Красавчики из френдзоны (СИ)
— Эй, снежок! Смотри, куда идёшь! — крикнули ему вслед, а после — привычное гусиное гоготание.
Прищурившись, отворачиваюсь от нелицеприятной картины.
Думаете, мне ничего не хочется сделать, глядя на это? Хочется, как же. Собственные подносы им на головы опрокинуть и так же посмеяться в лицо. Или к ректору в кабинет подняться, заявить об очередном нарушении порядка и этического кодекса студента. С подробным отчётом, заявлением от пострадавшего. Вот только что это изменит? Ни-че-го.
Наверное, мне сегодня повезло чуть больше, чем Фабричио, потому что очередь отстояла без проблем и за стол свободный прошла в уголке.
В отличие от остальных ребят с моего факультета, за мной стояла ощутимая сила в лицах наследников влиятельных родов Горьску, Вальери и Кивьи. Но если меня не решались притеснять на виду у толпы, это еще не значило, что территория кампуса для меня безопасна. Уж лучше подножка, чем ядовитая змея в кровати или средство для депиляции в бутылочке с шампунем.
— Привет.
Оторвала взгляд от тарелки с супом, но тут же снова в нее уткнулась. Никак не ожидала увидеть напротив Сириуса Альтенайра.
Мысли беспокойно зароились в голове, выдумывая причины по которым он мог подсесть именно ко мне. И именно сейчас. Дела факультета? Вероятнее всего. Он ведь староста и… всё такое. Обидно, конечно, что этот повод был самым очевидным и логически верным.
— Привет, — коротко ответила я. Быстрым движением непроизвольно завернула прядку волос за ухо.
— Прошу прощения за бесцеремонность, Дельфина… Но позволишь задать личный вопрос?
Личный вопрос? Не ослышалась ли я?
И только сейчас вспомнила о сегодняшнем происшествии в аудитории с участием одного крайне раздражительного и нетерпеливого файера.
— Эти стихийники… — начал Сириус, и я подняла на него напряжённый взгляд. — Которых называют красавчиками. Ты с ними… довольно близка, верно?
Шумно сглотнула. Ну вот. Моя дружба отныне метит в главные разочарования моей жизни.
— Гуляли слухи, — тихо продолжил парень, наклонив ко мне чуть ближе свое бедное аристократичное лицо. — Но сегодня довелось убедиться самостоятельно. Интересно.
— На самом деле, не так уж это интересно, — выгнула бровь. — Мы просто выросли вместе. Мы друзья.
— Друзья? Кхм, — смущённо кашлянул староста в кулак. — Приятно, что для кого-то дискриминации не существует. Правда. Буду рад как-нибудь пообщаться еще. И это тоже правда.
Только я захотела задержать Сириуса в своей компании еще ненадолго, как по правую руку от меня с подносом плюхнулся Ойя, по левую — Миши, а Рин, не забыв чмокнуть меня в макушку, уселся на краешек стола пятой точкой с жестяной банкой холодного белого чая в руках.
— О чем мы договаривались перед началом учебного года? — мои пальцы принялись выстукивать нервную мелодию на поверхности стола. — Хорошо, сама отвечу. Держаться от меня на расстоянии и не встревать в мою студенческую жизнь.
— Мы и без того не можем видеться так часто, как раньше, — обидчиво буркнул Миши и дернул меня за рукав пиджака.
— В общежитие женское нам нельзя, дома только по выходным ночуешь… — начал перечислять Рин, загибая пальцы. — По кампусу вместе тоже разгуливать запрещено, по твоим же словам…
— Задницу со стола убери, — предупреждающе замахнулась ложкой. — Тут, вообще-то, еду кушают.
— Давай снимем тебе дом, — внезапное предложение аквера заставило меня подавиться воздухом. — А почему нет? На четверых организуем.
— Переведем тебя на домашнее обучение, — вполне серьезно заявил Ойя, а синеволосый согласно щелкнул пальцами. — С твоими… особенностями учиться в этих стенах тяжело.
— Тогда тебе не придется нас избегать, вот и всё, — с улыбкой подытожил террер.
Все, как один, уставились на меня в ожидании ответа. Даже если понимали, что он будет отрицательным, не теряли надежды.
А я, неторопливо жуя сосиску, в свою очередь окинула взглядом столовую и сделала неутешительные выводы.
Эти стихийники меня ненавидят.
Не сводя глаз с нашей компании, студенты продолжали обедать. Молча. Атмосфера в столовой ощутимо сгустилась. Вот-вот разверзнется потолок, и на мраморный пол хлынет ледяной ливень, самый настоящий.
