Не смотри (ЛП)

Рита Кинг. Впечатляющий провал.
Она задрожала, затем яростно поборола вспышку паники.
Поддавшись своему беспокойству, она не пошла на похороны Рудольфа. Слабость, которая пристыдила ее до глубины души. На этот раз она не собиралась позволить этому взять над ней верх.
Последние три ночи ее старый друг преследовал ее во снах. Как будто пытался выйти из могилы, чтобы предупредить ее. Она не знала, почему он не может покоиться с миром, но собиралась спросить его об этом.
Это единственный способ заснуть.
На кладбище Рите пришлось пробираться через сугробы, чтобы наконец добраться до могилы Рудольфа. Потревоженная земля возвышалась над остальными могилами, но сверху лежал слой снега, который, к счастью, смягчал вид сырой грязи. Находиться там и без мрачного напоминания о том, что Рудольф, вероятно, все еще замерзший труп в своем гробу, довольно неприятно. Пройдут месяцы, прежде чем он оттает и начнет гнить.
Риту чуть не стошнило от ужасной мысли.
— Прекрати, — пробормотала она. — Ты здесь, чтобы поговорить с духом Рудольфа, а не беспокоиться о его мертвом теле.
Остановившись рядом с недавно установленным надгробием, Рита сосредоточилась на имени друга, высеченном на мраморе, и на тяжелой урне, наполненной хрупкими цветами, которые шелестели на сильном ветру. Постепенно инстинктивная тревога, вызванная пребыванием на кладбище, сменилась воспоминаниями о Рудольфе, когда он был еще жив. Острая боль пронзила ее насквозь. Она отчаянно скучала по нему. Никто больше не понимал ее потребности заглушить боль вечер за вечером. И ее ненависть к себе, когда на следующее утро она просыпалась с тупой, ломящей головной болью.
Помимо этого, он всегда оставался хорошим собеседником. Он рассказывал истории, которые заставляли ее смеяться или задыхаться от его смелых выходок. Некоторые из них даже могли быть правдой.
Рита протянула руку, чтобы дотронуться до надгробия.
— Поговори со мной, Рудольф. Скажи мне, что тебя беспокоит, — прошептала она.
Лишь свист ветра пронизывал густой строй кедровых деревьев, обрамлявших кладбище.
Она нахмурилась. Неужели она совсем идиотка, раз думала, что Рудольф пытается поговорить с ней? Возможно. Конечно, это не первый раз, когда она позволила своему буйному воображению взять верх над здравым смыслом. Но это казалось таким реальным.
— Давай, Рудольф, — пробормотала она. — Я замерзаю.
Топая ногами, которые онемели от холода, она случайно пнула основание надгробия, в результате чего с цементной урны упал слой снега.
Рита вздрогнула. Меньше всего ей хотелось осквернять могилу. Разве это не плохая примета? Перекрестившись, несмотря на то, что она не была католичкой, она отвлеклась, увидев что-то белое, торчащее из мертвых цветов в урне. Это выглядело как кусочек мусора.
Неодобрительно щелкнув языком, Рита потянулась вниз, чтобы убрать его. Кто мог бросить его туда?
Только когда она вытащила его, она поняла, что это не клочок бумаги. Вместо него это оказался конверт с именем Рудольфа, нацарапанным на лицевой стороне.
Она заколебалась. Возможно, это личная записка от кого-то, кому Рудольф помог. В Пайке немало людей, признательных ему. Так оставить его там или отнести Киру?
Не зная, что делать, Рита наконец решила вскрыть конверт. Если это будет что-то, что напомнит Киру о многих прекрасных качествах его отца, она отнесет это ему. В противном случае она положит его обратно в урну.
Неохотно сняв одну перчатку, Рита разорвала конверт и вытащила сложенную бумагу. Это была записка, написанная от руки, и прошло несколько минут, прежде чем ей удалось расшифровать слова.
Затем ее сердце остановилось.
И это не метафора.
Ее сердце фактически забыло биться, когда она засовывала письмо в карман пальто.
Затем, наклонившись вперед, она заглянула в урну. Там лежали еще конверты. В горле поднялась желчь, но, прикусив язык, она заставила себя протянуть руку и взять их. Засунув их в тот же карман, что и первый, она повернулась, чтобы поспешить к выходу с кладбища.
Она оказалась права, шептал торжествующий голос в глубине ее сознания. Рудольф пытался достучаться до нее и предупредить. Теперь ее долг — проследить, чтобы письма попали к…
 
