Удар в спину (СИ)

— Что тоже странно, ведь за нами следили и никогда не прекращали разработки, — бросил полковник через плечо.
Роману показалось, что впереди светлеет. Возможно, тело адаптировалось к нагрузкам?
— Мы были осторожны и всегда оглядывались через плечо! — хохотнул майор Мумашев и тут же тональность его голоса стала мрачной. — Возможно, знай остальные, что там творится, так не подумали бы выбегать в атаку с этим идиотским заговором!
— Идиотским или нет, а мы его проморгали, так что он уже не идиотский!
— Да ладно, чего стесняешься? — щелчок зажигалки, сердитый, как голос майора. — Прямо скажи — я не справился!
— Все не справились, — бросил полковник.
— Я не справился! — прорычал майор Мумашев. — Столько лет в армии, чутье все это, знаки и я до последнего не понял, что нас ведут на бойню! Ты знаешь, какие там люди были?!
— Какие?
Да, люди там были что надо, подумал Роман, опять вспомнив Хадишу.
— Верные Федерации!
— Они были люди, — в голосе полковника звучала горечь.
— Которых убили другие люди!
— Обманными приказами третьих людей, — голос Спартака. — К чему все это?
— Пытаюсь понять, кто против нас, пока выдалась свободная минутка, — ответил майор Мумашев.
— Думаешь, это не друньдау?
— Не знаю. Они, конечно, могли, купить кораблей в обход, подписать отбросы, с целью потом уложить их в могилки, когда основной флот подскочит, но все равно, зачем им это? Что у нас тут есть такого, чего нет в Содружестве? Тащить две портальные пары к нам, это не тварям глотки резать, расходы такие, что продай хоть всю Землю — не окупишь! Наши неведомые «друзья» могли бы.
Слово «друзья» прозвучало так, как обычно Роман произносило слово «твари». Похоже, ученики Льва, без каких-либо официальных контактов с инопланетянами, создали там себе множество врагов. Роман их в чем-то понимал, такие наглые действия, без оглядки на закон и жизни, наверняка задели многих, оттоптали не одну мозоль. В теории, конечно, ученики Льва там, у звезд, могли вести себя скромно и примерно, но что-то подсказывало Роману — не вели они там себя так. Наоборот, все так же, убивали налево и направо, иначе откуда бы взяться таким навыкам сражений, в одиночку против дюжины, в одиночку против нескольких кораблей?!
— Но они не государство, — продолжал рассуждать майор Мумашев. — Сильным из центра мы тем более не нужны, а слабые с окраин не потянут.
— Может, они вскладчину?
— Может. Но опять вопрос — что тут у нас такого ценного, кроме тварей, песка и радиоактивной земли?
— Твари? — прозвучал неожиданный вопрос.
— Да ну, с биотехом Содружества…, — майор Мумашев оборвал сам себя, замолчал.
Некоторое время царила тишина, а Роман убедился, что светлеет снаружи. Тяжесть все еще давила на все тело, кровь стучала в висках, а сердце билось неохотно, но все же Роман немного да адаптировался, пришел в себя. Даже смог повернуть голову, дабы видеть говорящих. Три майора переглядывались, словно обсуждая что-то мысленно.
— Не могут опыты столько стоить, даже хоть сто раз незаконные! — первым нарушил тишину майор Мумашев.
Разве что кулаком не стукнул, столько досады звучало в голосе.
— Почему ты отбрасываешь версию, что это наши невероятные друзья, но действующие через государство? — спросил полковник через плечо. — Вспомни, кто провел первый контакт?
— Не может быть, — майор Мумашев изменился в лице, из смуглого оно стало сероватым.
— Да, командир, ты чего-то уж хватанул лишку, — согласился Спартак. — С возможностью приказывать караханибам, им уж точно не потребовался бы этот спектакль на кэньской тяге.
— Постой, а что, если это и правда так, но это кто-то из слабосилков? — спросил майор Мумашев. — Наши невероятные друзья берут на себя силовую часть, местным дурачкам из Совета морочат головы, слабосилки торгуют именем, в надежде на будущие преимущества? Формально мы сдаемся им, по факту же.
Настроение внутри корабля резко упало, словно похолодало, Романа даже озноб пробил. Он опять не понял и половины, но уловил, что речь идет о чем-то крайне неприятном.
 
