Бакалавр 7 (СИ)

Бакалавр про матрёшек был в курсе. Те, к кому ему в голову пришло в поездке присоседится, их в Польшу и таскали. Скорее всего, Мишка про них и вспомнил — знакомые то у них были общие…
— Так и сделаем. Ты пока паспортом своим занимайся, а я всё про матрёшки узнаю. Где тут взять, где там отдать. Ну, и когда парни в Польшу поедут — они каждый месяц мотаются, иногда даже чаще. — Вадика тоже мысль про вояж за границу захватила, насиделся он в Кирове, на подвиги его потянуло.
— Так, побежал я в Дом Фото. — Мишка посмотрел на часы. — Они там ещё работают.
Бакалавр усмехнулся.
Во как… Всё бросил… Ну, да ладно — тут и идти то через улицу.
— Ты про лавку то не забывай, — Вадик уже в спину удалявшемуся Мишке крикнул.
— Никуда она не денется… — долетело через шум дождя до Бакалавра.
Мишка по лужам к перекрёстку шлёпал, а на душе у него всё пело — он на загранпаспорт идёт фотографироваться…
Вадик и Мишка потом долго свою первую поездку за антиквариатом в Польшу вспоминали — рванули наобум простодырые…
Матрёшки они дома купили без проблем — в Кирове на них особого спроса не было, никому они тут никуда не упирались, так, челноки одни их и брали. Причём, гораздо меньше чем раньше — завалили уже все пригородные рынки Варшавы этими деревянными изделиями. Вот лет пять — семь бы назад — это совсем другое дело. Тогда по польским меркам всё российское копейки стоило и любое барахло паны на халяву скупали. Сейчас же отходило время матрёшек — пришлось парням отдать свой товар чуть ли не по закупу. Земляки, с которыми Мишка и Бакалавр сюда приехали, тоже матерились в голос и клялись сюда больше ни одной деревянной куколки не возить.
Вадик и Мишка утром поспать любили, а в столице Польше приходилось им в четыре часа вставать, на автобусе в маленькие городки под Варшавой ехать, там под дождём весь день свой товар пристраивать. Одно спасало — фляжка во внутреннем кармане куртки…
Наконец они от своего товара избавились. Толку то… На базарах, где они с земляками побывали никакого антиквариата и близко не было. Какой идиот им тут торговать будет? Не профильный это товар — ни местным, ни гостям из России он особо не нужен. На периферии польских рынков стояли барахольщики со всяким-разным, но такое и дома на центральном рынке можно было купить. Фарфоровые статуэтки предлагали всё какие-то битые, да и много ли их до дома довезёшь — раскоцаешь половину дорогой. Залежей бронзовых изделий тоже что-то не наблюдалось…
Куда-то вдвоем отдельно от своих знакомых челноков Вадик и Мишка съездить не рискнули — языка не знают, куда ехать — не представляют…
Не подготовлена была у них поездка, вот такой результат и получился. А что они хотели?
В общем, кончилось дело тем, что джинсовыми рубашками они свои баулы забили и домой со всей честной кировской компанией двинули. Купленное в Варшаве знакомым с рынка скинули, в деньгах чуть приподнялись, но они то не за этим пределы родной земли покидали.
— Лопухнулись мы, Мишка… — подвёл итог поездки Бакалавр.
  
Глава 24
 
Глава 24 Польские покупки
— Лопухнулись мы, Мишка… — подвёл итог поездки Бакалавр.
— Ну уж, скажешь… — компаньон Вадика опять свой затылок здоровой рукой стал терзать. — Не совсем ведь…
Ну, понятно, не совсем — кое-что привезли.
На базарчиках в городках под Варшавой накупили они разменной монеты Польской Народной Республики. Эта алюминиевая мелочь в тарелочках и горшочках у некоторых продавцов бывших в употреблении вещей частенько встречалась. Тут горсточку, там жменьку — так и набрали Вадик и Мишка мешочек польской мелочи. Не антиквариат, но боле-менее ходкий товар для их лавочки. Если цену не задирать, то детишки иностранную мелочь довольно хорошо разбирали. Очереди не было, но каждый день такие монетки покупали. В Польше то эти грошики почти даром отдавали — лишь бы избавиться…
Ещё привезли парни польских монеток начала девяностых по пять, десять, двадцать, пятьдесят и даже сто злотых. Они даже в обороте не были — мужик их роллами продавал. Причём, эти самые роллы у него хоть запайками предлагались, хоть по одному. В запайке десять роллов. В ролле пятьдесят монеток. Если запайкой брать — сущие копейки каждая монетка стоить будет. Мишка и нахапал своими загребущими руками по две запайки каждого предлагаемого номинала — по тысяче каждой монетки у него сейчас, что по пять злотых, что по сто…
 
