Влюблённый социопат (СИ)
Поднимая в воздух столпы пыли, Нейл подошёл к шкафу. Быстренько пробежался по его содержимому и вытащил когда-то жутко модные прямые вельветовые брюки и тонкий серый свитер, что за года сохранились на удивление хорошо. Даже как-то не совсем безвкусно получилось подобрать вещи. Хотя и не сказать, что он старался вырядить чудака клоуном.
На выходе из комнаты он столкнулся с переодевшейся Юноной, улыбнувшейся ему и пославшей воздушный поцелуй. Быстро же она приходит в норму, скорее всего уже даже придумала, как отомстить обидчикам.
Спустившись снова на первый этаж, Нейл не застал Гери в проёме ванной. Но и возле всё ещё сидевшей за столом Лии он не тёрся. Нет. Чудило стоял раком возле камина и грел пятую точку.
— Эй, — позвал его Нейл и швырнул одежду, целясь ему в лицо. И, как в прошлый раз, попал точно в цель.
— Братан, да ты резкий, как понос мангуста, — поднимая с пола тряпки, захохотал Гери, а затем скинул полотенце и, совершенно не смущаясь взглядов девушек, стал одеваться. Его торс был усыпан лиловыми синяками, а в районе нижних рёбер правого бока огромным пятном расплылась чёрная гематома. Чуть ниже, ближе к резинке трусов, на другом боке, переползая на спину, цвёл ещё один не менее яркий кровоподтёк.
Нейл перевёл взгляд на сидящую на диване Юнону и мотнул головой в сторону низкой табуретки:
— Садись. Надо тебе скулу зашить.
— Вот так сразу и без прелюдий? — усмехнулась сестра, а затем лениво подняла свою жирную жопу с дивана и, покружив вокруг кухонного островка, наконец, соизволила усесться в указанном месте. — Эй, Лиа. Сегодня хоть в обморок от вида крови грохаться не собираешься, болезненная ты наша?
— Раны выглядят жутко, — признала его девочка, а затем неловко попыталась отшутиться: — однако, когда я только увидела Гери, всего в крови, да и твою разорванную одежду, то это на меня произвело куда большее впечатление.
— Ну да, подумаешь, у меня всего-то почти щеку насквозь продырявили, а этого просто знатно отпиздошил… Ай! Осторожнее там с иголкой нельзя?! — вскрикнула Юнона, зло косясь на Нейла, отрезающего нитку. И что это ещё за взгляд? Думает, что если врубила стерву, то уже нечего бояться? Вечно ей приходиться напоминать о своём месте.
Ловко просунув в ушко другую нить, он окунул иглу во фляжку со спиртом. Гери оказался куда сообразительнее и сам подошёл к табуретке, попросив Юнону освободить место. Судя по его аккуратным движениям, цвету кожных покровов тела, да и позе, в которой он стоял возле пристройки, когда они только пришли – у него как минимум пара рёбер сломана. А также явно что-то болело из внутренних органов, но чудак-не дурак: он всё ещё ожидал подвоха со стороны Нейла, поэтому и не держался за больное место, чтобы не указать на своё слабое место.
«Что же у тебя в голове происходит?.. Ты слишком умный или всё же безнадёжный дурак?»
Он аккуратно протыкал кожу на брови, ближе к виску, и накладывал ровные симметричные швы.
— Ты как? — спросила Лиа у присевшей рядом Юноны.
— Царапина, всего три шва, — буркнул сам себе под нос Нейл, а затем громче уже обратился к Гери: — Не вижу смысла зашивать трещину на губе, она всего пару миллиметров в глубину — сама срастётся. А вот что делать с твоим заплывшим глазом, я даже не знаю. Видишь ты им как?
— Сойдет, — поднимаясь с табурета, бодро выдал он. — Спасябма, ваще от души. Теперь есть у кого лататься.
— Так, что с вами случилось? — нетерпеливо выпалила Лиа, с трудом дождавшись, пока их раны приведут в порядок.
Впрочем, её любопытство вполне можно было понять. Для её нежной душевной организации в принципе сложно принять то количества насилия, что сейчас творилось вокруг. Но это вопрос времени: как только они выберутся из санатория и непосредственно эксперимента Штерна, то Нейл сделает её жизнь самой безмятежной и счастливой. Все трудности на их пути – он решит сам, тихо и без свидетелей.
— Ну, со мной кое-что приключилось нехорошее в плане морального насилия, — сестра осторожно подбирала слова под его строгим взглядом.
