Завет (СИ)

— Его тоже нет. Да и хрен с ним, сейчас и так есть чем заняться. Потом найдём или Регина разберётся. Сейчас нам нужна Кальфу.
— Канцелярия?.. — подсказал Каин. — Они точно знают, где она.
— Меня там не любят, — скривился Виктор. — Так что не катит.
— В этом городе вообще есть хоть кто-нибудь, кому ты ещё не наступил на хвост?
Виктор пожал плечами.
— Значит, снова мне за тебя отдуваться, — заключил Каин. — Мелочь есть?
— Зачем?
— Не жмись, Виктор. Раз сам не в состоянии справиться с проблемой, то побудь моим спонсором. Гони монету на благое дело.
Тот пошарил в карманах и после продолжительных поисков извлёк горсть мелочи.
— Держи.
— Приготовь машину, — сказал он, задержавшись в дверях.
Добравшись до штаба, Каин купил кофе и направился в канцелярию.
* * *
— Где вы взяли эту развалюху? — спросил Каин, критически осмотрев изрядно побитый Таурус М-1.
Крылья и задний бампер машины были помяты, пороги источены ржавчиной. По лобовому стеклу змеились многочисленные трещины.
— Личные запасы Виктора распотрошили. — Бео открыл багажник и закинул туда сумку с оружием. — Это она снаружи страшная, движок мы перебрали и починили. Походит ещё.
На зеркале заднего вида болтался какой-то буддистский оберег. Перспектива получить штраф за публичную демонстрацию символа иной веры Виктора нисколько не волновала, и снимать преступный предмет он не спешил. Впрочем, в Офенпеште хватало подобных вольнодумцев.
— Ну как? — поинтересовался Виктор, устроившись за рулём.
— Порядок.
— И как у тебя это получается?
— Что именно? — спросил Каин, развалившись на заднем сидении. — Женщин очаровывать?
— Добывать секретные сведения, необходимые для выполнения текущего задания. Хотя бабы как оружие — любят ласку, чистоту и смазку. Всё просто. Если поймёшь эти простые истины, то они падут к твоим ногам.
— К твоим почему-то не падают. Чем объяснишь этот казус?
В салон забрался Бео.
— Просто Виктор такой старый, что у него встаёт только на подушку, да и то не всегда. Потому и фантазирует.
— Зато выдуманные тёлки никогда не отказывают. Это большой плюс для самолюбия.
— Жалкое оправдание.
— Нормально оправдание для того, кто давным-давно ушёл из большого секса и дал дорогу молодым. Иначе Каину пришлось бы играть в карманный бильярд до конца жизни.
— Раньше ты не мог считаться мужчиной, пока не трахнешь по девке в каждом районе Офенпешта, — напомнил Каин. — Как у тебя с этим, Виктор?
— Никак, я уже не идиот. В некоторые районы даже зайти страшно, не то, что хрен там совать куда-нибудь.
— И кто тебя из Валахии выпустил…
— Пограничники.
— Хватит трепаться, — прервал их Бео. — Что там с Кальфу?
— Она поехала в Рёбра, в тату-салон «Двойное дно», — сказал Каин. — Так что нам повезло, заодно и к Мамаше Ди заглянем.
— «Двойное дно»? — переспросил Виктор. — По-моему, так раньше БДСМ-клуб назывался. Культовое было местечко.
— Раньше — это когда? В восьмидесятые?
— Скорее в семидесятые. Но могу ошибаться, давно дело было.
— Ты безнадёжно застрял в прошлом, Виктор.
— Шёл тысяча девятьсот семьдесят первый, омерзительный год Господа нашего. Как сейчас его помню. Когда доживёшь до моих преклонных лет, тоже начнёшь путаться в датах. Мир меняется слишком стремительно.
— Дорогу-то помнишь? Или старческое слабоумие прогрессирует?
— По пути разберёмся.
Каин не знал, сколько Виктору лет. Большую часть жизни Каин провёл среди людей и плохо ориентировался среди сородичей. Вампиры старели не так как люди, внешне признаки деградации почти не проявлялись. Виктор выглядел как тридцатилетний мужчина, а возраст выдавали лишь слегка поблекшие фиолетовые радужки.
На пропускном пункте Виктор показал дежурному жетон инквизиции и выехал на трассу.
