Удар в спину (СИ)

— Все равно это было рискованно, — заметил полковник.
— Так ты, командир, должен был рвать когти вперед, даже не оглядываясь! Чего ты вернулся? Диски тронкийцев? Так не надо было нас ждать, надо было нестись вперед!
— И рискнуть телом Льва?
— Да какое рискнуть? Вот сидеть в Риме и, — майор Мумашев оборвал сам себя. — Ладно, плевать, все обгадились в этой истории и я громче всех! Извини, командир, просто как подумаю, что мог бы еще двое суток назад ухватить заговор за хвост, всего-то надо было плюнуть да вломиться, как волосы рвать охота.
— Не надо! — с каким-то притворным ужасом в голосе воскликнул полковник. — Третьего лысого эта команда не переживет!
Затем оба Андрея захохотали громко, дружно затащили кокон с Львом в корабль, а Спартак вернулся с кругом из металла, словно щитом в руках. Роман невольно облизал губы и ступил внутрь инопланетного корабля.
  
Глава 8
 
Роман и сам не знал, что ожидал увидеть? Непомерную роскошь? Непонятную технику? Что-то такое, запредельно чужое? Внутри корабль выглядел непривычно, но исключительно в силу того, что Роман ни разу не видел подобного материала стенок — серого и словно бы расчерченного линиями. Лампочки над головой и по бокам, хотя нет, лампочек как раз не было, а свет имелся.
Рифленый пол под ногами, из того же серого материала.
— Какого еще третьего! — донесся возмущенный голос Спартака словно бы сверху. — Я тут единственный и неповторимый!
Роман услышал шипящие звуки, сообразил, что майор Десновский заваривает ту дыру, через которую ученики Льва проникли в корабль. Металл? Он же тащил в руках круг из металла, так почему внутри все было сделано из какой-то серой пластмассы? Роман снова коснулся пальцами стенки, надавил и та словно бы немного прогнулась.
— А как же Лев?
— Лев — это Лев, — последовал бодрый ответ, — он был, есть и будет лысым, но сам по себе!
— Ну все, понеслась лысина по кочкам, — заметил майор Мумашев, ступая внутрь корабля. — А, тоже заметил? Полиэнергопласт, смесь материалов с подпиткой энергией от движков корабля.
— Зачем? — удивился Роман.
— Арэлги выделяются на общем фоне инопланетян, тяжелая планета, жесткие условия, в результате оттуда выходят такие крепыши, способные переносить то, что другого просто убьет. Они — наемники, превратившие тяжелые условия материнской планеты в звонкую монету и влияние, благодаря своей мощи, которую они широко еще дополняют имплантами, усилителями, роботехникой и прочими делами. Есть среди них и респектабельные, насколько это слово применимо к наемникам, а есть и такие вот, участвующие в незаконных делах.
— Незаконнных?
— Долго объяснять, — вздохнул майор Мумашев, — всю эту историю с материнскими планетами и хитрыми обоснованиями, но по факту их здесь не должно быть. Видать, крепко их прижало, раз рискнули навлечь на себя гнев старших цивилизаций.
Роману это еще больше ничего не объяснило, но он не стал спрашивать, боясь утонуть в еще более непонятных объяснениях.
— Все, давай уже Спартак!
— Не торопи, а то Дюша потом опять ворчать будет, что ему в ухо дует!
— Спартак, люди делятся на два типа, одни варят быстро, а другие валяются мертвыми!
— Да-да, уже бегу, роняя тварей, — донеслось ворчливое в ответ.
Роман оглянулся, гадая, куда делся кокон с телом Льва. Словно услышав его мысли, появился полковник Майтиев, вытирающий руки.
— Плохо дело, — бросил он. — Кокон это вам не реанималоже, не справляется.
— Надо было прихватить, что, не прорвались бы? — дернул щекой Андрей Мумашев.
— Ты же сам торопил!
— А, теперь я виноват, что вы торчали в Риме! — хохотнул сержант-майор.
— Посмотрим, что скажет Лев, — бросил еще полковник, — когда очнется. Спартак, бросай уже, погнали быстрее, пока нас с орбиты не приласкали!
— А тебе не терпится, чтобы тебя Алинка на Острове приласкала, да? — язвительностью в голове майора Десновского можно было корпус корабля резать. — Все, сделал, а если вам не нравится, так в следующий раз ищите другой способ…
 
