Попробуй меня вспомнить (СИ)

— Угу, — скептично соглашаюсь.
— Честно. Я знаю, что чувствовал тебя на подсознательном уровне.
Высказать свое недоверие по факту мне не позволяют. Целуют.
С этого дня начинается новый виток жизни. Аленка на следующий день действительно приводит к нам в ателье портного. Парня. Я даже растерялась в первый момент — мужчины в этом деле появляются только когда речь идет о высокой моде. Но удивительным образом Максим отлично вписывается в наш коллектив. И становится одновременно коллегой, подружкой и помощником. Первый раз, когда Ира прислала фотографию комплекта нижнего белья для оценки в общий чат, повисло неловкое молчание. Сама же девушка пыталась судорожно удалить свое в целом-то интимное фото, и как обычно, сделала это только для себя.
И молчание продолжалось, пока тот же Максим не сказал:
— Ирина, тебе бы к лицу… ну и к телу, ближе бы был беж. Зря ты черный решила взять.
После этого мы с девчонками дружно подключились к обсуждению комплекта, а Ира, смущенно поглядывая в сторону Максима, поблагодарила нас за советы. Вообще появление Макса в женской команде вызвало небольшой резонанс.
Сначала Анжелка начала пользоваться этим в качестве нового пиар-хода. Поток женщин в наше ателье увеличился, что удивительно. Хотя наш портной и был красавчиком, в самом магазине он редко появлялся, ваяя свои шедевры в мастерской, скрытой от взгляда посетителей.
Да и мой мужчина, узнав о пополнении в коллективе, продемонстрировал свою ревность. Она не была больной, скорее, еще одним напоминанием нам обоим, что верность — это одно из основных благ здоровых отношений. И хотя Олег только в шутку мог говорить о Максе и своих «опасениях», я заметила, как он свободно выдохнул, узнав, что Максим так-то занят. Занят он оказался нашей Ириной, к которой присмотрелся после той фотографии в откровенном комплекте. И как-то за бокальчиком традиционного пива, который наш портной пропустил, Ира упомянула, что в их первую ночь на ней-таки был беж.
Эпилог
— Ну и куда мы едем? — натягиваю на нос солнцезащитные очки и посильнее тяну козырек кепки вперед, пытаясь скрыться от солнца. Олег выглядит более уверенно, чем я, вовсе не переживая о жарком шаре, пылающем на небе.
— Сейчас увидишь. Пусть будет интригой.
Я вздыхаю, с трудом перенося августовский зной. А Нестеренко будто бы и не чувствует жары. Рассматриваю мужчину, пока он ведет машину. Загар, который мы заработали этим летом на даче Нестеренко-старшего, был совершенно несправедлив к нам. Олег получил ровный и красивый почти бронзовый окрас кожи. А я — обгоревший нос и облезшие плечи. Это стало поводом для шуток Олега, и обиды моей.
Вера Ильинична и Сергей Семенович с нас только посмеялись и предложили пойти на речку. Опять же, где Олег на фоне отдыхающих казался полубогом со своим идеальным телом, а меня — укусила пчела, отекла щека и вообще… анафилактический шок — это вам не шутки. В общем, когда я поняла, что мы выезжаем за черту города, я напряглась.
— Тебе не кажется, что мне достаточно солнечных ванн и природы в целом?
Олег на мой комментарий смеется.
— Не волнуйся. Все, что могло случиться, с тобой уже случилось.
— Угу, а сейчас я или в коровью лепешку наступлю, или ногу гвоздем проткну.
— Успокойся. Я тебя в обиду не дам ни лепешкам, ни гвоздям, ни осам. Никому не оставим шансов.
— Такое чувство, что ты меня просто сам собираешься убить. Точно, как Раскольников. Сейчас меня грохнешь ради квартиры.
— Угу. Так и будет.
Прошлым летом Олег продал свою квартиру и полностью перебрался ко мне. Однажды он предложил только купить дом, как только мы узнаем о беременности.
— Кхм, беременности? — такой разговор за завтраком был вовсе интересен.
— Ну когда-то же это должно случиться.
— То есть ты хочешь ребенка?
— Честно? Ближайшие пару лет хочу тебя в свое единоличное пользование. А дальше уже правда можно подумать о детях. А ты что, не планируешь?