— Миша, ты их до пенсии продавать собрался? — поинтересовался Бакалавр, когда его напарник на стол такое богатство вывалил.
Тогда он как раз в кафе перекусить зашёл, а Мишка решил ещё разок по рядам пробежаться — может что хорошее и попадётся. Один он и мужика того с целой сумкой этих самых роллов злотых выцепил. Был бы он вместе с Вадиком, скорее всего не купил столько монеток сразу…
— А, что — продадим потихоньку, не скоропортящийся товар, — нашелся Мишка. — Не мандарины…
— Не мандарины, — согласился Бакалавр.
— Бери, говорит, пан на бизнес. Деньги прямо с банка. — подкинул и ловко поймал Мишка запайку со злотыми. — Новенькие, муха не сидела.
— Бизнесмен… — вздохнул Вадик. — Хренов…
Продавали они эти злотые из роллов даже в нулевые. Последние какому-то мужику из Перми слили, он ими, наверное, до сих пор торгует.
Кроме монеток были у Вадика и Мишки ещё приобретения.
На одном из базарчиков наткнулись они на дедка родом ещё, наверное, из до исторического материализма. Как мумия египетская он выглядел. Замотан был тоже в какие-то непонятные тряпки с заплатами. Перед ним прямо на старых деревянных ящиках три огромных чемодана с открытками были раскрыты. Чего там только не было! Прокопались Вадик и Михаил в этой макулатуре часа полтора, но выбрали им приглянувшееся — замки, мосты, виды городов — всё что под старину хоть немного шарило.
Тут уж сам Вадик инициативу проявил.
— В рамочки это добро упакуем и продадим — стены у нас сейчас пустые, что месту зря пропадать.
Действительно, перед самым вояжем в Польшу Мишкина лавочка из киоска на автовокзале в цокольный этаж жилого дома на Карла Маркса переехала. Семьдесят с лишним метров сейчас торговых площадей у Михаила в распоряжении было и надо было всё это заставить, заложить и завесить. Вроде, на старом месте из-за товара повернуться было негде, а тут как-то пустовато его магазин выглядел — хоть корчагами и прялками заполняй.
Старый поляк Вадику и Мишке, похоже, жадный попался — торговался до упора, руками махал… Бакалавр уже плюнуть хотел и уйти, но как-то сговорились. Позже, правда, выяснилось, что это сами Вадик с Мишкой не правы были. Открытки, что они выбрали и на самом деле дорогими были, но в ту поездку это было им невдомек. Подумаешь — бумажки, не золото же…
Так что в баулах у Вадика и Михаила прибыли в Россию не только джинсовые рубашки, но и не одна тысяча польских монеток и большой пакет открыток. Не то, конечно, Бакалавр хотел привезти, но не совсем с пустыми руками они вернулись.
Буквально на следующий день после возвращения из Польши новый магазин Бакалавра и Мишки чуть не ограбили. Вернее, к этому делу уже приступили неразумные личности — замок на двери взломали, внутрь проникли и начали что поценнее из витрин в сумки перекладывать. Тут их и взяли — сигнализация предусмотрительным Михаилом была установлена.
— Всё, Вадик, съезжаю со съемной квартиры, — проинформировал Мишка Бакалавра. — Буду прямо тут жить. Комната изолированная в цоколе имеется, туалет, вода, отопление есть — что ещё надо. Опять же — экономия, не надо за жильё платить.
 
— Хозяин — барин… — Вадим не возражал, ему то что. Сам Мишка большой, за ручку его водить не надо.
— Мастерскую ещё устрою, реставрировать по мелочам буду… — поделился своими планами напарник Вадика. — Пальчики то мне разрабатывать надо.
Некоторый прогресс с прострелянной рукой у Мишки наблюдался, но весьма незначительный. Не хотела восстанавливаться рука. Хоть поврежденный нерв ему и сшили, но…