона робко улыбнулась, прикусив нижнюю губу. Если бы он сделал это не так, то все могло бы быть по-другому. Она могла, нет, она должна была рассказать о Малфое, но не тут, не при всех. Она открыла было рот, чтобы как-то смягчить ситуацию и сказать хоть что-то, ведь все присутствующие ждали, но замерла, испуганно глядя за Теодора.
Тео обернулся.
Как удачно совпало, что в дверях замер Малфой и Забини. И Поттер с Уизли. Просто удачно. Удачно до секунды. Все шло по плану.
– Я думала, что все должно делаться иначе, – несмело начала Гермиона.
– А как ты думала? – улыбнулся Нотт.
– Ну я думала, что мужчина должен встать на колено и протянуть мне кольцо, – не смогла сдержать ответной улыбки девушка.
– А, – радостно выдохнул Теодор. – Вся проблема в этом? Я думал, что тебе достаточно знать того, что я люблю тебя и хочу разделить с тобой всю свою жизнь, но раз ты настаиваешь, – он мягко соскользнул с лавки и грациозно встал на колено.
– Мерли-и-и-иин и святые угодники, – всплакнула Лаванда.
Нотт не обращал на визжащую гриффиндорку никакого внимания, полностью увлеченный лишь одной. Он покрутил свой фамильный перстень на руке, словно раздумывая, но решился уже давно. Пальцы юркнули в карман пиджака. Сегодня он выглядел особенно торжественно, и даже школьная мантия не портила его презентабельный вид. На свет появилась темно-синяя бархатная коробочка, ради которой Нотт и списывался с отцом. Возможно, Нотт-старший был и недоволен выбором сына, но полученной инструкции было достаточно для того, чтобы он просто ответил в обратном письме, что и где лежит, и остался ждать условного сигнала, хотя понятия не имел, что это будет за сигнал и каким способом сын сможет все это провернуть.
– Ебааать, – разнеслось на весь класс от Рона Уизли. И девочки недовольно на него зашикали, чтобы он не смел портить такой романтичный момент.
По лицу Поттера было заметно, что парень шокирован и едва сдерживается, чтобы все не испортить, а по физиономии Малфоя читалось, что Нотту сейчас будет очень больно, поэтому Блейз Забини, как и всегда, пришел на помощь, вытолкнув всех в коридор.
 
– Нет, Блейз, я должен быть там, – возмутился Малфой и попытался юркнуть под рукой друга.
– Не тебя замуж зовут, потерпишь, – отвечает мулат.
– Меня то пусти, – рвется Поттер в кабинет.
– Никогда не замечал за тобой порыв к знаниям, – тут же парирует Блейз.
– Как она смеет! – плюется Рон. – Я считал ее подругой.
– Поверь, брак на дружбу не влияет, – Забини был самим спокойствием. Но он всегда становился жестким, если того требовали обстоятельства.
– Блять, я должен быть там, – рычит Драко.
– Никогда не думал, что скажу это, – Гарри поправил очки, – но я полностью согласен с Малфоем, – он кинул на слизеринца беглый взгляд.
– Я так тронут, – закатил глаза блондин.
– Да заканчивайте вы ваши телячьи нежности, – прикрикнул Блейз. – Потом разберетесь в ваших чувствах.
– Кстати о чувствах, – подал голос Рон. – Вот мы с Гарри не хотим, чтобы Гермиона была хоть как-то связана с вашим грязным факультетом…
– Ты даже не догадываешься, насколько она увязла в нашем факультете, – перебивает Драко, но Рон, на удивление, спокойно продолжает:
– А чего испугался ты?
– Что? – не понял Драко.
– Ну мы боимся, что Гермиона сделает неверный выбор, – пояснил Рон, впервые в жизни чувствуя себя значимым. – А почему ты испугался?
Забини послал предостерегающий взгляд другу, но взгляд не попал в цель, а был перехвачен Поттером. Поттером, который знал практически все. Знал, но молчал об этом. Но вот сейчас он может показать своему самому главному школьному врагу, что хоть он и гриффиндорец, но далеко не тупой.
– Действительно, Малфой, ты то чего нервничаешь? – как и Драко, Гарри спросил, растягивая гласные.
– Ты тупой? Там мой друг! – чуть ли не по слогам ответил Драко.
– Реагируй не так бурно, а то я решу, что ты ревнуешь, – цокает Гарри.
– Грейнджер?! Поттер, ты идиот.
– Определенно, ревнуешь, раз не оскорбляешь ее, – Гарри светится так, словно только что убил Волан-де-Морта.
– Тупой, значит, – констатирует Малфой.
– Ревнуешь, значит, – довольно лыбится Поттер.
Рон стоял и переводил взгляд с друга на слизеринца и обратно, не понимая, что происходит. Малфой даже глаза закатил от такой тупости.
– Поттер, ты совсем тупой, да? Ты не видишь, что творится у тебя под носом?
– Прекрасно вижу, – Гарри демонстративно поправил очки на переносице.
– Поттер, он чистокровный!
– У него просто нет твоей предвзятости, –флегматично пожимает Гарри плечами.
– Твою ма-а-а-ать, – Малфой хватается за голову. – Блейз, расскажи ему, иначе я его сейчас ударю, чтобы мозг на место встал.
– Как бы я тебя не опередил, – Гарри многозначительно сжал палочку.
– Блейз, – Драко молитвенно складывает руки, – священные двадцать восемь.
– Я же тебе ответил, что, в отличии от тебя, Нотт не сноб, – фыркнул Поттер, но, заметив испуганный взгляд Блейза, все же напрягся. – Забини? – гриффиндорец выжидающе уставился на мулата.
– Ну… – замялся Забини, – они бы не были священными двадцатью восемью, если бы у них не было определенного свода правил, – издалека начал Забини.
– Снобы и расисты, – бросил Гарри.
– Давай, Блейз, не жалей его, переходи к самому сочному, пусть булки напрягает.
– Малфой, – сквозь зубы рычит Гарри.
– Поттер, он прав, – Забини взывает к благоразумию. – Им категорически нельзя вступать в брак.
– Потому что вы снобы?
 
– Потому что они умрут, болван, – не выдержал Малфой.
– Что? – хором выпалили Гарри с Роном.
– Что слышали, кретины, – Малфой был сама любезность.
– Ложь, – Гарри качает головой. – Не рассказывай нам сказки.
– Это не какая-то шутка, – подал голос Рон. – Я слышал что-то похожее, – неуверенно сказал он.