— Даже если так, допустим, что это так, — опять бросил через плечо полковник, — что с того?
— Как это что с того?! — возмутился Спартак. — Надо подавать сигнал и бить их по наглым инопланетным мордам и конечностям!
— Да ты и так мог это делать, по праву защиты материнской планеты, — ответил полковник.
— Тем более, надо ввалить им от души, а потом взлететь и ввалить еще! Самим ударить по Риму, чтобы эта верхушка заговора, твари эти не смела даже пищать что-то о сдаче Земли! — майор Десновский почти орал, размахивая длиннющими руками, едва не задевая остальных соседей.
— О чем и речь! — вскинулся майор Мумашев. — Лев все правильно определил, никакой официальной сдачи власти, а потом уж всех убьем! Только в Риме не надо было столько сидеть, сразу на Остров бежать, слать сигналы, сражаться, убивать, наоборот, шуметь как можно сильнее, чтобы все вокруг знали, что эти заговорщики продались, стакнулись с тварями и инопланетянами.
— Сейчас у вас будет шанс, — в голосе полковника звучали мрачная усмешка и предвкушение боя, — и инопланетянам ввалить, и на Остров попасть, поорать всласть на всю Галактику, если там хоть кто-то нас услышит.
Как не услышит, подумал Роман, а как же они тогда общались? Летали туда? Обзавелись кучей врагов? Изучили все это инопланетное и привезли сюда? Что-то тут не сходилось, но он сам сейчас был не в том состоянии, чтобы сообразить — что именно не сходится.
— Да, отсутствие портала на руку этим тварям, — согласился майор Мумашев.
— Держитесь! — крикнул полковник и корабль резко швырнуло вперед.
Роман еще успел увидеть впереди черные точки кораблей, а затем у него в глазах резко потемнело.
  
Глава 9
 
Холодный, пронзающий до самых костей ветер, ударил в лицо Роману, вырывая его из забытья. Роман заорал и дернулся, забыв, что пристегнут к противоперегрузочному креслу. Борт корабля слева от него просто отсутствовал и сейчас туда врывался холодный ветер, швырял в лицо поток льдинок, иссекая кожу, грозя ослепить, если не зарезать на месте.
— Сверху, сверху, Влад не спи! — орал где-то за спиной грозно майор Мумашев.
Справа от Романа тоже зияла дыра, еще шире прежней, кресла, в которых вроде только что сидели три майора отсутствовали, за исключением оплавленного огрызка. В полуметре от самого Романа. Взгляд вперед, там тоже зияли дыры, полковник все так же управлял кораблем и неясно было, ранен он или нет.
Корабль провалился вниз, у Романа желудок едва не выбил мозги, в теле появилось какое-то странное ощущение. Словно отцепись сейчас и взлетишь, воспаришь, будто птица.
— Прикрывай Льва! — появился рядом майор Мумашев.
Пихнул в руки Роману знакомую уже трубу с цилиндрами, штуку, стреляющую взрыв-шарами, и тут же скакнул в дыру слева, выпрыгнул, как ни в чем ни бывало. Парашюта за его спиной Роман не увидел, но впадать в ужас, понятное дело, не стал. Слишком уж часто за сегодня он видел подобные прыжки.
Роман дернулся, пытаясь отцепиться, чуть не уронил ружье, ощущая, как ветер и холод продолжают хлестать в обе дыры в борту корабля. Корабль снова дернуло, кресло чуть не опрокинуло и Роман увидел, что и в потолке зияет дыра, возможно даже на том месте, где ранее ученики Льва прорезали себе люк.
— Какого, — вырвалось у него.
Корабль снова швырнуло и дернуло, Романа вдавило обратно в кресло, да так, что он едва не потерял оружие. В дырах мелькали корабли-снаряды и диски, к ним добавились еще звенья треугольников, которых Роман уже наблюдал ранее, когда они конвоем летели еще в Африке.
 
Он с рычанием рванул ремни, вскочил и тут же его швырнуло назад, о стенку, едва не вышибая дух. Зато он отскочил от дыр, ушел от режущего потока холода и льдинок, хотя нет, осознал Роман, утирая рот, льдинки уже закончились. Лев! Он должен защитить Льва!