— Да там трындец, мясо, — снова вклинился лишённый всякого чувства такта Гери. — Одного типа пополам распилили. А я, когда уматывал, навернулся на его жиже в коридоре. Весь измазюкался и чуть не обосрася от вида его располовиненной тушки.
Лиа перевела ошарашенный взгляд на Нейла, явно не желая верить словам чудака. Ещё в таких красках расписывал, придурок. При первой возможности с ним следовало основательно потолковать за то, что при ней дозволялось говорить, а что — нет.
— Из персонала в санатории никого не осталось, — добавила Юнона. — Они походу все свалили, как только эта каша началась. А из психов человек десять осталось. Ну, живых, имею в виду.
— Вы меня сейчас разыгрываете, да? — нервно засмеялась Лиа, потянулась пальцем к гематоме на её щеке и робко ту потёрла, — это же грим, да? Всё не по-настоящему. Вы втроём решили меня разыграть?
— Нет, милая, — Нейл присел напротив неё на корточки, накрыв её нежные пальчики своими ладонями. — Я же рассказывал тебе про эксперимент Штерна. Именно к такому прогрессу он и вёл. Люди для него всего лишь расходный материал, как лабораторные крысы. Но, тебе нечего бояться, тут до нас никто не доберётся.
— Но там же людей убивают, а не крыс каких-то?! Таких же молодых и юных, как мы… Надо срочно позвонить в полицию!
Подорвавшись с места, она хотела рвануть к винтовой лестнице, но Нейл перехватил её за талию и дёрнул обратно, силой усаживая на упругий диван.
— Послушай меня внимательно, — он заглянул в её прелестные разноцветные глаза, что растерянно на него смотрели. — Всё гораздо сложнее. Никто к нам не придёт на помощь только потому, что мы их позовём — мир не устроен так просто. В Мироксе всего один маленький участок, где работает четыре человека. Даже если представить, что они не задействованы, не подкуплены заранее Штерном, каковы их шансы: два бесполезных копа – жирный и старый, одна женщина и зелёный молодняк, только приступивший к работе полицейским. Что они могут противопоставить юным серийным убийцам?
— Мы можем их предупредить. Рассказать про…
Нейл не дал ей договорить, перебив на полуслове:
— Тебе не поверят. Максимум, что сделают, пошлют одного-двух проверить, как обстоят дела в санатории. И их либо развернут на входе, так как это частная территория. Либо убьют быстрее, чем они успеют моргнуть, пока они будут считать ворон, осматриваясь по сторонам. А затем приедут оставшиеся, они, конечно, поведут себя осторожнее, но и убийцы с большей изобретательностью подойдут к вопросу их устранения, так как тоже будут готовы их встретить.
— Но у нас есть Юна и Гери… они покалечены и могут рассказать о том, что с ними случилось.
— А тут всё ещё проще. Загребут именно нас с тобой. Нейл Локксен и Анналиа Лагвури станут главными подозреваемыми. Так уж устроен примитивный мозг этих уродов.
— Но как же… что мы тогда можем сделать?
— Я тебя защищу, — заверил он и, проигнорировав смешок со стороны сестры, ласково добавил: — никто не посмеет к тебе и пальцем прикоснуться. Со мной рядом ты в полной безопасности.
Хотелось ещё сказать тёплых успокаивающих слов, но Нейл снова заметил мелькнувший возле окна силуэт и кое-что всё же разобрать смог: каштановые волосы и синюю куртку. Эта парочка имбецилов всё же притащила за собой хвост. Вот же бесполезные животные, и такой малости сделать не могли.
На улице стояла глубокая безлунная ночь, и это время идеально подходило для нападения.
========== Глава 21. Собака пушистая ==========
Смахнув костяшкой пальца с уголка глаза слезу, он накрыл её губы трепетным поцелуем. И сердце наконец перестало тревожно биться в груди — беспросветное отчаянье на миг отступило. Позволив векам обессиленно опуститься, Лиа ответила на поцелуй, намеренно забыв о хаосе, творящимся вокруг.
Она словно попала в страшный сон, что никак не заканчивался. А ей ужасно сильно хотелось проснуться. Но, открыв глаза она с грустью осознала, что ничего не изменилось: всё тот же старый дом в гуще леса неподалёку от злополучного санатория, кишащего психами; пострадавшие друзья и зависший нож в воздухе, как немое напоминание о грозящей им всем смертельной опасности.