Ведьмин круг (СИ)

— Неужели они существую только за счет того, что вытягивают из людей магию души?
— О, нет! Магическое поле фейри очень устойчиво. Эльфы стоят на его страже и не разрешают бездумно истощать, приберегая для крайних случаев. Вот потому их ученые для своих опытов, требующих много энергии, привлекают ее бесплатные источники из реального мира.
— Не совсем бесплатные, Раэтиэль сражался за меня с божественным асом.
— Здесь особый случай. Ведьмы это любимые игрушки, созданные чародейством богини Сьефнейг. Вы её жрицы и вас слишком мало, поэтому она не разрешает похищать вас из реального мира. Правда, Лесной король не подчиняется её запрету и, несмотря на угрозы асов, по-прежнему крадет ведьм. Ты у него далеко не первая из вашего племени. Ведь из вас получаются самые мощные источники магической энергии.
— Вы знаете, зачем ему нужны ведьмы? — пересохшими губами спросила Аталиса.
Водяной испытующе глянул на её напряженное личико и, помедлив, произнёс:
— Уверена, что хочешь знать причину?
— Д-да!
— Видишь ли, пятьдесят назад…
— Простите, что перебиваю, а сколько лет Лесному королю?
— По летоисчислению фейри он очень молод. По-моему, ему около двухсот семидесяти человеческих лет. И он единственный сын Оберона, Верховного короля фейри и его последней самой любимой жены Титании. Потому Раэтиэль полновластный наследник эльфийского трона. А сколько тебе лет, Аталиса?
— Седьмого мая в реальном мире мне исполнилось сорок человеческих лет.
— Ведьмы живут в среднем двести пятьдесят лет, а эльфы около полутора тысяч. Следовательно, по ведовскому летоисчислению тебе шестнадцать лет, а Раэтиэлю по эльфийскому — восемнадцать. Так что вы оба очень молоды для своих рас.
— Небесный отец! Раэтиэль старше меня на целых двести тридцать лет!
— Ну, прожитые годы никак не сказались на его характере. Он нисколько не изменился за те два столетия, что я его знаю.
— Да уж! Упрямый избалованный мальчишка, — помрачнела Аталиса. — Так за каким рогатым ему нужны ведьмы?
— Пятьдесят лет назад он повстречался с благородной эльфийской леди Атуэль из очень древнего, но обедневшего рода, который давно утерял свое влияние при королевском дворе Оберона. Леди Атуэль единственная дочь Ринриса эс-Ограна, крупного ученого эльфийского мира. Оказавшись в Майоллиоране ты еще наслушаешься море слащавых историй о любви эльфийской Золушки и Золотого Принца. Одно лишь верно, молодые люди действительно встретились во время Осеннего Листопада — самого крупного бала, устраиваемого королевским двором Оберона, и сразу же полюбили друг друга. Несмотря на сильное сопротивление отца, который считал леди Атуэль неровней своему сыну, Лесной король уломал его и тот дал согласие на их брак. А накануне свадьбы случилось несчастье. Леди Атуэль помогала отцу в лаборатории, и Ринрис во время испытания не справился с экспериментальным заклятием. Выйдя из-под контроля, оно убило его самого, а леди Атуэль с тех пор беспробудно спит, замкнутая в магическом коконе и никто не может ее извлечь наружу. Вот Лесной король и использует души ведьм для снятия заклятия со спящей невесты.
— Ясно.
Вскочив из-за стола и не слушая встревоженного Вотара, ведьмочка выбежала из столовой и, не разбирая дороги, понеслась по коридору. Оказавшись в саду, она медленно побрела по его дорожкам, роняя горькие слёзы. Обида и ревность попеременно раздирали её сердечко. В дальнем конце сада она опустилась на скамейку и устремила вдаль невидящий взгляд. Когда сгустились сумерки, сирена осторожно дотронулась до ее плеча.
— Госпожа, идемте в дом. Вы же ничего не ели с самого утра.
Ведьмочка безропотно поднялась на ноги и ничего не говоря, двинулась следом за Мольпой. И только оказавшись в холле, она сказала, что не хочет есть, а сразу ляжет спать. Уговоры сирены ни к чему не привели. Равнодушно глядя, девушка молчала, ожидая, когда она исполнит ее просьбу и Мольпа сдалась. В спальне Аталиса сразу же легла и отвернулась к стене. Сирена беспомощно посмотрела на нее и тихо вышла.