Как будто я их в плен захватила и пыткам жестоким подвергаю ежедневно. Золотых красавчиков, кумиров молодежи, идолов. Ими любуются, на них хотят быть похожими, их взгляд пытаются поймать в коридорах и на парах.
Но лишь я забрала незаслуженное внимание всех троих. А потому я не просто нейтралка без капли магии в крови. Я нейтралка, которая захапала себе больше, чем способна унести.
— Снять дом? — дожевав, решила разрушить надежды и мечты ребят в пух и прах. Во имя благого дела — чтобы не сделали еще хуже. Ни себе, ни мне. — Вы уверены, что его не сожгут? Не затопят? Не захоронят? А домашнее обучение… В одиночестве я стану еще более беззащитна, чем сейчас. — Сделала глоток компота. — Умерьте свой пыл, ладненько? И не усугубляйте, — усмехнувшись, кивнула в сторону мрачных и молчаливых студентов позади них. — Ради меня. Или мое мнение не уважаете? Кто тут не уважает мое мнение? У нас всё всегда было по-честному.
— Дрики-тики-ту, — поднялся со стула Миши, ища поддержки в глазах остальных парней. — Дрики-тики-ту и тогда уйдем.
Закатила глаза. Верно говорят, что мужчина навсегда остается ребенком.
— Дрики… — встала, вытянув руки ладонями вниз.
Парни протянули ко мне руки ладонями вверх. Никогда не думала, что придется заниматься этим у кого-то на виду, но…
— Дрики, — поочередно хлопнула своими ладошками по ладошкам ребят.
— Тики, — поменявшись положением рук, теперь Ойя, Рин и Миши поочередно хлопнули по моим ладоням.
— Ту, — произнесли хором, стукнувшись кулаками, а затем дав четверную пять друг дружке.
— Мы делаем для тебя исключение, поняла? — сурово сдвинул брови маленький Ойя и ткнул меня пальцем в щеку. — Вписываем в круг посвященных.
— Потому что ты всё равно за нами увяжешься, — подметил Рин, осклабившись и сверкнув белоснежным клыком.
— Аптьхи! — чихнул Миши.
Вроде бы, такая пустяковая вещь, а игра тут же началась.
— Заразный, заразный! — бросились мальчишки врассыпную. — Беги, беги, Дельфина!
И я побежала, заливаясь смехом вместе с ними, засаливая друг дружку и передавая болезнь Миши одним лишь прикосновением.
Было время. Замечательное время, когда мы были так беззаботны.
Глава 2. Вечер в багровых тонах
Запоздало я подумала о том, что открывать шкафчик после сегодняшних событий будет небезопасно.
Как только открыла замок и потянула дверцу на себя, пришлось сделать пару шагов назад, дабы не попасть под водопад записок, хлынувший из недр. Приятного чтива явно не предвещалось. Каждая записка была испещрена проклятьями и желаниями поквитаться с пустышкой.
В носу неприятно защипало, но от слез отказалась. Знала, куда отправилась. И даже о том, что друзья вряд ли будут держать дистанцию. Не привыкли они к этому, как бы сильно я ни просила.
Воровато поглядела по сторонам, и на миг сердце упало в пятки. Ойя идет. Целенаправленно ко мне и к моему шкафчику. Если из-за одной записки он с утра такое представление устроил, страшно даже представить, что случится, если вся эта макулатура попадется ему на глаза!
— Прошу прощения, мне нужнее! — выхватила швабру из рук ничего не подозревающего уборщика и принялась методично просовывать гору бумаги под шкафчики. Не важно, как далеко. Главное, чтобы на полу не осталось ни записочки. Ни единой!
«Кажется, всё… — подумала я, лихорадочно осматривая пол. — Ой, черт!»
Записка в шкафчике практически на самом видном месте. Захлопнула дверцу, но белая квадратная беглянка юркнула в щель. Схватила ее в руки.
— Эй, — голос так близко, что времени на дальнейшие раздумья не осталось. Засунула бумажку в рот, тщательно прожевывая и морщась от горьковатого привкуса чернил. Всё еще надеюсь, что эти штуки не пропитаны какой-нибудь гадостью. — Слушай, я… — Мой выразительный взгляд заставил файера притормозить. Остановиться за пару шагов от меня, облокотиться на чужой шкафчик и уставиться в пол. — Насчет сегодняшнего. Я… не жалею. Я сделаю так с каждым, кто попробует огорчить тебя. Или чинить тебе неприятности. Но не уверен, что ты будешь честна со мной.