Граф Суворов 12 (СИ)
— Когда я смогу вернуться на флот? — наконец прямо спросил Максим, поняв, что я об этом разговор начинать не собираюсь.
— Как только мы убедимся, что это не будет вредно ни тебе, ни окружающим. — ответил я, почти не задумываясь. — Я не хочу, чтобы ты во второй раз сросся с кораблем, потеряв себя. К тому же, мы понятия не имеем как системы в твоем костюме повлияют на приборы корабля, не приведет ли это к сбоям.
— Зато я знаю! Точно не приведет. — быстро проговорил Максим. — Капитан, мы же с вами давно знаем друг друга! Дайте мне шанс. Я не могу больше в четырех стенах сидеть. Гулять. Дрова пилить и колоть…ну не моё это! Я уже достаточно освоился чтобы вернуться к работе!
— Я совершенно не против, чтобы ты вернулся во флот. — прямо сказал я. — Но прежде — нужно понимать последствия. Ты уверен, что полностью осознаешь, что с тобой произошло и по-прежнему происходит?
— Не ставьте на мне крест. — поджав губы проговорил Краснов. — Я такого отношения не заслуживаю! Я вполне могу жить нормальной жизнью!
— Конечно можешь! И я тебе полностью доверяю. — ответил я. — В отличие от костюма, который словно паразит окутал твое тело, по совершенно непонятным нам принципам работает, и совершенно неизвестно как может повлиять на всё окружающее.
— Вы меня списали… — мрачно проговорил Максим.
— Я к тебе приехал, как только вернулся с фронта. Заслуживает этого человек которого списали? Стоит? Стал бы я на такого человека время свое тратить? — жестко проговорил я, и Краснов снова поджал губы. — Нет, на все эти вопросы. Ты мой друг и соратник, и я всегда готов протянуть тебе руку помощи, но, если бы ты знал какие ужасы сейчас творятся на западе, у тебя бы не было вопросов. Под моим командованием тысячи людей, на одной Черепахе — полторы тысячи персонала, и я не имею права рисковать их жизнями, только потому что хочу быстрее вернуть друга в строй.
— Мы всё понимаем. — ответила вместо него Гаечка, положив ладошку на руку Краснова. Металлическая культя сжалась, аккуратно беря её пальцы в свои. Максиму всё сказанное жутко не нравилось, и даже по его молчанию это было понятно.
— Твой протез… костюм… не знаю, как правильно это назвать, в общем он меняет конструкты резонанса при использовании. Не сильно, но вполне ощутимо, и для всех сейчас это первейший признак того, что ты и связанное с тобой — ходячий генератор неприятностей. — попробовал объяснить я. — Все, кто прошел Львов, кто стоял под Минском и Киевом — они просто ен поймут если я верну тебя без понимания почему и что с тобой происходит.
— А если я докажу, что не представляю угрозы? — насупившись спросил Макс.
— Очень на это надеюсь, но в текущей ситуации не представляю как. — вздохнув ответил я. — Я бы выделил вам катер, на двоих, вот только я же вижу — твой потенциал резонанса не просто упал в ноль, он буквально отрицательный. Вы не сможете напитать реактор и летать сами. Значит нужна сопровождающая команда из добровольцев, значит нужен корабль больше…
— Неужели добровольцев не найдется? — удивленно спросила Гаечка.
— Наоборот, уверен, что их будет очень много. Мы своих не бросаем. — с улыбкой ответил я. — Но это же значит, что придется прямо выделить судно для того, чтобы оно ничего не делало. Пока мы в порту это ещё возможно, но как только эскадра закончит перевооружение и снаряжение, нам придется вернуться на передовую.
— Сколько у меня времени? — спросил Максим, и по его голосу я слышал, как он напряжён. — Мне нужен только шанс.
— И я его тебе даю. — задумавшись на несколько секунд решил я. — Сегодня к вам пригонят катер, что-то из легкого, но побывавшего в зоне. Увы, у нас теперь корабли только такие. У тебя будет две недели, чтобы самому себе доказать, что ты способен не просто находится в технике, но и вести себя адекватно. Но в первую очередь тебе стоит позаботиться о своей безопасности и безопасности Гаечки. Понимаешь?
