Паладин. Начало (СИ)

После мысленной молитвы-активатора время в этот раз неожиданно застыло. Пространство передо мной пропало, и я оказался в своей позе, бегущего через огонь пожарника, в черном ничто.
Передо мной, в прямой видимости, оказался прозрачный силуэт неподвижного Машарха. Я продолжал медленное движение к нему, как вначале этого уже кажущегося бесконечным дня, перед статуей Богини. Воздух превратился в кисель, гравитация давила на меня с каждым шагом все сильнее и сильнее. Проступивший пот или кровь начали застилать глаза. Ярость, которая клокотала в груди весь этот день, не давала остановиться. На одной воле я делал шаг за шагом, кидая в её топку все произошедшее со мной за последние дни.
Потерянная семья и привычный быт, разрушенные мечты, чужой призыв и непонятные правила чужого мира, которому я не принадлежу. Те, кто уже погиб из-за моего появления, и кто еще может погибнуть. Доблестные воины, сражающиеся против меня в моем пророческом сне. Улыбки моих сыновей, заражающий звонкий смех жены, голоса отца и матери, лица встреченных местных — все толкало меня вперед. Я уже почти добрался локтем до мерзкой твари, которая, вполне возможно, являлась причиной моих злоключений с самой Прилесной, как в дело вмешался её покровитель.
Меня не сбило и не унесло в сторону только по причине того, что пока я двигался, доспех полностью обвил мое тело и я не сдвинулся ни на миллиметр от появившейся слева от меня бури. Казалось, что меня сейчас размазало о него изнутри.
— Остановись, червь! — пророкотала зеленая мерзкая клякса, извивающаяся щупальцами и взявшаяся из ниоткуда, повиснув за левым плечом Машарха.
Если я до сих пор жив, и он со мной пытается говорить, а это очевидно тот самый темный бог-покровитель некроманта, значит, сделать со мной он больше ничего не может.
Либо местная механика мира не дает ему вмешаться, либо Безликая.
А еще это значит, что он начал торги неправильно. Директивный стиль управления я еще терпел от своей покровительницы, но каждому встречному и поперечному я позволять мной командовать не собираюсь.
Двинуть рукой в черном ничто, чтобы показать всем известный знак, не получалось, поэтому проигнорировал его, продолжая тянуться до уже стоящей практически в упор мерзкой ощетинившейся жвалами морды:
— Остановись, и я дарую тебе силы, которые неподвластны местным! — видимо, прочитав мои мысли или поняв ошибку неверного начала дебатов, сменила тактику переговоров клякса.
Ну уж нетушки. Свои дела я привык доводить до конца, — это в свое время на Земле мне дало возможность выбиться в люди, и здесь я со страху или от предложения райских кущ изменять себе не буду.
Тем более, у меня же есть покровительница, которая уже сейчас, как я вижу, дает неплохой отпор этому уроду. Собрав оставшуюся волю в кулак, прокричал, переиначив известную фразу из старого и популярного аниме:
— Я несу возмездие во имя Её!!!
Мой локоть одновременно с этим коснулся мерзкой рожи и под заливистый и уже дорогой для меня, в местных реалиях, хохот, время вернулось к своему нормальному бегу. А я, размазавшись уже не зеленой, а цветной кляксой, прошел через кузнечика, не встретив препятствия, и полетел по инерции дальше.
Разбросав остатки дома, лежащие стеной в нашем рукотворном Колизее, осознал себя, уже висящим на паладинском щите. Из-за щита на меня напряженно и даже испуганно смотрел один из тех верзил, что помогал баронским у разбитого фонтана. Видимо, моё быстрое приближение для него стало сюрпризом.
Имен тогда было много, и я отходил от своего первого полета в местных реалиях. Поэтому, как зовут мою теперешнюю искусственную преграду, я не запомнил. Оттолкнувшись от щита, грохнулся навзничь, пытаясь наполнить легкие, воздух из которых был выбит при жестком контакте.
Лежа и смотря в небо, увидел показавшееся в поле зрения довольное лицо Ораниса:
— Лотар, не ожидал, что мы увидимся так быстро. Уже соскучился? — расплылся в улыбке мой недавний знакомец.
