Тайны из прошлого (СИ)

— Ты думаешь, если я стану твоим фамильяром, это поможет справиться с моим «дефектом»?
— Гарантировать не могу, но думаю, так и есть. — Кивнула я задумчиво. — Не подумай, я ничего не требую, и ни в коем случае не настаиваю. Я лишь говорю, что выход обязательно найдётся. И раз уж ты не можешь найти своё место здесь, почему бы не попробовать на земле вместе со мной и Ли? Если мы достигнем обелиска и получим ответы на интересующие нас вопросы — будущее Лаэль и других драконов тоже изменится. Однако насколько я поняла из слов Дзьена, разорвать контракт между фамильяром и человеком можно лишь смертью. Поэтому подумай и не спеши с ответом…
— Я согласен, — вдруг заявил Синар без толики сомнения в голосе. — Однако у меня есть условие: ты убьёшь меня, если твоя теория не подтвердится. Если моё существование станет угрожать другим.
— Что? — Я не на шутку удивилась такому ответу. — Я бы могла соврать, однако ты всё равно увидишь истину.
— И то верно. — Улыбнулся парень. — Хорошо, попрошу об этом Ли. Вот она точно не откажет. Такое чувство, что твоя подруга спит и видит, как бы поскорее от меня избавиться.
— Ты преувеличиваешь…, — закончить фразу у меня не вышло по одной простой причине: и я, и Синар вмиг были оглушены звуком горна, тотчас заполонившим всё вокруг нас.
— Началось… — Протянул парень, оглядываясь вокруг. — Думаю, нам нужно спешить. Я помогу тебе, как ты и хотела.
— Но что это только что было? — Поинтересовалась я с очень плохим предчувствием.
— Сигнал. Похоже, наши враги начали атаку. Возможно, их разведка доложила о том, что вы с Ли вернулись в деревню.
— О нет… Так быстро?
— Они боятся того, что вы смогли узнать в пирамиде нечто важное — то, что изменит ход войны. Поэтому и спешат. Чтобы у наших союзников — их врагов — осталось меньше времени.
Больше Синар ничего не сказал. За время беседы мы с парнем успели довольно далеко отойти от деревни Дроя, и сейчас мне было трудно даже представить, что именно там происходило. Синар же, пока я осматривалась по сторонам, уже успел обратиться драконом. Недолго думая, я нацепила на него седло, надела на себя лётный костюм и приготовилась к полёту. Финника же, который всё это время бежал за мной следом, я отнюдь не нежно засунула в рюкзачок из хранилища и забросила за плечи — в этом бою от моего питомца большого толку точно не будет. Вдруг я поняла, что с каждой новой минутой буря внутри меня лишь набирала силу.
Быстро сориентировавшись, Синар направился не к деревне, а к пирамиде. Оно и понятно — за последние два дня именно туда все племена свои войска и стягивали. Очень скоро мы осознали, что не ошиблись, ведь стоило нам пролететь лишь немного, и мы увидели целые «стаи» драконов, стремящихся туда же, куда и мы. Их было так много… Да, головой я понимала, что в каждой деревне насчитывалось лишь около пятиста взрослых мужчин, а умелых воинов — так вообще в пять раз меньше, однако тогда мне показалось, что драконы закрыли собою всё небо. А поскольку все они — наши союзники — имели чешую разного цвета (чёрную, красную, белую и голубую), на мгновение мне привиделось, что в предрассветном небе расцвела радуга. Однако подобные глупости из головы я выбросила очень быстро. Как раз таки в тот момент, когда увидела ад, происходящий прямо по курсу.
В воздушном пространстве над пирамидой сейчас творился настоящий ужас. Уши, которые мне давно заложило от криков драконов, — мелочь по сравнению со всем остальным. В глазах постоянно блистали непонятные яркие вспышки, которые на самом деле были огненными потоками из пастей драконов. Каждый пытался попасть в своего оппонента. И не просто попасть — я отметила, что драконы целенаправленно били в крылья себе подобных. Оно и понятно: стоило дракону потерять возможность летать, и он тотчас становился лёгкой мишенью. Возможно, ему повезёт спикировать на ближайший остров, а может, и нет — будет падать до самой земли, пока не разобьётся. Уже троим драконам на моих глазах «не повезло», и они устремились вниз с бешеной скоростью. Двое из них были из племени Дроя, возможно, я даже кормила их мясом в мирное время. Нет. Не сейчас. Не думай об этом. Вспомни о том, что тебе Синар говорил.
 
