Жизнь, продиктованная Говорящей Шляпой (ЛП)

— Я н-не знал, что это он. Честное слово.
— Что бы ты ни сказал, было бы разумно подумать, прежде чем бить ученика в моём присутствии.
Флинт, окаменев, молчал.
— Убирайся из моего класса.
— Да. Да, сэр, — Флинт выглядел готовым обмочиться, и как только Снейп отпустил его запястье, он, забыв свои учебники, прижал руку к груди и убежал, пошатываясь на трансфигурированных каблуках.
Северус глубоко вздохнул, отвернулся от двери и большей части класса и сверху вниз посмотрел на Гарри.
— Полагаю, мистер Поттер, я говорил вам держаться от него подальше.
Гарри опустил голову, всё ещё немного потрясённый поворотом событий. Он уже был избит Флинтом раньше, и у него не было желания повторять этот опыт.
«Хорошо, что Снейп был здесь, пусть даже он и бесится».
— Да, сэр.
— К тому же в настоящее время вы пропускаете один из своих собственных уроков.
— Да, сэр.
— Тогда отправляйтесь на занятия. Мы подробно обсудим это, но сейчас я должен вести свой урок.
Гарри молча кивнул и убежал, стараясь не думать обо всех неприятностях, ожидающих его позже.
Наконец Северус повернулся к своим ученикам, которые с открытыми ртами уставились вслед Гарри, а затем в замешательстве оглянулись на профессора.
«Вы знали, что я опекаю его, идиоты. Это не должно быть сюрпризом».
Северус усмехнулся, снял десять баллов с Гриффиндора и вернулся к уроку.
***
— Вы опоздали более чем на сорок пять минут, мистер Поттер, — укорила профессор Спраут, когда Гарри явился на урок.
— Думаю, да, — беззаботно отозвался Гарри.
«Оставь меня в покое, старая тыква».
— Возможно, наказание научит вас приходить на занятия вовремя.
Гарри находил профессора Спраут бесконечно раздражающей, но обычно, если он был достаточно груб, она отказывалась с ним разговаривать. Гарри вздёрнул подбородок и заговорил нейтральным тоном:
— Возможно, так и будет. Большое вам спасибо за то, что потратили своё драгоценное время, чтобы научить меня ценить пунктуальность. Я понятия не имел, что опоздание на час вас рассердит.
Гермиона возмущённо ахнула.
И, конечно же, профессор игнорировала его до конца урока. К сожалению, Гарри заметил, что так поступил и Рон.
***
Следующим уроком после гербологии были зелья, и, будь у Гарри выбор, он бы с таким же успехом их пропустил. Тем не менее ему не хотелось нарываться на новые неприятности, поэтому пришлось приложить все усилия, чтобы добраться до класса вовремя. Впрочем, это не имело значения: Снейп был зол, но вымещал это на гриффиндорцах, а не на нём. Самого Гарри Снейп по большей части игнорировал, но когда их глаза встретились, стало ясно, что Мастер зелий только и ждал возможности остаться с мальчиком наедине.
Что ещё хуже, Рон старательно игнорировал Гарри и Блейза на протяжении всего урока. Блейз холодно посмотрел на Рона и снова сосредоточился на своём зелье, казалось бы, безучастно, в то время как Гарри прикусил губу и сделал вид, что не заметил. Тем не менее, урок тянулся очень медленно, и Гарри скучал по выходкам и нападкам Рона на Снейпа, несмотря на то, что его собственное мнение об этом человеке изменилось.
Наконец пришло время собирать учебники и отправляться на обед.
Снейп наблюдал за ним, но Гарри притворился, что не замечает, надеясь улизнуть вместе с остальным классом. Наконец профессор подошёл к нему и положил тяжёлую ладонь ему на плечо. Поняв, что сбежать не удастся, Гарри вздохнул и поднял глаза. Снейп серьёзно смотрел на него сверху вниз.
«Он хочет, чтобы я остался», — сообразил Гарри и, сделав глубокий вдох, кивнул в знак того, что понял, а затем слегка дёрнул плечом, выражая собственную просьбу. Снейп кивнул в ответ и убрал руку. Гарри не мог по-настоящему расслабиться и сидел с несчастным видом, когда другие ученики покидали класс. Блейз уходил последним и вопросительно посмотрел на Гарри, ожидая его кивка, прежде чем скрылся за дверью.
В конце концов все ушли, и Гарри с тревогой наблюдал, как Снейп пододвинул стул и сел напротив.