— Да, забыл уточнить, во сколько встречаемся и что надеть, — прокряхтев или просипев, отшутился я.
 
Меня отлепили от щита и помогли встать на ноги. Все тело снова болело, я с трудом обернулся и увидел за собой неширокую двухметровую просеку через строения с параллельной улицы. В начале просеки лежали поломанные конечности от кузнечика. Вся же его центральная часть, от головы до брюшка, ровным слоем размазана по взрыхленной мостовой, моей одежде и многострадальной кирасе, а также стенам ближайших домов. Гидроудар, он такой.
— Там наш отряд и он в опасности! — прохрипел я.
— Вы его слышали? Скорее, на помощь! — прокричал Оранис, подхватив меня под мышки и передавая одному из магов-жрецов.
Воины, которые как будто до этого ждали команды, тут же рванули в образовавшуюся брешь. Паладины, на удивление, резво припустили при этом первыми, несмотря на свои внушительные доспехи.
Пока я приходил в себя, посаженный магом на более-менее ровной площадке возле разбитых домов и обрабатываемый лечебной магией, баланс сил в сражении с отродьями некроманта был переломлен, и моего участия уже не требовалось.
За гражданских под обломками я не переживал, ибо по телам и остаткам одежды уже понял, из кого были налеплены пакманы.
Сидел и смотрел за слаженной работой жреческого отряда, вклинившегося в продолжающуюся мясорубку остатка баронских, и пытался разглядеть своих знакомцев, а также подглядеть новый навык или умение, которое мне почему-то казалось, что я легко повторю.
Жрецы вернулись достаточно быстро.
— Я увидел на тебе священный покров Безликой, когда ты вылетел на Корда. Поэтому, теперь без полного и подробного рассказа своих приключений ты от меня не отделаешься, — смеясь, сказал Оранис, протягивая мне лечебный настой. Глаза мага при этом выдавали его собранность и серьезность, не смотря на смех. Видимо, отвертеться без рассказа и правда не получится.
— Обязательно обсудим это на нашей встрече. Туман почти развеялся… — обратил я внимание на произошедшее.
— Да, ты убил Призывателя. Мы выслушали донесения Ива и предположили, что здесь орудует такой сильный проклятый. Усилили наблюдение за Машаркхом, но было уже слишком поздно. Уверен, если бы ты не был в храме сегодня, мы бы, как и в деревнях, до последнего не узнали о нем, — ответил враз посерьёзневший маг.
Понятно. Отсюда и все странности со слишком сильными обитателями последних туманов, и запоздалая реакция на их приближение от Безликой.
— Тогда много становится понятным… — я на секунду задумался и решился, — Во время боя с Машаркхом я видел какое-то зеленое божество, — это был очень серьезный козырь в моем рукаве, но без дополнительной информации мне пока никак. Свитки помогли в начале пути, но теперь, когда уже столько случилось, знаний из обычной сельской библиотеки уже было недостаточно. Вспомнить хотя бы отсутствие информации о Вароликом.
Серьезность Ораниса резко сменилась острой озабоченностью. Он что-то возбужденно пробубнил и, скудно поблагодарив за информацию, также скомкано попрощавшись, куда-то убежал. Сдается мне, вышколенный воин на случай получения важной или критичной информации имеет свои должностные инструкции.
Сейчас я видел пример достаточно высокой организации дел, несвойственной для глубокого средневековья, которой, за вычетом магии, местный мир является. Еще один попаданец? Или местный мир и магия дали разумным толчок в развитии? Та же бумага и дальняя связь тогда тоже не случайность.
Вопросы… Чем дольше я на Наме, тем больше у меня вопросов. Хорошо, голова теперь работает не в пример лучше её работе на Земле. Там от такого избытка эмоций, стрессовых ситуаций и информации она бы уже взорвалась, как переспелый арбуз.
Мне все больше становится интересно, что здесь у них случилось. Почему Солнцеликого придали забвению? Почему Безликая при всей своей репутации и мощи не может воскресить его или вытащить из гонений? Что делают шпионы очередного божества в столицах под носом у жреческих? И почему о зеленых кляксах ничего не упоминается в местных трактатах?