Где-то далеко я увидела, как молния разверзла само небо. Ясно, Ли уже вступила в битву. Надеюсь, с ней и Лаэль всё будет в порядке. Мельком я заметила, как один дракон, падая вниз, принял свою человеческую форму, после чего его подхватил другой и подбросил к ближайшему острову. Вдруг я вспомнила о том, что Кита мне уже об этом рассказывала. Если дракон во время битвы меняет свой облик, значит он сдаётся на милость врага, так как больше не в силах продолжать бой. Военная этика драконов запрещала убивать тех, кто уже сдался. Вот только сдаться означало отбросить в сторону гордость воина, и на практике далеко не каждый был готов пожертвовать ею в уплату за собственную жизнь. Думаю, именно это драконов от людей и отличало — у нас бы всё было в точности до наоборот.
Ещё один удар молнии вдалеке. Я поняла, что медлю: нужно что-то делать. Синар ловко уклонился от струи огня, направленной в нашу сторону, после чего вцепился зубами в дракона золотой окраски, и вырвал из его туловища большой кусок плоти. Меня в тот момент неслабо так потрепало, и не выпасть из седла я смогла только чудом. Золотой дракон же, получив серьёзную рану, не стал продолжать бой и поспешил к своим за первой медицинской помощью. Синар не стал преследовать противника, и за это я была ему очень признательна. Однако времени на отдых не осталось — спустя момент Синару пришлось уклоняться от нового огненного вихря.
Я же тем временем заметила, как недалеко от нас белый дракон из племени Куины сражался с зелёным из вражеского лагеря. Наш явно держался из последних сил, но не думал сдаваться. Я зарядила лук и направила его на дракона с чешуёй зелёного цвета. Умение — «Взрывная стрела». Так, успокойся. Вдох-выдох. Ясно: успокоиться не получится. Не сильно и надеялась. Прицел. Осталось лишь отпустить тетиву.
«Мама, а папа скоро придёт?», — вдруг вспомнила я момент из своего детства. Маленькая я ныла и задавала этот вопрос по сотне раз на день. Отец попал в аварию по дороге на работу, и долгое время лежал в больнице. Какое-то время мы даже не знали, выживет ли он. Мама всегда говорила, что нужно лишь немного подождать. Я отлично это помнила. Вот только в этот раз в моей голове пробежал совсем другой ответ.
«Нет, милая. Папа уже не придёт. Его застрелила одна сучка, решившая кому жить, а кому умереть».
Вдруг я поняла, что мои руки трясутся. Воздуха не хватало, по лбу бежал пот. Сердце, казалось, вот-вот не просто выпрыгнет из груди, а выпрыгнет и продолжит биться уже снаружи. Ещё немного, и я бы точно выронила лук из рук.
«Правда проста: ты либо замараешь свои руки и закончишь войну по-быстрому, сохранив множество жизней как по эту, так и по ту сторону, либо будешь отсиживаться в стороне и наблюдать за тем, как драконы умирают десятками, если не сотнями. Как я уже говорил: иногда приходится делать выбор. Выбор, после которого невозможно оставаться таким же, каким был до него», — слова Синара, сказанные мне незадолго до этого, отозвались в голове звоном колокола.
— Знаю, — сказала я, возобновляя прицел и ни к кому конкретно не обращаясь. — Я уже сделала выбор.
Мгновенье, и стрела сорвалась с тетивы. Не прошло и секунды, как она достигла цели. Предрассветное небо наполнилось ещё одним отчаянным рыком дракона. Удар оказался настолько сильным, что дракон даже не пытался добраться до острова. Ещё мгновение, и свет в его глазах потух навсегда.
 
* * *
Гарол, сын Тору — главы племени Люй Джао, что сыграл далеко не последнюю роль в затее этой бойни — сражался в первых рядах. До последнего он пытался убедить отца не начинать войну, а попробовать переговорить с двумя земными посланницами, но всё было без толку. Кажется, научить дерево говорить легче, чем убедить главу их племени изменить своё решение. Результат — небо, окрашенное кровью лучших воинов каждого из десяти племени.