Я пожала плечами в тот момент. Отмазалась тем, что еще по факту маленькая для таких вопросов. Хотя и понимаю, что многие мои одноклассницы уже обладательницы удивительного статуса в био «мама двух ангелочков». Я же пока над детьми не задумывалась, но быть в планах Олега на такой большой срок — приятная честь.
 
Олег осенью открыл свою юридическую контору. Мужчина долго маялся и искал сферу, которая была бы ему по душе. В итоге решил вернуться к старой и доброй адвокатуре, предварительно тоже получив от меня «благословение», что было столь трогательно. Только теперь он решил не самому быть адвокатом, а еще и получать прибыль, наняв несколько человек в команду. С моей подачи Олег ввел время для бесплатных консультаций с возможностью вести чьи-то дела бесплатно.
С рестораном он распрощался достаточно быстро. Но мы часто наведываемся туда, чтобы за ужином посидеть с хозяевами популярного заведения в городе. Олег изначально хотел подарить свою долю Эльвире, не требуя с нее денег за покупку ресторана. Но ее мужчина, который стал тоже вхож в нашу компанию, довольно неожиданно для всех нас выступил с инициативой выкупить заведение для своей будущей жены в качестве подарка на свадьбу. В общем, жизнь у всех кипела. И теперь Эля руководила всем с еще большим энтузиазмом.
Интересные традиции появились и в моей «Адельгейде» — стали популярными среди нас своеобразные корпоративы «плюс один». Так мы познакомились с тем самым Одуванчиком, которого привела Анжелка, а мой мужчина наконец-то запомнил всех моих сотрудниц — до этого видел он их мельком. Ну и окончательно убедился, что наш портной мужского пола не составляет ему никакой конкуренции по причине наличия у него цветочно-букетного периода.
Когда мы доезжаем до точки назначения, я почти успеваю уснуть. Олег предлагает посидеть минуту одной, пока он проведет все организационные работы. Я только сильнее натягиваю кепку на лицо и оглядываюсь. Какой-то обычный поселок, точнее его окраина. Что здесь забыл Нестеренко, вообще не понятно. Хотел он подержать интригу? Ок, у него пока получается.
Появляется мужчина будто бы из ниоткуда, когда я уже его заждалась. Вытаскивает меня из машины, ставит ту на сигнализацию. Мы идем вниз по склону, откуда виднеется пруд. Место кажется мне смутно знакомым — будто бы что-то из детства. Пока спускаемся к водоему, пытаюсь вспомнить, что же за локация. Возможно, у родителей здесь какие-то друзья дачу держали? Или мы на этом пруду основывались, когда в восемнадцать с одногруппниками ходили в поход?
Олег подводит меня к месту, где отчетливо виден результат его «организационной» работы. Покрывало — на земле, вино и фрукты — на нем, тут же сырная нарезка. Кто-то собрался романтический вечер на природе организовать? Мы садимся на уготованное место, Олег разливает по бокалам вино и даже разрешает мне все сфотографировать, памятуя о моей любви к эстетике. Сам же каждый раз делает все, чтобы эстетика присутствовала, и показательно закатывает глаза. Ох уж эти мужчины.
— Знаешь, в какой момент я понял, что ты — моя судьба? — Олег смотрит на гладь воды, которая покрыта с одной стороны кувшинками.
— Интересное начало. Вряд ли я смогу угадать. Надеюсь, что раньше, чем ты ко мне переехал.
— Я точно не помню. Наверное, это был первый раз, когда я остался у тебя ночевать. Помнишь, мы еще на машине твоей катались и кофе пили на набережной.
— Помню.
— Так вот, ты тогда спросила, или я сказал — не важно, — заметно, что Олег переживает и чуть путается в словах. — Мы говорили тогда о старой примете, что-то вроде «сплю на новом месте» и дальше по списку.
— Помню.
— Вот. И ты тогда сказала, что тебе снится знакомый человек. И заброшенный карьер, и дома, и пруд.
— Помню.
— Но ты не сказала, что ты с этим человеком делаешь во сне, — Олег наконец-то смотрит на меня. А я, вроде бы, и пытаюсь сама уже прийти к выводу, который мне подсовывает под нос буквально мужчина, но не могу. Потому что если это то, о чем я догадываюсь, это будет звучать максимально дико.