Бакалавр 7 (СИ)

Это ладно, Вадик ещё с физиотерапией для Мишки договорился. Она, скорее всего, и помогала. Без неё вообще бы улучшения не было…
Первый месяц дела магазина на новом месте шли не шатко не валко, а потом и покатило. Вадик даже подумывать начал, не бросать ли ему работу в институте — платили там очень уж мало, а ещё и зарплату задерживали. Даже с Наташей они чуть не поругались на этой почве.
— Диссертация у него почти готова, а он в магазин уходить собрался, — наседала на Вадима его милая и красивая, а сейчас весьма грозная и сердитая Наталья.
— Да, я, это в шутку сказал… — отговаривался Вадик.
— Знаем мы твои шутки… — в уголке глаза Наташи блеснула слёзка.
— Всё, всё, всё — никаких магазинов. — вопрос об увольнении был снят с повестки дня.
  
Глава 25
 
Глава 25 Миллионеры
— Привет миллионерам!
Мишка от пересчёта денег на секунду отвлёкся и поднял глаза на вошедшего.
— Привет, Бакалавр. Нет бы чуть попозже прийти — опять из-за тебя сбился…
Вчера посчитать дневную выручку он поленился, вот сейчас этим и занимался.
Купюры у него по стопочкам были разложены. В первой сотки лежали, далее бумажки достоинством в двести рублей, потом пятихатки, тысячи и так далее. Одна даже банкнота в пятьсот тысяч рублей имелась. Не так давно она, весной, в обороте появилась…
— Миллионеры, только не больно эти миллионы радуют… — Михаил вновь за пересчёт денег принялся. — Посиди немного тихонько, сейчас скоро закончу…
Вадик садиться не стал, подошёл к витринам с монетами. Что там у Мишки нового появилось?
Ничуть душой он не покривил, когда Мишку миллионером назвал. Все сейчас миллионеры. Если верить телевизору, то средняя зарплата у народа теперь к миллиону в месяц приближается. Ну, это средняя, вместе с Москвой и Питером, а у них в областном центре таких зарплат сроду не бывало… Даже близко… Что уж про районы говорить — там вообще труба с денежками.
А на много ли этого миллиона хватит? Бакалавру даже вспоминать про цены в магазине было неприятно. Одно хорошо, с конца прошлого года они худо-бедно стабилизировались и каждую неделю продавцам ценники не надо стало переписывать.
Килограмм варёной колбасы — двадцать тысяч с хвостиком, копчёной — за тридцать, литр молока почти три тысячи, десяток яиц — шесть, картошка — полторы — тысяча семьсот, бутылка нормальной водки — сороковник… Постирать что-то задумаешь, за пачку порошка пятнашку надо выложить, столько же бутылка средненького шампуня стоит. Ну, от которого волосы на голове не выпадут, а если хорошего — того дороже покупка обойдётся… В кино сходить — билет пять тысяч стоит… Почти целый доллар. Он мелкими шажочками рубеж в пять с половиной тысяч переполз…
Народ уже с год про денежную реформу поговаривает, а власти его разубеждают — ничего такого не будет, спите спокойно.
Вадик точно знает — будет реформа, скоро, в следующем девяносто восьмом три нолика с купюр уберут… Объявят об этом уже этим летом, а с первого января нового года в магазинах и банках новые денежки появятся. Не только рубли, но даже и копеечки.
Впрочем, и сейчас официально копеечки в обороте. Причём, даже те денежки в одну, две и три копейки, что до шестьдесят первого года в СССР отчеканены. Обязан их принять в оплату за товар каждый дисциплинированный продавец. У Мишки в лавочке даже специальное объявление имеется о том, что здесь такие монетки у вас с удовольствием примут — несите хоть мешками. Берёт Михаил по номиналу и монетки союза и до девяносто первого года, и мелочь России, что за последние годы выпущена…
Брать — берёт, но не многие такие и приносят. Очень уж мало за эти монетки купить можно. Если бы Мишка кирпичи продавал, то за один такой красный прямоугольничек ему надо было тысячу рублевых монеток с покупателя получить. А монеток в пятьдесят копеек? Гривенников? Пятачков? Трояков? Двушек? Копеечек?
Михаил полученную мелочь в трёхлитровые банки складывает и в своей комнатушке за магазином хранит. Так ему Вадиком поручено. Причину этой дури Бакалавр ему не озвучил, про скорую реформу напарнику не известно.
 