Кому?
Шерифу? Нет, она бесполезна. Может, ей стоит обратиться в ФБР? По телевизору всегда показывали, что именно они раскрывают крупные дела, верно? Но как обычный человек мог связаться с ними?
Кир должен знать, решила Рита. Он относился к тем людям, которые по природе своей лидеры. Она ничуть не удивилась, когда Рудольф рассказал ей, что он открыл свой собственный бизнес в Бостоне.
Она потянулась в карман пальто. Она никогда не носила с собой сумочку. Незачем. Все, что ей нужно, это телефон, сигареты, ключ от дома и пара баксов. Вытащив телефон, она заколебалась, прежде чем набрать номер Рудольфа. Она полагала, что у него все еще есть городской телефон. Она услышала гудки, затем в ее ухе раздался хрипловатый голос Рудольфа, который попросил оставить сообщение.
Ее сердце пустилось в безумный танец. Голос звучал так знакомо. Как будто Рудольф стоял рядом с ней. Глубоко вдохнув, Рита быстро сказала Киру, что нашла то, что он должен увидеть. Оставалось надеяться, что тот догадается проверить автоответчик. Если нет, она попытается найти его сегодня вечером.
Проходя через деревья, окаймляющие кладбище, она услышала звук приближающегося автомобиля. Рита приостановилась, осторожно убирая телефон в карман. Она разбила или потеряла больше телефонов, чем хотела бы вспомнить. Она не могла позволить себе купить еще один.
По иронии судьбы, именно редкое проявление осторожности стало ее погибелью.
Если бы она смотрела вверх, то увидела бы машину, которая направлялась в ее сторону. Возможно, она даже успела бы отпрыгнуть в сторону.
В ее жизни было так много «если бы».
Смерть, которую она искала долгие годы, настигла ее во взрыве сокрушительной боли.
***
Кир заставил себя подождать, прежде чем потребовать ответа на вопрос, почему он увидел Челси Галлен, выбегающую из клиники, когда подъехал. Линн и так уже худая, как щепка. Он не хотел, чтобы она еще больше похудела. Подавив любопытство, он провел ее в кабинет и настоял на том, чтобы она съела большую порцию приготовленного им куриного пирога с салатом.
Он испытал нелепое удовлетворение, когда она доела свою порцию. Как будто ему удалось добиться какого-то чудесного достижения.
«Мужик, да ты попал».
Только после того, как убрал посуду, он, наконец, уговорил ее рассказать подробности стычки с бывшей секретаршей. Уже через несколько минут его самообладание иссякло. Когда Линн закончила, он стоял в центре кабинета со сжатыми руками и кипящей кровью.
— Значит, ключи от клиники могут быть у кого угодно? — прорычал он.
Линн сидела на диване, ее лицо побледнело.
— Если Челси не лгала.
Он бросил на нее растерянный взгляд.
— Зачем ей врать?
— Я предупредила ее, когда давала ключи, что, если она их потеряет, мне придется сменить все замки, и что ей придется оплачивать расходы. Это не только будет дорого, но и лишние хлопоты, которые мне сейчас не нужны.
— Возможно, это месть, — согласился Кир. Челси показалась ему особой вредной и мстительной, которой доставляет удовольствие создавать Линн проблемы. Но ее отношения с Нэшем также доказали, что она готова пожертвовать своей гордостью и моралью, чтобы угодить мужчине. Может быть, даже чтобы угодить другу. — Не исключено, что она отдала их кому-то и не хотела признаваться, кому именно.
 
Линн сцепила руки.
— Убийце?
— Возможно.
Наступило долгое молчание, пока они обдумывали опасность того, что ключи могут оказаться в руках монстра-убийцы. Затем Линн разочарованно вздохнула.
— А может, она просто потеряла их.
— Ага.
— Ходим по кругу. Опять, — пробормотала Линн. Затем она нахмурилась. — Чуть не забыла. У Челси появилась интересная теория.