Игра на двоих (СИ)

Нет. Это не хорошо. Агент любит свою работу, дорожит своим честным именем. Он не простит Дженсену, если из-за такой глупой выходки, потеряет все, что ему дорого, лишится всей своей жизни. Уж, Дженсену ли не знать, каково это.
Эклз решил, что, как только вернется домой и расскажет ребятам последние новости, сразу попросит Мэтта узнать, как дела у агента. Пусть пробьет, числится ли еще специальный агент Падалеки в славных рядах Федерального бюро расследований и не заведено ли на него дело во внутренних службах…
За своими раздумьями он даже не заметил, как доехал до дома. Выходя из такси, заметил тачку с двумя амбалами, которая стояла на обычном месте. Он широко улыбнулся, махнул им рукой и показал средний палец, не удержавшись от иррационального порыва позлить их. Амбалы запыхтели, но не двинулись с места.
- Мудачье, – проворчал Дженсен и вошел в подъезд.
На лестнице его ждал сюрприз. Хмурый Бомер сидел на ступеньках, практически под самой их дверью, и пялился себе под ноги.
- Медитируешь? – хмыкнул Эклз.
Мэтт посмотрел на него и снова уставился в пол.
- Мэтти, что-то случилось? – в животе у Дженсена все мгновенно похолодело.
- Я еще никогда в жизни не был так рад тебя видеть, – бесцветным голосом ответил Мэтт.
- Оно и заметно, – Дженсен настороженно разглядывал друга. – Как прошел разговор с Соф?
- Заебись.
Дженсен непонимающе сощурился, потому что друг вел себя как-то странно.
- Что она сказала по поводу отъезда?
- До отъезда мы с ней не дошли.
- А до чего дошли?
Мэтт сжал зубы и не ответил.
- Идешь домой, Мэтти?
- Нет.
- Ясно. Но свалить куда-то ты же тоже не собираешься? – Дженсен говорил тихим, спокойным голосом, как будто Бомер мог взорваться от резкого звука.
- Нет.
- Ладно. А я зайду, пожалуй.
- Как прошло? – вопрос догнал Дженсена уже на пороге.
- Нормально. На удивление.
Дженсен вошел в квартиру, не представляя, что может там обнаружить. Следы ковровой бомбардировки, руины из мебели, битую посуду? Ведь ребята явно повздорили. И крепко, судя по тому, что Мэтт сидит на лестнице, как бедный родственник.
- Соф, – тихонько позвал Дженсен, обнаружив ее на диване в гостиной.
- А, Дженс. Вернулся уже, – София едва взглянула на него и отвернулась, пряча глаза.
«Плакала?»
- Как дела? – осторожно поинтересовался он.
- Хорошо, – не успев даже договорить, девушка разрыдалась, закрывая ладонями лицо и упираясь головой в коленки.
- Детка, что случилось? – Дженсен растерялся, не зная, что делать.
София вела себя странно. Сегодня вообще все ведут себя странно!
«Какого черта?!»
Он сел рядом с ней и погладил вздрагивающую спину.
- Ну-ну, малышка, не плачь, – он обнимал ее, стараясь успокоить. – Солнышко, ну пожалуйста. Я не могу видеть, как ты плачешь.
- Я не плачу!
- Ладно. Не плачешь. Пожалуйста, успокойся. Расскажи, что произошло.
- Я не знаю, где М-мэтт! – заикаясь от рыданий, жаловалась девушка.
- Все в порядке, он здесь. Не плачь, дорогая.
- Где? – она подняла на него заплаканные глаза.
- За дверью. На лестнице сидит.
- Она же холодная, – уткнувшись носом в его плечо, София снова расплакалась.
- Хочешь, я позову его?
- Нееет, я не хочу его вииидеть.
Дженсен закатил глаза и погладил ее по голове:
- Почему?
- Не хочу, чтобы он видел меня такой.
- Детка, ты очень красиво плачешь.
- Я не плачу!
- Точно-точно. Чуть не забыл. Так что у вас тут произошло?
- Он признался мне...
Дальнейшая фраза девушки перешла в ультразвук.
- А?
- Он признался мне в любви!
- Ну, слава Богу! Я уж, было, подумал, что-то случилось, – облегченно выдохнул Дженсен, за что получил ощутимый тычок под ребра. – Ау! Соф, только не говори, что это сюрприз для тебя!
- Может, и не сюрприз, но он не должен был так делать, – она шмыгнула носом и уложила голову ему на плечо. – Не должен был.
- Что он сделал?