— Да, капитан, спасибо за шанс! — горячо поблагодарил Максим, его милая лишь хмурилась, но во всем поддерживала парня, так что я был уверен что оставляю его в надежных руках. Я провел в их домике еще несколько часов, прежде чем вернуться в Петроград. Рассказал последние новости. Что-то они знали и так, всё же люди в домик приезжали — привозили продукты и необходимые вещи.
Но куда больше меня заинтересовали визиты неизвестного доктора, который тщательно изучал и протоколировал всё что происходит с Красновым, регулярно проверял его чувствительность. И в том числе привез запчасти для костюма, иногда с очень странными комплектующими, которых Гаечка никогда не видела.
— Он себя не называл? — спросил я. — Может сопровождающий у него был?
— Да, был. Они оба важные такие. — ответила Гаечка. — Ну, хотели показаться простыми, но то как он дожидается пока перед ним откроют двери, и прочее, оно очень выдает богача.
— Скорее не богача, а вельможу-аристократа. Очень высокого вельможу. — проговорил Максим, и я увидел, как несколько окуляров камер сузилось, сконцентрировавшись на моем лице. — А еще он очень похож на вас, капитан. Или в данном случае нужно говорить цесаревич?
— В данном случае — говори как хочешь. — усмехнулся я. — Но я понял о ком вы рассказываете. Впрочем, именно он помог нам высвободить тебя из металлического кокона на корабле, он же помог убедится, что ты не умрешь без отключения. Ну и детали тоже распорядился поставлять он, я только не понимаю, чего ради.
— Может он хочет, чтобы Максим поскорее поправился? — с надеждой спросила Гаечка. — Зачем выдумывать лишнее?
— Затем что такие люди никогда ничего просто так не делают, и если он привозил разные детали, значит проводил эксперименты. Смотрел как эти детали будут с твоим костюмом работать и взаимодействовать. — проговорил я, задумавшись. — Поправь меня, если я не прав, но там, скорее всего, разные производители. Много зарубежных компонентов. Какие-то старые, а другие совсем новые, может даже экспериментальные. Должны быть исправные, а должны с небольшими проблемами, или вовсе нерабочие.
— Всё верно. — ошарашенно проговорила Гаечка. — Был даже откровенный хлам, который иначе как на свалку не отправишь. Мы с некоторым так и сделали, хотя в большинстве получилось починить.
— Починить? Хотя чему удивляться, ты с детства в машинном и руки у тебя золотые. — усмехнулся я.
— Не у меня. — покосившись на парня ответила Гаечка, и я не сумел скрыть удивления. — Он сам всё делает, буквально на каждую детальку набрасывается.
— Эти руки не для скуки. — гордо ответил Краснов, показывая манипуляторы, и я отметил, что пальцы у него не естественные, хотя куда уж неестественней — металлические. Но тут дело было скорее в том, что каждый палец при ближайшем рассмотрении оказался инструментом. Щипцами, кусачками, сваркой…
— Как и чем ему ответить мы подумаем позже. — сдержавшись ответил я товарищу. — Пока же я пришлю вам катер, для того чтобы вы начинали осваиваться. Но пообещайте мне что не больше шести часов в день!
— Мы очень постараемся! — за обоих ответила Гаечка.
— Спасибо, капитан. — поблагодарил Краснов, и я вышел наружу, с переполненной мыслями головой. Борис использовал ситуацию с моим товарищем по максимуму, и я должен узнать то что известно ему. Вопрос как.
— Как думаешь, он нам поможет? — спросил Краснов, глядя в спину удаляющегося цесаревича.
— Должен помочь. — тут же сказала Гаечка, прижавшись к теплому плечу любимого. Пусть костюм и казался металлическим, она давно поняла, что новое тело Максика живое и настоящее. А главное — способное чувствовать. — Ты же его друг, а друзей он не бросает.
— Да, не бросает. — уверенно кивнул инженер и едва заметно поморщился. Так они и стояли, пока цесаревич не скрылся за деревьями. Он, она, и орущий во все горло дух, подавленный осколком Разума.
Приказ о доставке судна я передал сразу, как оказался на фениксе. Макс вел себя немного странно, но оставалась надежда что Гаечка его проконтролирует, так что я надеялся на их разумность и ответственность. Встреча создала больше вопросов чем дала ответов, и с этим надо было что-то делать.