Жизнь, продиктованная Говорящей Шляпой (ЛП)

— Я не мог не заметить сходства с травмами маленького Гарри несколько недель назад.
«Я предполагаю, что у них был личный интерес».
Северус задумался, но сохранил нейтральное выражение лица и тон.
— Интересно.
— Прежде чем потерять сознание, — Альбус наконец перешёл к делу, — он выдвинул предположение, что ты это заказал.
— У него нет доказательств, — Северус поднял глаза и встретился взглядом с Альбусом.
Альбус не смог сдержать дрожь.
— Так это сделал ты.
Это не было вопросом, но Северус мрачно улыбнулся и всё равно ответил:
— А если и я?
— Северус, — разочарованно выдохнул Дамблдор.
— Вы выбрали Пожирателя Смерти, чтобы защитить Гарри Поттера, — Северус был готов к разочарованию и заговорил прямо. — Почему же вы так удивляетесь?
— Северус, — предостерёг Альбус, — сколько раз я должен повторять, что ты не Пожиратель Смерти?
— Позиция Министерства: единожды Пожиратель — всегда Пожиратель. Возможно, это единственное, в чём мы согласны.
— Но ты верен свету, Северус.
— Скажите это людям, которых я убил, Альбус. Или, скорее, их семьям. Я уверен, что им не всё равно.
— Мне не всё равно.
— Я понимаю. Вы были одним из нескольких самых опечаленных, когда я получил метку. Тем не менее, изменение в привязанностях не стирает этого, — сказал Северус, как ни в чём не бывало задирая рукав и показывая Альбусу свою метку, — как бы сильно вы этого ни желали.
— Она немного поблёкла, — Альбус грустно улыбнулся.
— Тем не менее она снова проявится, как новенькая, как только Тёмный Лорд вернётся, — саркастически прокомментировал Северус, быстрым движением руки снова прикрывая метку. — И, по всей вероятности, я вернусь, чтобы служить ему.
— Ты не принадлежишь ему, Северус, и поэтому ты не Пожиратель Смерти.
— Злоупотребляя магловской фразой, если он выглядит как Пожиратель и ведёт себя как Пожиратель — это Пожиратель Смерти. Я ношу метку, я носил маску…
— Ты не ведёшь себя как Пожиратель Смерти, Северус.
— Нет? Зачем же тогда вы пригласили меня сюда, если не для того, чтобы наказать за то, что я приказал избить пятнадцатилетнего мальчишку?
— Ты мог бы приказать убить его.
— И что в этом интересного? — Северус мрачно усмехнулся.
Альбус нахмурился.
— Я знаю, что ты не поэтому оставил его в живых.
— Возможно, я не хотел, чтобы мои ученики оказались в Азкабане.
— Разве Пожирателю Смерти было бы не всё равно?
«О, ради всего святого…»
Временами Северус задавался вопросом, можно ли заставить Альбуса видеть вещи не только в чёрно-белом цвете. Этот человек мог быть слизеринцем, когда хотел, но из-за абсолютного идеализма он был чистым гриффиндорцем.
— Теодор Нотт любит своего сына, Альбус. Насколько я на самом деле отличаюсь от тех, кто остался? Мы не можем знать, что произошло бы, если бы Тёмный Лорд угрожал сыну Нотта, и что бы произошло, если бы он оставил Лили в живых. Возможно, теперь я стал лучше, и, возможно, Нотт мог бы стать лучше, но это мало что меняет. Я отмечен на всю жизнь, как и он, и если бы мне пришлось встретиться с ним в бою, я бы убил его без промедления или сожаления, и юный Тео остался бы сиротой.
— Это не ты, Северус, это война.
— И я отмечен этим. Мы не выиграем ещё одну войну с Тёмным Лордом, работая как авроры, сражаясь с помощью заклинаний, одобренных Министерством, и пытаясь брать противников живыми. При всём уважении, сэр, нам нужно больше людей, готовых убивать. Я готов. В прошлом я даже делал это для развлечения. Причина, по которой я становлюсь хорошим шпионом, заключается в том, что метка заложена в моей природе так же, как и на моей коже.
— Это к делу не относится, — наконец сдался Альбус. — Я притворялся, что не замечаю твоей «войны» против Маркуса Флинта. Неужели ты думаешь, что я так же буду игнорировать его избиение?
Северус замер.