София уткнулась мокрым от слез лицом в его шею и глухо заговорила:
- Мы сидели, разговаривали, и вдруг он поцеловал меня.
- Он и раньше тебя целовал, – осторожно заметил Дженсен.
 
- Ну, это не совсем то же самое... Сейчас было... ну...
- Вы с ним переспали?
- Нет! – София возмущенно глянула на него.
- Извини, – Дженсен невинно улыбнулся.
- Ну, – девушка смутилась и снова спрятала лицо на его груди. – Это едва не случилось.
- И что вас остановило?
- Я.
- Почему?
- Я такая дура! – крупные слезы снова покатились по ее щекам. – Я так обидела его.
Дженсен кивнул сам себе, понимая состояние друга, а потом сказал:
- Уверен, если ты захочешь, все еще можно переиграть.
- Все это так не вовремя! И я не хочу!
- Поэтому ты сидишь и рыдаешь из-за того, что он ушел?
- Ну ты ведь знаешь, какой он! Как ведет себя с женщинами! Он появляется со своей сногсшибательной улыбкой, со своими бездонными глазами и сексуальным телом, – Дженсен едва сдерживал улыбку, слушая эту возмущенную тираду подруги, – очаровывает, завлекает, получает, что ему нужно, а потом поминай, как звали!
- Но ведь ты – это совсем другое дело, – он погладил ее по волосам. – С тобой все будет иначе, я уверен. Потому что тебя он любит.
- А что если мы сделаем это, а потом у нас ничего не получится, и мы не сможем даже находиться в одной комнате? Нам придется разъехаться по разным штатам! Или даже странам!
- Не преувеличивай так, Соф.
- Я боюсь, что как только он получит то, что хочет, все его чувства сразу пройдут.
- Столько лет уже не проходят, – мягко заметил Дженсен и поцеловал ее в висок.
- Я боюсь, Дженс, – тихо призналась девушка, подтянув колени к груди. Она выглядела такой маленькой, беззащитной, юной, что у Дженсена что-то сжалось внутри от этой картины. – Боюсь, что отвергну его, и он уйдет. Боюсь, что поддамся, и у нас ничего не получится. Боюсь, что потеряю его. Навсегда.
- Соф. Если уж у федерала и преступника хоть что-то получается, то вам сам Бог велел.
София погрузилась в раздумья. И Дженсен тоже замолчал, возвращаясь мыслями к Падалеки, невольно сравнивая ситуацию друзей со своей. Насколько было бы проще, если бы между ним и агентом стоял только страх быть отвергнутым. Они посидели рядом какое-то время, деля тяжелую тишину на двоих, а потом Дженсен поднялся с дивана.
- Ладно, пойду проверю, как там наш Ромео. Нужно проследить, чтобы он не отморозил свою сексуальную задницу.
София хихикнула ему вслед, и Эклз тоже улыбнулся от этого звука.
Мэтт так и сидел на том же самом месте и, кажется, в той же самой позе.
- И что там дома? – спросил он, даже не оглянувшись.
- Дома потоп, – хмыкнул Дженсен и добавил в ответ на вопросительный взгляд: – Слезный.
- Плачет?
- Рыдает!
- Рассказала тебе?
- В общих чертах, – пожал плечами Дженсен и шагнул ближе к другу. – Рассказала, какой ты охуенный и сексуальный!
- Не пизди, – Мэтт недоверчиво нахмурился.
- Правда! – улыбнулся ему Эклз. – Цитирую: «бездонные глаза», «сексуальное тело», «сногсшибательная улыбка»!
- Врешь! – губы Мэтта растянулись в улыбке.
- Серьезно! Меня чуть не стошнило карамельками, пока я слушал, какой ты охрененный! Хотя задница у тебя, и правда, аппетитная. Ну-ка привстань...
- Отвали! – Мэтт уже смеялся. – Я уже тебе говорил, что между нами ничего не может быть!
- Но после такой рекламы, я просто не могу пройти мимо! – Дженсен тоже веселился вовсю. – Я весь горю, Мэтти!
Дверь резко раскрылась, прерывая веселье. Мэтт мгновенно сник, а София быстро отвела от него взгляд и обратилась к Дженсену:
- Идите домой. У нас новая проблема.
- Что еще стряслось, дорогая? – спросил Дженсен, когда они вошли в гостиную.
Девушка молча указала на телевизор, подошла к дивану, бросила быстрый взгляд на Мэтта и села в кресло, упираясь локтями в колени и пряча лицо в ладонях. Дженсен взял пульт, перематывая сюжет на начало.