* * *
Чепель, двадцать первый район Офенпешта, получил своё второе название из-за исполинских рёбер, в тени которых ютились ветшающие лачуги. Невероятных размеров грудная клетка была местной достопримечательностью, таинственной и зловещей. Тускло поблёскивающие на солнце чёрные кости нависали над запутанными улочками. Район уже давно пришёл в упадок и практически превратился в островное гетто. Это место стало грязным пятном на репутации города, и здесь обитало лишь самое презренное отребье.
 
Мамаша Ди заправляла всеми серьёзными делами в южной части Рёбер. Она действовала через широкую сеть подставных лиц, но с ней можно было встретиться и лично. Местная конгрегация[2] уже давно пыталась пресечь её деятельность, но без особых успехов, и скорее игнорировала, изредка позволяя себе выразить некое невнятное недовольство. Все были в доле и не видели причин менять установленный порядок. Здесь, в серой экономической зоне, процветал полулегальный бизнес, из последних сил пытавшийся конкурировать с бизнесом незаконным. Подпольные фабрики постоянно закрывались, но лишь для того, чтобы вновь открыться в другом месте. У подножия башен дворцового района существовал иной мир, с другими порядками и законами.
— Добро пожаловать в Рёбра, — сказал Виктор, паркуясь около тату-салона. — Присмотри за тачкой, Бео.
Уткнувшийся в экранчик пейджера пикси едва заметно кивнул.
— Это точно здесь? — Каин вышел из машины. — Выглядит как притон.
Салон находился в подвале обшарпанного здания, в котором раньше располагалась бухгалтерия металлургического завода. Два верхних этажа ветшали и разваливались, никому не было до них дела. Около разрисованных безграмотными граффити стен скапливались кучи мусора и опилок с целлюлозной фабрики, стоящей неподалёку.
— Он всегда так выглядел, сколько его помню.
— Часто заглядывал?
— Пошёл ты.
Путь им преградил громадный жирный огр. Каин оценил противника. Высокий, широкоплечий, с толстым слоем вязкого жира. Лицо и руки украшены грубыми татуировками какой-то уличной банды.
Огр сложил ручищи на груди и ухмыльнулся.
— Вы адресом не ошиблись, гладкомордые?
Гора мяса и сала переминалась с ноги на ногу. Если учесть ещё и толстенную шкуру, то можно было считать, что охранник одет в броню.
Виктор плюнул ему под ноги.
— Мой друг считает, что твоя матушка продажная курва. Так ты говорил, Каин?
Злобные глазки уставились на Каина. Пространства для манёвра не было.
Он шагнул вперёд и ударил огра головой в лицо. Ноги огра подогнулись, и он рухнул на землю, с грохотом ударившись черепом о порог.
— Надо же, — проронил Виктор. — А я как раз надеялся проскочить внутрь, пока он будет вытаптывать из тебя кишки. Но ты взял и всё испортил.
— Не дождёшься.
— Показал бы свой значок. Или устроил ему яичницу ниже пояса.
— Отличный план, в следующий раз так и сделаю. Или ты развлечёшь одного из этих уродов с помощью консенсуальной содомии.
— Обязательно развлеку. Но потом, когда ты отвернёшься.
Каин перешагнул через поверженного противника и распахнул дверь.
— После вас.
Виктор лишь усмехнулся и ступил на кривую лестницу.
— Кальфу знает толк в притонах, — сказал он, рассматривая внутреннее убранство. — Во всяких приличных местах окажешься в очереди между толстым клерком и домохозяйкой, а тут чувствуется дух старой школы.
Спустившись в полуподвал, Виктор толкнул ближайшую дверь и замер.
— Хм…
Каин заглянул в комнату. Там один из мастеров набивал татуировку на ягодице голой фигуристой девицы. Виктор приветливо помахал им.
— Может, нам тоже ввести такую практику?
— Набить всем на пояснице татуировку «Собственность «Дельты»»?
— Соображаешь.
В комнате началось паническое шевеление.
— Разрешите представиться, я человек с достатком и вкусом, — сказал Виктор, слегка поклонившись. — Не обращайте на нас внимания, мы просто кое-кого ищем.
Каин захлопнул дверь.
— Именно этим и должен был бы заниматься богемный мир, если бы наци всё-таки победили в войне, — заявил Виктор.