Влюблённый социопат (СИ)

— Мы ненадолго выйдем с Юноной, — подойдя к камину, объявил Нейл и нагнувшись, вытащил из ведра с колотыми брёвнами топор. — Дров на всю ночь нам не хватит.
— Лучше я пойду, — тут же оспорила Лиа, поднимаясь с дивана. — Юна и Гери серьёзно ранены, пусть отдыхают. А я вполне пригодна для помощи.
Он подошёл, чтобы одновременно нежно и крепко обнять её и, зарывшись в волосы носом, прошептал на ухо:
— Малыш, я хочу поговорить с ней наедине. Надо бы извиниться за то, что отпустил одну. Ты же сама меня отругала всего пару часов назад за недальновидность.
— Точно не будешь заставлять её исполнять роль носильщика?
Что-то неуловимо странное проскальзывало в глазах Нейла всякий раз, как он смотрел на сестру. Нечто холодное и даже кровожадное, вынуждающее её пристально наблюдать за ним. И постоянно гадать о содержании мыслей, притаившихся за непроницаемостью черноты этих самых глаз.
— Конечно, — заверил он с обаятельной улыбкой и мотнул головой в сторону Гери: — Ты лучше присмотри за доходягой. Мы скоро вернёмся.
— А мне права выбора никто не давал, — проворчала Юна, поднимаясь с дивана. Она кинула беглый взгляд на неестественно притихшего Гери и вышла из дома следом за Нейлом.
«У них тоже роман? — удивилась Лиа, истолковав игру глазами, как любовный интерес. — Она из-за Гери решила вернуться в санаторий?»
Впрочем, даже если между ними и зарождалось светлое чувство — совать нос в чужие дела ей было не по нраву.
Захотелось чаю и чипсов. Вот только если с чаем хоть какие-то шансы присутствовали, то с чипсами даже не пахло надеждой — откуда им взяться в глуши леса без намёка на близость к цивилизации.
Подойдя к одноконфорочной плите, она наугад покрутила вентиль на стоящем на полу высоком газовом баллоне и попробовала зажечь огонь. Стоило поднести горящую спичку поближе к шипящей конфорке, как Лиа тут же отдёрнула обожженные пальцы. Огонь вспыхнул с такой силой, что едва не подпалил ей брови.
— Зараза, — рыкнула она, рефлекторно тряхнув кистью.
Серьёзно обжечься не успела, но зато пугалась Лиа теперь с полуоборота. Даже таблетки с уколами Нейла не помогали. По всей видимости, трусливость — всё же черта её характера, и лечиться тут бесполезно.
— Чё буянишь, мать? — усмехнулся Гери. — Чифирку бахнуть невтерпёж?
— Ага, так невтерпёж, что дом спалить готова, — набирая воду в чайник, поддакнула она и улыбнулась. — Чай или кофе будешь? Насчёт наличия чая в этом доме я не уверена, но кофе точно где-то должен быть.
— Я чаеман, или чаефил… ай, не хер разница.
Лиа стала открывать случайные ящики, на удивление хорошо набитые не скоропортящимися продуктами. Богатый ассортимент макарон, круп и консервов просто поражали своими объемами. Запасов оказалось столь много, что на несколько месяцев хватило бы маленькой группе людей, вздумай они пережить апокалипсис в уединении. Для полноты разнообразия не хватало разве лишь мяса и овощей, ведь даже ультрапастеризованное молоко завалялось между пачками с кукурузными хлопьями и диетическими мюслями.
«Нейл с Юной тут что ли регулярно отсиживаются?»
Наконец она отыскала подвесную тумбу, на нижней полке которой стояли банки с кофе и нетронутые пачки с чаем — на картонных упаковках поблёскивала девственно целая целлофановая плёнка.
— Зелёный, чёрный? — ответа не последовало, и Лиа обернулась, чтобы узнать, чем Гери столь увлечённо занимался, что не отвечал ей.
— А? — он перевёл растерянный взгляд с окна на неё. — Чё ты там щебетала?
— Я спрашивала, какой именно тебе чай сделать?
— Чёрный с чабрецом и мятой.
— Ты издеваешься? — она приподняла бровь. — Чёрный или зелёный. Всё. Никаких чабрецов и душиц, сушёной земляники или ягод годжи в наличии не имеется.
— Милашно, что ты напрягаешься с пойлом, но нам надо серьёзно перетереть. Не думаю, что стоит дальше тянуть кота за яйки. Дело дрянь, а тебя походу никто не собирается просвещать.