— Хватит! Влад!
— Да-да, — майор Басов вбежал в корабль.
Он был увешан инопланетным оружием со всех сторон.
— Вот хомяк! — с искренним восхищением в голосе воскликнул полковник.
— Моя школа, — одобрительно заметил майор Мумашев, отбирая себе одно оружие.
Выглядело оно как очередное творение пьяного любителя цилиндров и трубок, и Роман даже сообразить не мог, как из него стрелять и куда нажимать.
— Всё, все в кресла.
Полковник скрылся, Романа потащили куда-то в нос корабля-снаряда. Кресло было жестким и неудобным, не подходило по форме.
— Противоперегрузочные кресла позволяют арэлгам маневрировать на такой скорости, что остальные обычно просто не поспевают за ними, — доверительно сообщил майор Мумашев из кресла рядом.
Конструкцию, отобранную ранее, он поставил рядом с собой.
— Мощь своих тел они обратили в скорость, а та стала оружием.
Корабль-снаряд взмыл в воздух и рванул куда-то в стремительно надвигающуюся ночь. Полковник нажимал на что-то, дергал и переключал с такой скоростью, что взгляд Романа опять не поспевал за ним. Хуже того, на него словно навалилось несколько рядовых, желая побороть. Тяжесть в груди, в ногах и руках, тяжесть в голове, словно кто-то сдавливал ее, мечтая сплющить в ком.
— Командир, у нас тут еще пассажир, если ты забыл! — крикнул майор Мумашев. — И целый Лев!
— Вот Лев как раз не целый и кокон скоро разрядится! — добавил Спартак со смешком.
Их перегрузки словно бы и не затронули, да оно и понятно, подумал Роман сквозь наваливающуюся тяжесть, черноту и снова зашумевшее в голове море. Если уж они дрались с арэлгами на равных, стало быть не уступали в мощи тел. Как? Роман опять подумал, что вынес бы что угодно, лишь бы обзавестись таким телом, сражаться, сражаться, сражаться и побеждать в любых ситуациях.
— Льва поучите тварей бить! — огрызнулся полковник, даже не думая сбавлять скорости.
Часть стены впереди была прозрачной, Роман видел темнеющее море и небо, и никак не мог понять, темнеют они из-за того, что у него темнеет в глазах или он видит все прекрасно, а там просто пришло время заката?
— Вот поэтому арэлги используют полиэнергопласт, хотя это дорого, затратно и не слишком эффективно с точки зрения боевых действий, — наставительно заметил майор Мумашев, словно не видя состояния Романа. — Чтобы корабль выдерживал перегрузки, не разваливался изнутри. Нам сейчас это на руку, полетим на максимально доступной скорости, с учетом твоей и кокона со Львом прочности.
Да неужели, саркастически подумал Роман, но ничего не сказал, так как его придавило еще сильнее.
— Благо полет по прямой или параболе, не подвергает тут все мега-перегрузкам маневрирования в бою, и можно поддать еще скорости, чем наш командир сейчас и занимается. Кстати.
Голос его стал тише, словно он повернул голову.
— Я думал, на нас тут ведро отбросов навалили, раз уж кэньцев подписали, только сейчас сообразил — а как же корабли и дроиды?
— Точно, — донесся ответ. — Сброд, торгующий телами, такие корабли не потянул бы!
— Может, они прикупили использованные? — наглый голос майора Десновского. — Какая нахрен разница?
— Не скажи, если эта лоханка развалится из-за того, что энергопласт тут поддельный или отключен, — рассудительно ответил майор Мумашев, — то я еще успею спастись, а вот вы уже нет!
Почему, подумал Роман, силясь повернуть голову. Как они это делают. За что ему все это?
— Уверен, ты сложишь об этом не одну дюжину баек!
— Отбиваясь одной рукой от акул, а другой от тварей?
 
— Какие еще акулы в Адриатике? — возразил голос майора Мумашева.
— А, твари, значит тут есть? И чего это ты спасешься, а мы нет? Ты уверен, что эта летная рамка работает?
— Вот еще странно, иденточипов нет, а корабли и оружие есть.
— Иденточипы как раз понятно, минимизировали риск опознания, да не знали о нашем знакомстве с ихонней техникой, — завернул странную фразочку майор Мумашев.