— Если только вы не отправите меня в Азкабан или, более приземлённо, не уволите, то да. Это ваш выбор. Однако я хотел бы напомнить вам, что действовал по вашему приказу. Вы не можете приказывать мне защищать Гарри, зная, что я Пожиратель Смерти, а затем критиковать мои методы. Как вы заметили, я оставил мальчишку в живых, когда он чуть не убил Гарри.
 
— Если бы Гарри пошёл в лазарет…
— Флинту не следовало этого делать! — рявкнул Северус. — Гарри достаточно пострадал в своей жизни, и здесь он будет в безопасности!
Альбус бросил на Северуса быстрый взгляд и широко улыбнулся. Блеск в его глазах мог ослепить любого, кто смотрел на него.
— Прости, Северус. Я и не догадывался, — он помолчал, откинувшись на спинку кресла. — Я далёк от того, чтобы запрещать тебе защищать его, когда ты явно так сильно беспокоишься о нём.
Северус поспешил пресечь эту мысль в зародыше.
— Рад слышать, что мои методы заслуживают вашего одобрения.
Альбус, однако, казался непробиваемым, и хотя его улыбка пропала, когда он заговорил серьёзно, она никогда не исчезала полностью.
— Я не особенно доволен твоими методами, но в чём-то ты прав. Крайне важно, чтобы мальчик был в безопасности, и пока Флинт находился в школе, это был риск для Гарри. Я понимаю твои действия, даже если не могу их оправдать, и рад, что назначил тебя защитником Гарри.
— Хм, — уклончиво буркнул Северус, пытаясь игнорировать удовольствие, которое он испытал от одобрения старого волшебника.
— Кстати, как поживает Гарри?
— Честно говоря, не знаю, — нерешительно начал Северус. — Иногда он мне что-то рассказывает, но чаще нет. Он боится меня меньше, чем раньше, но всё ещё едва доверяет мне. Он не понимает, почему я постоянно «вмешиваюсь», как он выразился, и явно хочет, чтобы я этого не делал, — Северус поморщился, вспомнив слова мальчика.
«Мне не нужен отец, или наставник, или кем вы там должны быть, ясно? Если бы вы просто оставили меня в покое, я бы тоже не доставал вас. Вместо этого вы все лезете ко мне, и я ничего не могу сделать, не попав в неприятности. Какого чёрта это нужно?»
Северус отодвинул это на задний план и продолжил:
— Я знаю, что друзья задавали ему вопросы о его прошлом, и это вызвало проблемы. Он недоволен ими, а они им. В пятницу он подрался с младшим мальчишкой Уизли, и с тех пор тот его игнорирует. По словам его друга Блейза, он также испытывает стресс. Я верю в это: за последние две недели я получил больше жалоб от учителей, чем за весь учебный год вместе взятый.
— Жалобы на что?
— В основном на грубость. Обычно он не так плохо ведёт себя с ними, как со мной, но это ни о чём не говорит.
— Он неуважителен?
— Довольно часто. Он вежлив, когда ему наиболее комфортно, или, наоборот, когда сильно напуган, — Северус фыркнул в некой пародии на юмор. — Если это можно назвать вежливостью. Меньше всего жалоб от Минервы, Филиуса и Помоны, но даже с ними он имеет тенденцию грубить, когда сталкивается. Профессор Биннс вообще не жалуется, но я сомневаюсь, что он заметил бы, даже если бы мальчик швырнул в него чем-нибудь. Хуже всего Гарри ведёт себя с Синистрой и Квирреллом. Синистра сама испытывает к нему стойкую неприязнь. А от Квиррелла, по словам Гарри, у него болит голова, хотя Минерва, похоже, думает, что мальчик его просто боится.
— Он боится Квиринуса?
— Намного меньше, чем он боится меня и особенно Аргуса Филча, но да, — в голосе Северуса проскользнуло огорчение, и он потёр переносицу, чтобы отогнать головную боль.
— Аргус Филч?
— Он налетел на Гарри в коридоре. Я пригрозил ему, что если это случится снова, он потеряет гораздо больше, чем свою работу. Мне показалось, он поверил.
— Конечно, поверил, — Альбус серьёзно посмотрел на него. — И я верю тебе.
— Не думаю, что вы согласитесь избавиться от него?
— Нет, — Альбус озорно улыбнулся. — И в качестве уточнения — тебе также не разрешается убивать его.
— Увы, — Северус ответил серьёзно, только в его глазах промелькнул весёлый огонёк.
— Проблема?