Красавчики из френдзоны (СИ)

Кажется, он понял. Оскорбления сложно принять за шпаргалку. Но предпочел, чтобы о содержимом записки знали только мы и тот, кто ее написал. Если намерения Ойи были ясны с самого начала, то… что же задумал Рин?
Три ноты ксилофона. Первая пара началась, когда я уже подходила к своей аудитории. Чем ближе, тем тревожнее. Некоторые события повторились точь-в-точь, будто бы я и впрямь перенеслась во времени. С одной лишь разницей — на сезон вперед.
Значит, и Сириус сейчас спокойно сидит за своей партой, раздумывая над грядущим похищением Фабричио? Если они оба в аудитории, так оно и есть.
Перебирать в голове предположения не было смысла. Дернула за ручку, вошла… Взгляд тут же, скорее инстинктивно, упал на парту Сириуса и обнаружил нейтрала за ней. Такого же целого и невредимого, как мы с Ойей. Но ведь файер сжег его дотла. Ремонту и восстановлению не подлежит, как говорится.
Магия. Чья-то сильная магия провернула столь масштабный трюк. Связан ли мой странный сон и разноцветные огоньки со всем… этим?
— Фабричио… — одними губами прошептала я, завидев хулигала в профиль среди задних парт.
Что бы всё это ни значило, мне в новом мире жить. И в моих же интересах сделать эту жизнь комфортнее, чем в предыдущей.
Выдохнув, прошла за знакомую мне парту к Карамелите, и девушка, как по сигналу, протянула мне полоску жвачки.
— Заедаешь депрессию сладким? — припомнила я ее собственные слова.
— В наши дни депрессии подвержен каждый второй, — лениво повернулась ко мне нейтралка, и я даже удивилась, насколько соскучилась по ее томному басу.
— Я Дельфина, — протянула ей руку.
— Карамелита. Сезон бы побрал это громоздкое имя, — пожали мою руку в ответ.
Вот и познакомились. Во второй раз. Чего тянуть, в самом деле, если подруга хорошая? Совсем скоро соседки по комнате решат свинтить, и я нисколько не сомневаюсь — сладкоежка вновь будет не прочь составить мне компанию.
А теперь, пожалуй… мы начнем. Ты как-то предложил мне обыграть себя. Воспользуюсь предоставленным мне чудесным образом шансом.
Обернулась к Сириусу, скептически прищурилась.
Он совсем не создает впечатление выжившего из ума. Приветливый, улыбчивый, всегда готовый помочь… Одним словом — лицемер. Судьба предоставила мне такую потрясающую возможность вывести его на чистую воду, а я не могу произнести ни слова о событиях, произошедших в лаборатории. Если сумею сегодня спасти Фабричио, повлияет ли это на дальнейший исход всей операции? Судя по новостным сводкам, Фабричио — третья его жертва. От двух других нейтралов Сириус избавился немного раньше.
Поглядите-ка, пошел профессора будить. Правильный весь такой.
— Говнюк, — прошипела под нос, на что староста с недоумевающей физиономией обернулся ко мне.
— Ох, я не тебе, — махнула рукой.
Не стоит раньше времени обнажать свое истинное к нему отношение. Когда настанет момент истины, пусть думает обо мне, как о невинной, ни о чем не подозревающей овечке.
В этот раз пара прошла без участия Ойи. Он не прочел записку, не нашел того файера, который ее написал. И, разумеется, не врывался ко мне посреди лекции. Это ведь к лучшему? Наверное. Если Рин не задумал чего-нибудь похуже.
А почему, собственно, Рин? Что-то подсказывало мне, что в этом альтернативном мире он возьмет главную роль на себя. Сначала красный огонек, потом синий… Не просто же так они окрашены в основные стихийные цвета. Совместим красный огонек с Ойей, а синий с Рином — получим логичную, но крайне странную вещь. К чему всё это? Вот просто… к чему? Да, друзья значат для меня очень многое, однако с какой стати моя жизнь должна крутиться вокруг них? Пусть мы выросли вместе, нас ожидают совершенно разные пути в будущем и дороги, которым не суждено пересечься.
Да, однажды мой отец работал на Монгера Горьску до того, как уйти в отставку. Заместителем директора. Именно эту должность на данный момент занимает Йель Кивья — отец Миши. Я вполне могла бы потягаться в знатности рода Людьи с семьями вышестоящих в городе чинов, но моя обыкновенная кровь — нет. Не знаю, чего добиваются ребята, пытаясь разрушить нашу дружбу. Ведь кроме нее нам ничего и никогда не светит.
 