Аккуратно прикрыв дверцу у тумбы, Лиа выключила конфорку и подошла к Гери, сев перед ним на высокий стул. Ей было плевать, что именно он собирался рассказать, плевать, что это могло оказаться дурацкой шуткой. Она нуждалась в крупицах информации, как в глотке воздуха, устав задыхаться от неопределённости, словно рыба, выброшенная на берег. Ей постоянно не договаривали – это ощущалось слишком отчётливо, чтобы можно было отбросить как излишнюю мнительность.
 
— Ну, я слушаю, — нетерпеливо произнесла Лиа после затяжной паузы.
— Надо делать ноги, срочно и соло, — кротко резюмировал Гери. — Я шарю, звучит стрёмно. Но тебе и правда рисково дальше сидеть на жопе… Авторитет может казаться дофига надёжным типом, но хрен знает, когда у него опять башню сорвёт.
— Что ты имеешь в виду?
— Всё крындец сложно, — он раздражённо потрепал себя за волосы. — Авторитет главная цель чокнутого докторишки, ради него всю эту кашу заварили. Эксперимент или поехавшие игрища — кликай как хочешь, срань в том, что ты — ходячий способ его дрочить. Типа слабое место.
— И поэтому на меня напал Андре?
— Не, тогда ещё охота не стартанула. Его Локки подослал прикола ради.
— Какая ещё охота?
— На тебя, — удручённо произнёс Гери и виновато опустил глаза в пол, словно имел к «охоте» какое-то отношение.
— Притормози, — ошарашенно выдохнула Лиа.
То, о чём он говорил, уже ни в какие рамки не укладывалось. Слишком масштабно и нереально. Сколько надо иметь денег, чтобы провернуть что-то настолько сумасшедшее и умудриться это скрыть? Родителей же невозможно подкупить. Они в любом случае будут трубить во все трубы, если их ребёнок с неделю не выйдет на связь; Кейла наверняка уже успела достать звонками Штерна, ведь у Лии с первого дня заселения антенна связи была помечена красным крестом.
— Сложно вдуплить, я шарю, — мягко заговорил он, как вдруг переменился в лице и дёрнулся, подлетая со стула, — бляха, упырь их переиграл!
Переведя испуганный взгляд на окно, в которое уставился Гери, она ощутила, как по спине пробежал холодок. С улицы на них смотрел незнакомый парень и слишком радостным для адекватного человека выражением лица. Нет, он даже не улыбался, а скорее хищно скалился.
Резко сорвавшись с места, Гери побежал в коридор, на ходу крича Лии:
— Беги наверх, запрись в комнате!
Она растерянно соскочила с табуретки и едва не упала. Почему-то её ноги совсем не слушались, а в ушах звенело. Огромных усилий ей стоило добраться до лестницы. А затем всё так же резко, как ухудшилось и прояснилось.
Входную дверь сотрясали тяжёлые удары, а Гери без умолку ей кричал поторапливаться. И тогда Лиа вбежала по лестнице, заскочила в свою комнату и замерла в нерешительности запереть дверь. Она стояла около щели и ждала его появления. Он же не останется внизу? В подобном состоянии — это самоубийство!
Послышался торопливый топот ног, оглушительный хлопок — кажется, дверь слетела с петель и с грохотом, сотрясающим всю округу, повалилась на старый пол.
— Гери, быстрее! — вырвался из её груди истошный крик, когда она увидела его, взбегающего по ступеням.
Незнакомец атлетического телосложения слишком быстро передвигался. Он в мгновение оказался у основания винтовой лестницы и стремительно нагонял Гери, то и дело, пытаясь, черкануть его по ногам остриём длинного тесака между узкими и частыми металлическими прутами перил. И всякий раз чудом промахивался, всего в паре миллиметров от сухожилий на щиколотке.
Сердце разрывало грудь с такой силой, точно это за ней гнался обезумевший шатен с глазами, горящими дикой страстью от погони за дичью. А ведь она пару раз видела его в столовой, в окружении других незнакомых ребят. Почему же сейчас он из добродушного юноши превратился в пугающего монстра?
«Быстрее, быстрее! Поднажми Гери! Ещё совсем чуть-чуть!» — сжимая металлическую ручку до боли в суставах, молилась Лиа. Они могли не успеть запереться в комнате, а захлопнуть дверь сейчас она уже была не в состоянии.