— Скажи мне, Гарри, — наконец заговорил Мастер зелий, — у тебя есть объяснение, почему ты не можешь прожить два дня, не бросив мне вызов?
 
— Я могу!
— В этом отношении факты категорически против тебя.
— А что, если я могу, но не хочу? — дерзко спросил Гарри.
— Тебе нравится быть по уши в неприятностях?
— Нравится? Чёрт возьми, нет! Но это всё равно происходит, ведь так?
Северус нахмурился.
— Ты думаешь, я накажу тебя, даже если ты ничего не натворил?
— Я думаю, так много вещей противоречит правилам, что вы тоже могли бы…
— У меня для тебя не больше правил, чем у родителей твоих друзей — для них.
— Да, но вы не мой чёртов отец!
— Следи за языком, Гарри. Нет, я не твой отец, но кто-то должен заставлять тебя соблюдать правила.
— Почему? Я вот подумал, что быть сиротой имеет одно жалкое преимущество, а вы хотите его отнять. Мне не нужен отец, или наставник, или кем вы там должны быть, ясно? Если бы вы просто оставили меня в покое, я бы тоже не доставал вас. Вместо этого вы все лезете ко мне, и я ничего не могу сделать, не попав в неприятности. Какого чёрта это нужно?
— Ты думаешь, мне нравится ругать тебя, или сажать под арест, или наказывать? Ты думаешь, я этого хочу? Вовсе нет. Веришь или нет, мне не нравится видеть тебя несчастным, и ещё меньше мне нравится делать тебя несчастным. Но, насколько я могу судить, это то, чего ты добиваешься. Ты хочешь, чтобы я злился, ты хочешь, чтобы я ругался, ты хочешь, чтобы я наказывал тебя.
— Вы что, не понимаете? Мне ничего от вас не нужно!
— Значит, я должен был позволить Флинту ударить тебя?
— Он бы не избил меня вначале, если бы вы не продлили отработки! Со мной было бы всё в порядке, если бы вы не вмешивались в мою жизнь.
— В порядке? Позволь мне заметить, что если бы это зависело от тебя, ты был бы мёртв. Или ты забыл о своей инфекции, потому что не лечился, когда приехал сюда? Если ты не пойдёшь к мадам Помфри, когда это будет необходимо, я заставлю тебя. Если ты не будешь беречься ради себя самого, то сделаешь это, подчинившись мне. Или ты предпочёл бы, чтобы я просто позволил тебе умереть, потому что ты недостаточно умён, чтобы обезопасить себя?
— Я такой и есть! — Гарри начал путаться. Почему этот человек так цепляется к нему? Почему его это волнует?
— Опять же, факты против тебя. По моим подсчётам, ты дважды в этом году умер бы, если бы не моё вмешательство. Поэтому я буду «вмешиваться» в твою жизнь до тех пор, пока ты не сможешь самостоятельно обеспечить свою безопасность. А пока тебе придётся с этим смириться.
— Какое вам дело, умру я или нет? Вам-то что до этого? — гнев Гарри быстро сменился замешательством.
«Почему его, чёрт возьми, это волнует?»
— Это не имеет значения.
— Ну конечно, не имеет! Значение имеет всё! Как я могу, чёрт возьми, доверять вам, если вы не хотите рассказать мне о своих мотивах?
— Следи за языком, Гарри. Последнее предупреждение. Я рассказал тебе о своей мотивации. Я хочу для тебя самого лучшего. Вот и всё. Моё это дело или нет, я сохраню тебе жизнь и здоровье, даже если это последнее, что я сделаю, и хочешь ты этого или нет. Что касается нашей проблемы, я повторяю, должен ли я был позволить Флинту ударить тебя?
— Я не знаю, — Гарри отвернулся, остатки его гнева улетучились. — Я просто… я просто не понимаю, что вы делаете, ясно? Вы хотите для меня самого лучшего? Что это должно означать? Чего вы добиваетесь? Если вы так ненавидите наказывать меня, то зачем тогда донимаете?
— А если я наказываю тебя, потому что считаю это лучшим для тебя? — спросил Снейп, немного успокаиваясь.
— Вряд ли, — ответил Гарри.
— Возможно, с твоей точки зрения, — признал Снейп, — но тем не менее это правда. Если бы это было неправдой, то я бы, по сути, злоупотреблял своей властью над тобой, независимо от того, бил бы я тебя или нет.