* * *
Когда ксилофон оповестил о большом перерыве на обед, я вспомнила еще много чего из своей «прошлой жизни», если можно ее так назвать. На обеде Рин должен предложить мне ненормальную идею — съехаться всем вместе, а не терпеть издевательства стихийников в общежитии. Тогда я ответила ему категорическим отказом, считая, что со своими проблемами могу справиться самостоятельно. Что изменится, если в этот раз я соглашусь?
Фан-клуб станет бесполезен, ведь мне не придется умащивать студентов. Сириус не похвалит меня за сообразительность, но кому сдалось мнение маньяка с заниженной самооценкой? Намного тяжелее принять то, что Карамелита не будет моей соседкой по комнате. Новоиспеченной подруги лишаться не хотелось, а потому варианта лучше, чем предложить ей присоединиться ко мне и ребятам в коттедже, не нашла. Возьму на заметку. Вряд ли девушка, со всех ног несущаяся в мужское общежитие поглядеть на голые торсы, не согласится жить под одной крышей с тремя идолами академии. У этой нейтралки только две слабости — парни и сладости.
— Эй, Снежок! Смотри, куда идешь!
Стоя в очереди за порцией обеда, услышала, как стихийники вновь третируют бедолагу Фабричио. Игнорировать издевательскую подножку и веселый смех во второй раз было выше моих сил. Особенно после слов Сириуса о том, насколько мы, нейтралы, ущербны по природе своей.
Оставив свой поднос на стойке, невозмутимо приблизилась к столу гоготавших терреров, взяла в руки обед одного из них. Того самого, который подножку подставил. И опрокинула ему на голову.
Казалось, тишина воцарилась даже в самых дальних уголках столовой. Подумать только, нейтралка какая-то несуразная позволила себе такое провокационное поведение с одним из носителей стихийной крови! Но мне было всё равно. Мне было плевать. Стихийник ты или нейтрал — ценность твоей жизни от этого не меняется ни на йоту. Суть не в том, кто ты есть, а в том какой ты есть.
Наваристый куриный суп с лапшой стекал с лица студента, выражение которого плавно переходило от удивления и испуга к лютой ненависти.
— Смотри, что льешь себе на голову. Жир довольно тяжело смыть с волос, — усмехнулась я под восхищенный вздох Фабричио. Парень до сих пор лежал на полу.
Это стало последней каплей для стихийника. Поднявшись, он замахнулся на меня, но кулак его так и не достиг места назначения. Рука была перехвачена, подумать только… Рином Вальери.
Теперь сомнений не оставалось. Именно Рин будет сопровождать каждую из сцен моей жизни в этой реальности. Реальности? Я просто не знаю, как иначе назвать то, что сейчас происходит.
— Поднимать руку на даму? — прокомментировал аквер вполне ожидаемый выпад со стороны опущенного задиры. — Смеешь ли ты называть себя мужчиной после такого?
Длинная синяя челка, прикрывающая правый глаз, слегка растрепалась. Стал свидетелем неприятной сцены со стороны и поспешил как можно быстрее прервать разгоравшийся конфликт? Если Ойя с ходу вмазал бы терреру промеж глаз, Рин слыл более дипломатичным парнем. В редком случае от него стоит ожидать физической расправы. Скорее морального унижения и остроумных издёвок.
— Детка, ты поранилась? — обернулся аквер ко мне. После того, как помотала головой, вновь переключил внимание на земляного элементаля. — Жир, несомненно, тяжело смыть с волос. Девушка права. Но у тебя и без того башка сальная, так что многое не изменилось. Скажи спасибо, что появился лишний повод голову помыть. Видимо, тебе редко такая возможность выпадает.
 
— Рин… — предупреждающе взяла я друга за рукав. На террера без слёз смотреть было уже невозможно.
— Что ж, бывай, — мягко похлопал синевласый того по влажной голове, размазывая ошметки лапши, а затем повернулся в мою сторону. — Жутко проголодался, честно говоря. Сейчас точно кого-нибудь съем. Может, даже тебя.