 
— Мой господин, лучше бы Вы скрыли правду от девочки, — с легкой укоризной сказала она, найдя хозяина.
Тот поднял голову от старинной рукописи и задумчиво глянул сквозь очки.
— Ты неправа, моя любовь. Ложь только преумножает наши печали. Не беспокойся Аталиса сильная девочка и переживет разочарование в любви.
Сирена смерила водяного пристальным взглядом.
— Вы хотите, чтобы она разлюбила Лесного короля?.. Кстати, Альфей уже появлялся у нас, но я обманула его, сказав, что ведьма ушла на поверхность. Мне кажется, что она ему очень нравится. Он натащил ей всякой всячины в подарок.
— Бедный мальчик! Мольпа ты его покормила?
— Конечно, мой господин! Правда, он снова буйствовал, перебил массу посуды и до полусмерти напугал наших служанок… Господин, что Вы задумали?
— Мольпа, перестань пилить меня взглядом. К великому сожалению, мальчик безнадежен. Он уже сделал, что мог и даже больше того за что ему большое спасибо. Благодаря его безответственному поведению, у нас появилась надежда на возрождение рода и этого более чем достаточно. Поверь, я не питаю никаких надежд, что у Альфея что-нибудь сладится с девочкой. К тому же в своем безумии он для нее опасен.
— Жаль, — вздохнула сирена. — Из всех смертных она первая кто мне понравился.
— Ясно. Ведьма пришлась тебе по душе, и потому ты наряжаешь ее как куклу и вбиваешь в нее манеры настоящей леди. Или ты надеялась, что она станет женой Альфею?
— По любому она мать Вашего будущего внука и наследника, мой господин, и немного хороших манер ей не помешают.
— Тоже верно, продолжай в том же духе и постарайся, чтобы девочка пришла в норму физическую и духовную, а то она на пределе своих сил. Только поторопись, скоро придется отпустить ее в Междумирье. Он уже пробует на прочность мои заслоны, и я не смогу его долго сдерживать. Да и мир фейри уже узнал, что она жива и требует ее к себе.
— Я сделаю все, что в моих силах, господин.
Сирена без стука вошла в спальню ведьмочки. Не реагируя, та по-прежнему лежала лицом к стене.
— Госпожа, в восемь часов у нас ужин и господин будет ждать Вас в столовой. Вставайте, Вам пора одеваться и привести себя в порядок.
— Я же сказала, что не хочу есть, — глухо отозвалась ведьмочка. — А-а! С ума сошла? Ты что делаешь? — завопила она, когда на голову ей обрушился целый водопад ледяной воды.
— Умывание очень бодрит, госпожа, и вызывает здоровый аппетит, — невозмутимо глядя, ответствовала сирена и больно шлепнула ее по заду. — Замерзли? Сейчас Вы у меня быстро согреетесь! Добавки требуется, или перейдем к не менее бодрящим растираниям?
— Садистка! — буркнула ведьмочка и нехотя выползла из мокрой кровати. — Дай полотенце.
Переодевшись под неусыпным надзором сирены, она получила новую порцию строгих наставлений, как должно вести себя настоящей леди и под конвоем двинулась к столовой.
В течение последующей недели у ведьмочки не было ни минуты свободного времени, благодаря все той же упорной сирене. Сразу же перейдя к делу, Мольпа составила для неё такое плотное расписание занятий по изучению геральдики и традиций знатных морских родов, что ей не осталось времени на погружение в мысли о несчастной любви. Конечно, сердечная заноза по-прежнему причиняла боль, но она уже подолгу не мучила себя тяжелыми мыслями о Лесном короле.
Со временем преодолев свое нежелание изучать чуждый мир, ведьмочка с удовольствием слушала напевные рассказы сирены. Почувствовав ее интерес, Мольпа перестала излагать сухие исторические события и перешла к повествованиям из обычной жизни морских жителей. Это оказалось настолько увлекательно, что ведьмочка теперь неохотно расставалась с домоправительницей, когда той нужно было отлучиться по хозяйственным делам. Вскоре к ведьмочке вернулась ее былая жизнерадостность, и она попросила сирену показать ей убранство дома водяного. После долгой экскурсии Мольпа усмехнулась, слушая ее детские восторги. «Эх, знала бы ты, как мы жили раньше! Этот дом — просто жалкая конура по сравнению с нашим дворцом в Морском королевстве».