— Нормально вчера поторговал, — Мишка сообщил Вадиму размер выручки. — Как обычно пока на закуп товара оставляем или больше на баксы поменяем?
— Давай, как обычно. Курс, вроде, пока стабильный. Пошли, перекурим…
Курят сейчас Вадик и Мишка Marlboro. Образ успешных бизнесменов поддерживают. Понты, они дороже денег. Выкурил сигаретку — триста рублей с дымом улетело…
Зажигалки у них — Zippo. Баллончик бензина для них фирменный — двадцать тысяч. Это, если в Москве покупать, а дома в Кирове — уже в полтора раза дороже.
— Бакалавр, у меня мелких баксов почти не осталось, — проинформировал Мишка Вадика о своей маленькой проблеме.
— Да, вот возьми. Чуть не забыл. Тут пятьдесят бумажек по единичке. — Вадик из внутреннего кармана пачечку зелени достал и Михаилу передал.
Народ сейчас всё в доллары пересчитывает. Так и говорят — это столько то долларов стоит, а не рублей. Не доверяют многие национальной валюте, всё им забугорную подавай. Среди сдатчиков антиквариата тоже такие имеются. От рублей нос воротят — только баксы им на прилавок выложи. Принесут что-то интересное и бумажки с портретами американцев требуют. Вот Мишке и надо постоянно какую-то сумму в валюте для закупа иметь. Да и просто, зачастую, что-то за грины дешевле купить у народонаселения получается…
— Мало… — Мишка пачечку в карман спрятал, даже считать не стал.
— Больше единичек у парней на рынке не было.
— Ты им ещё то заказал? — Мишка глубоко затянулся.
— Заказал.
— Скоро опять старуха придёт с фарфором. Пятерок и десяток возьми на пару соток…
— Завтра сделаю. — кивнул Бакалавр.
— Да, ещё бумажки по два доллара у тебя где-то были. Их почти все раскупили — хорошо берут на подарки.
— Принесу. Пошли вчерашний закуп смотреть. Сегодня с Наташей на концерт идём — некогда с тобой лясы долго точить.
Вадик до сих пор по некоторым вещам Мишку консультировал, хотя требовалось это всё реже и реже — набрался уже немного опыта его напарник по бизнесу.
  
Глава 26
 
Глава 26 Отель-пивоварня
— Ну, какое сегодня пиво будем пробовать? — Бакалавр поудобнее устроился на массивной скамье.
— Напомни, вчера какое пили? Не держатся у меня в памяти их басурманские названия… — Мишка в руках меню вертел и красивые картинки рассматривал.
Чешского языка он не знал. Английский и немецкий для него тоже были тёмным лесом.
— Вот это. — Вадик нужную страничку в меню отыскал и пальцем по одной из строчек провёл. — Black Victor.
— Хорош напиток… — выдал экспертное заключение Михаил. — Умеют делать…
— Хорош, — разделил его мнение Бакалавр. — Ну, какое?
Все сегодняшние дела были переделаны, что намечено — выполнили, теперь можно и уставшие организмы местными напитками побаловать.
Не одну сотню лет чехи своё пиво варят — хорошо это дело освоили. Общие принципы они не меняют, а вот технологические решения и оборудование постоянно совершенствуют. Открытые бродильные чаны теперь редко где увидишь, дображивание в деревянных бочках — тоже, через солому пиво фильтруют только в кино…
До середины девятнадцатого века здесь преобладало пиво верхового брожения, а потом в Пльзене впервые сварили низовое пиво. Скоро оно вытеснило в Чехии и Моравии технологию верхового брожения и стало родоначальником самого популярного во всем мире светлого лагера…
Это Бакалавр и Мишка в музее пива узнали. Далеко в него ходить не надо — в этом же здании он находится, где они сейчас за потемневшим от времени деревянным столом сидят.
 
Правда это или нет, но рассказали им, что пиво варят с седьмого века до нашей эры, из чего его делают — они тоже уже сейчас знают, какие ингредиенты добавляют для специфического вкуса — тайны для Михаила и Вадика не составляет.
Полюбовались они на коллекцию пивных бочек и бутылок, фотографии известных пивоваров, образцы пивной рекламы, всякие-разные пивные кружки и фарфоровые фигурки…